подворотнях от яда. Это происходило за считанные дни. Просто, хоп и человека нет.
— Ты не думаешь, что… — я не смогла договорить свой вопрос, но знаю он точно понял, о чем речь.
— Да, все симптомы похожи. Эта херня убила моего брата, Лилу, у меня нет сомнений.
— Что ты еще выяснил?
— То, что в последний год смерти сократились до единиц, но… — он убрал руки от лица и посмотрел на меня орехово-серыми глазами. — Ты видела, что происходит с теми, кто принимает эту дрянь на постоянной основе.
— Те парни, не самый плохой пример? — с ужасом, спросила, ощущая, как по телу пробежал табун мурашек, а желудок сжался от отвращения.
— Тебе лучше не знать, до чего это может довести, — медленно, чеканя каждое слово, произнес Трой. По его глазам, поняла, мне тяжело будет представить самый плохой вариант. — Самое мерзкое, — спустя пару секунд, произнес он и откинулся на спинку стула. Коричневые кудри упали на его лицо, закрывая от меня глаза. — Никому дела до смертей не было, кроме покровителей черного рынка.
— Покровителей? — озадаченно спросила я. Трой никогда раньше не упоминал о них.
— Да, как бы тебе сказать. Черный рынок — это и так особая организация, подробностей тебе знать и не нужно. Есть такие посредники как я, у нас своя власть и обязанности, о большей части которых ты прекрасно осведомлена. Помимо нас есть, скажем так, шишки и другие исполнители. Об этом я не в праве тебе рассказывать, да и не хочу тебя втягивать в это еще больше, — он снова облизнул губы, махнув головой, откинул кудри на бок и посмотрел мне в глаза. — А есть покровители, богатые, и не только, люди, которым не нравится система и они хотели бы все изменить, это если коротко.
— Ну так что, никому не было дело до смертей наркоманов, кроме покровителей черного рынка. И что они делали с этим? — спросила, пытаясь понять, кому какое дело до таких людей. Мне конечно искренне жалко их, но наркотики — это смерть, самая настоящая, особенно когда неизвестно, что тебе втюхали под видом новой дури. Каждый сам делает выбор принять или нет, и несет за это ответственность в первую очередь перед собой.
— Расследуют, собирают материалы и спонсируют черный рынок, чтобы вывести причастных на чистую воду, — задумчиво произнес Трой, после чего посмотрел на меня. — Мой покровитель очень обеспокоен этим. Он напрямую работает со мной, ведь знает мою… историю… — ему было тяжело говорить прямо, казалось такие слова всегда приносили парню физическую боль. Кудряшка сглотнул, махнул головой и снова устремил свой взгляд на меня.
Я промолчала, не зная, что сказать и как его поддержать в этот момент.
— Помнится ты говорила, что у тебя есть друг, хакер, — задумавшись, произнес Трой спустя какое-то время. Сейчас он смотрел на стеллаж рядом с собой, из-за чего мне прекрасно виден его профиль. Маленькая горбинка на носу сильно выделялась из-за света белой лампы позади него, светлая кожа, покрытая веснушками, коричневые кудряшки, свисающие вниз прикрывали ухо. Отвечать на его вопрос я не особо торопилась, все же хотелось услышать конкретно, что Трой хочет предложить. — Он не хочет поработать на черный рынок? — спросил он и посмотрел на меня. Увидев мой испуг, его взгляд изменился на настороженный, Трой напрягся. Челюсть парня немного подвигалась из стороны в сторону, после чего он пододвинулся ко мне и не дождавшись ответа, продолжил: — Ты не думай, ничего криминального я не хочу ему предлагать. Просто подработка.
«Просто подработка» — слишком много скрывалось в этих словах, особенно для меня. Трой помогал мне заработать, давая подработку в доставке небольшого груза. В основном это были не тяжелые посылки или конверты. Что находилось внутри, я конечно же не знала, ведь моя задача была взять объект в пункте А и доставить его в пункт Б. Платили неплохо, да и зная, что Трой не занимается наркотиками, мне было проще на такое соглашаться. А учитывая мои способности, то деньги были очень легкими. Да и мне нужно научиться больше полагаться на себя. Хёну не всегда будет рядом.
При этом мне не хотелось втягивать Хё в это все, неизвестно чем может обернуться моя связь с черным рынком. Хоть по сути я просто выполняю некоторые задания от Троя. Он не злоупотреблял моей помощью, но все равно, более чем уверена, шишки и прочие причастные к верхам черного рынка уже в курсе о моей помощи. Иногда, вспоминая о легкости и простоте задач, мне казалось, Трой влюблен в меня. А может дело в том, что мы просто очень хорошо и легко общаемся. Во время нанесения тату, мое стеснение быстро прошло и мне было плевать, что он увидел куда больше, чем кто-либо.
От одной мысли, что Хёну может узнать об этой стороне моей жизни к горлу подступила обжигающая тошнота. По спине и затылку, кажется, сбегал ледяной пот.
— Лилу, если ты не хочешь втягивать его в это, так и скажи, — аккуратно взяв мою правую ладонь, сказал Трой. Он нежно гладил тыльную сторону, пытаясь меня успокоить. Черт, похоже кудряшка слишком хорошо меня знает. — Я все понимаю и не буду давить. Ты же меня знаешь.
— Знаю, — только и сказала, пытаясь проглотить тошнотворный комок, который тут же полетел вниз, обжигая все на своем пути.
— Тебя проводить? — нахмурившись, спросил парень, понимая, что наш диалог зашел в тупик и я захочу поскорее убежать от этой неловкости.
— Я могу и сама… — неуверенно начала я, но, увидев хитрую улыбку на лице парня, замолчала.
Трой смотрел на меня с заботой, так как смотрел Хёну и остальные. Мне хотелось доверять ему, рассказать правду и стать друзьями, но останавливал страх, очень сильный, удушающий. Парень может испугаться, и тогда вся эта комфортная атмосфера разрушится, оставляя меня с горьким привкусом разочарования на языке.
Кудряшка отдал мне кьюи, после чего взял айхи, отказавшись от оплаты за свои услуги. Пока он закрывал свой кабинет, я успела заглянуть в студию, где мастера во всю уже работали. Этот тату салон, без какого-то вычурного названия, был довольно популярным не только среди местных, но и среди жителей Филони, даже несмотря на трудность в виде окраин и их обитателей. Трой крикнул что-то ребятам, после чего, подмигнув, направился к выходу.
На улице появилось больше народа. Неоновые вывески ярко освещали путь, а аромат еды и напитков тщетно пытался погасить запах травы и прочей мерзости. Из подворотен доносились разные голоса, что сливались в общую какофонию звуков.
