Еще бы!
Надо отомстить.
И Директор тут не помощник.
На следующий день мы наблюдали активно окручиваемого Эвина. Приятель сиял от счастья. Лерг и Лютик хмурились. Я была спокойна.
Второй этап 'раскачки' был назначен на вечер.
Эйрех обещал подбросить записку. Коротенькую и выразительную.
'Я предупредила'.
А в подарок прилагалась коробочка с пудрой и толченым стеклом. Как намек. Не уберешь лапки от чужого добра – и этому обрадуешься!
После второго акта милая и очаровательная девушка таки расколотила зеркало. И я поняла – мне обязательно повезет.
Должно повезти!
Я не учла только одного.
Степени стервозности Малии и ее догадливости. Или просто – гадости?
***
Я предполагала, что Малия будет действовать по принципу: 'Назло теще зять повесился'. И приблизит Эвина настолько, что приятель таки разглядит свиную морду под красивой оберткой.
Или просто отошьет Эвина.
Меня бы устроило и первое, и второе.
Малия выбрала третий вариант.
Я и Лерг как раз сидели, играли в карты и ждали Лютика, когда из стены вывалился Эйрех. И замахал руками.
– Смотри!!!
Домовой протянул мне промокашку с чернильными пятнами. Я прищурилась.
Да, здесь писали чернилами. И в школе ходили промокашки. Очень удобная вещь. Но прочитать на ней что‑то… как?
Лерг сообразил быстрее. И перевернул листок бумаги так, чтобы он отразился в зеркале. Через десять минут, ругаясь и споря, мы восстановили текст.
'Милый Вирт, предлагаю Вам встретиться сегодня вечером, в третьей купальне от входа налево. Это касается изрядно насолившей вам девушки. Малия ар‑Арейне'.
Лерг выругался.
– Эйрех, ты можешь узнать, о чем они говорят?
– Нет, – покачал мордочкой домовый дух. – Там уже не дом.
– И подслушать не получится.
– Нет. Никак.
Я чертыхнулась.
Лерг внимательно поглядел на меня.
– Сама расскажешь? Или попинать придется?
– Лучше не надо, – предупредила я. – буду сопротивляться.
– Ёлка, я хочу знать, что ты затеяла. Я должен знать!
– Ты – возможно. А вот Эвин…
– я даже Лютику не скажу. Обещаю.
Я задумалась.
С одной стороны – рассказать хотелось. С другой – страшно. А если Лерг решит, что я просто дрянь?
– Ёлка, я тебя все равно люблю. Ты моя подруга, – мягко произнес юноша.
– И не врет, – пискнул Эйрех.
Я выдохнула.
– Ладно. Только не сердись.
– Рассказывай.
– Ты же видел, что эта гадюка с Эвином делала?
– Видел. Только что тут поделаешь?
После краткого рассказа, Лерг задумался. И подвел итог:
– Если она и не догадалась о тебе, то Эвину все равно может быть плохо. Вирт нас сильно не любит.
– М‑да.
– Эйрех, – обратился к домовому Лерг. – У меня к тебе будет большая просьба.
– Какая?
– Пожалуйста, последи вечером за Малией. Что она буде делать после возвращения из купален, с кем говорить, куда пойдет… если будет кому‑то писать, пожалуйста, прочти письмо.
Эйрех кивнул.
– А второй?
– Но ты же не разорвешься, – пожал плечами Лерг. – А за двумя зайцами гоняться – мордой дерево поймать.
Спорить было сложно.
– к тому же, если кто и будет движущей силой, то это Малия.
Эйрех кивнул и прошел через стену.
Лерг серьезно посмотрел на меня.
– Ёлка, ты понимаешь, что это даже Лютику лучше не рассказывать?
Я кивнула. Я тоже люблю Лютика, но уж больно он безалаберный. Разболтает все и всем.
Не по глупости.
По неосторожности.
Ох, что же делать?
***
Директор сидел в кресле и грыз миндаль.
Не в сахаре. Сладкое он не уважал. Но орехи любил погрызть под настроение.
И магистра Эйронуса встретил спокойным взглядом.
– Что случилось?
– Это ты у меня спрашиваешь?
– Я. И у тебя. А что?
– Что твои сопляки с факультета самоубийц творят?
– Да вроде как ничего? Универ пока стоит.
– Да что ты?
Из экспрессивной речи магистра стало ясно следующее. У него учится одна девушка. Малия Арейне.
Умница и красавица.
Только что поступила.
И кто‑то посмел поднять на нее руку!
Бедняжку едва не избили!
Ей угрожает опасность!
Она почти не спит от стресса.
Так что магистр требует прекратить безобразие!
Директор слушал его. И думал, что неплохой в сущности человек.
Но не эмпат. И вот – результат.
Как же стервы (вне зависимости от возраста) вертят хорошими мужчинами! Которые готовы защищать, помогать, спасать и закрывать грудью…
И все это делают. Только не для тех, для кого надо.
– Магистр, обещаю вам, что все будет решено буквально через пару кругов, – улыбнулся он.
Это никак не удовлетворило магистра. Но лучшего ему Директор предложить не мог.
Он был уверен, что Ёлка что‑нибудь выкинет в ближайшие два‑три дня. И мешать не собирался.
Зачем?
Ученики должны решать свои проблемы сами. Только тогда из них вырастут маги.
А не манипуляторы.
Вот уж кого ему в Универе и даром не надо, так это нимфозорий, хлопающих во все стороны ресницами. Обычно Директор смотрел на таких сквозь пальцы, полагая, что выучить можно и обезьяну. Но! Уже сейчас Малия стоила ему двух дуэлей. И это – на первом курсе! Что же дальше будет?
Нет уж.
Пусть Ёлка плетет свои первые интриги. А Директор проследит, чтобы никто серьезно не пострадал.
Благо, докладывают ему обо всем почти мгновенно. Ведь Универ – ЕГО дом. И с ЕГО домовыми духами.
Даже если Ёлка и пребывает в приятном заблуждении о своей удаче и дружбе с Веретом.
