При счете 0:1 Николай Михайлович пошел из спальни в туалет. В этот момент, благодаря усилиям Фирсова, советские хоккеисты сравняли счет. Анастасия Степановна тут же закрыла мужа в туалете на шпингалет с наружной стороны, так сказать, чтобы «не сбить фарт». И хотя сборная СССР опять начала проигрывать, в результате сумела свести матч вничью 3:3. А «фартовый», как оказалось, глава семейства так и просидел в туалете до конца матча. Жаль, что самому Александру Мальцеву отличиться в этой встрече не удалось.
После этой игры в раздевалке сборной состоялся серьезный разговор тренеров с хоккеистами. В двух следующих поединках сборная СССР не оставила камня на камне от сборных Швеции (8:0 и 4 шайбы Фирсова) и сборной ФРГ (12:2). Мальцев снова «выстрелил дуплетом», дважды огорчив вратаря западных немцев. На следующий день подобное «дежа вю» испытали и финны. Они снова, как и на первом этапе чемпионата, уступили русским с разгромным счетом. На этот раз 2:12. И опять Мальцев забросил свои любимые на этом турнире две шайбы за матч. Таким образом, на счету молодого игрока советской сборной после семи проведенных встреч в активе было уже девять заброшенных шайб. Он был близок к тому, чтобы снова превысить «гроссмейстерскую отметку» в десять заброшенных шайб за чемпионат. И 30 марта 1971 года в победной встрече с командой США Мальцев забил еще один гол. В хорошем настроении он отправился готовиться к повторной встрече с чехословаками. Увы, но в этом поединке успех праздновали соперники советской команды. На пять шайб чехов советские хоккеисты ответили лишь шайбами Харламова и Мальцева. Причем исход этой встречи решился в заключительном периоде, когда сборная ЧССР забросила в ворота Виктора Коноваленко три безответные шайбы.
На чемпионате мира в Швейцарии впервые был введен раздельный подсчет очков для чемпионатов мира и Европы, проводившихся одновременно. Благодаря удачному исходу противостояния во встречах со сборной СССР чехословацкие хоккеисты стали чемпионами Европы. Но, как и в предыдущих чемпионатах, чешская сборная, выплеснувшая все эмоции в матче с командой СССР и имея во встречах с ней положительный для себя баланс, споткнулась в играх с другими коллективами. Проиграв американцам со счетом 1:5 и шведам 5:6, чехи потеряли четыре очка и в споре за пальму мирового первенства отстали на один балл от советских хоккеистов.
Решающей для сборной СССР стала игра со шведами. Советские хоккеисты к третьему периоду встречи проигрывали со счетом 2:3. И тут произошел эпизод, который до сих пор вспоминают многие игроки сборной. Тарасов на этом швейцарском первенстве был особо горазд на выдумки и «приколы» и, похоже, больше всех переживал за итоговый результат. Зайдя в раздевалку команды СССР во втором перерыве, вдруг перебил проводившего разминку Чернышева и запел Гимн Советского Союза. «В этой истории мне больше всего запомнилось не пение Анатолия Владимировича, а последовавшая реакция Чернышева. Выждав, пока Тарасов закончит петь, Аркадий Иванович, еле сдерживая улыбку, сказал тихо, но так, что все в раздевалке покатились со смеху: “Ну, ты, певун, е… мать, чего распелся, нельзя ли потише!” Внешне все выглядело предельно дружелюбно, почтительно и мягко. Смешно было вдвойне, что, говоря абсолютно беззлобно и по-дружески, Аркадий Иванович разбавил эту фразу несколькими крепкими словечками. Естественно, мы расслабились, раскрепостились и вышли на третий период с одним желанием – не просто победить противника, а смять оборону шведов. Что, собственно, в итоге и сделали», – с улыбкой вспоминает Александр Мальцев. (О пении и импровизаторском таланте Анатолия Владимировича Тарасова читатель узнает в следующей главе.)
В заключительном третьем периоде советская команда буквально разорвала шведов, выиграв этот отрезок со счетом 4:0. Итак, сборная Советского Союза в девятый раз подряд завоевала золото чемпионатов мира. В десятку лучших бомбардиров турнира вошли семеро советских игроков: Анатолий Фирсов, Валерий Харламов, Александр Мальцев, Владимир Петров и Борис Михайлов (места с первого по пятое), Владимир Викулов и Вячеслав Старшинов. Мальцев на этом первенстве забил десять шайб. Кроме того, Харламов, Мальцев и Викулов были включены в символическую сборную чемпионата, а Фирсова признали еще и лучшим нападающим.
Девятое подряд золото мировых первенств стало последним в богатейшей коллекции наград у бессменного тренерского дуэта Чернышев – Тарасов. Через год с небольшим их «попросят» из сборной…
Глава седьмая
«ВТОРОЙ ОТЕЦ» АРКАДИЙ ИВАНОВИЧ ЧЕРНЫШЕВ. ЛЕД И ПЛАМЕНЬ: НАСТАВНИКИ МАЛЬЦЕВА В СБОРНОЙ – ЧЕРНЫШЕВ И ТАРАСОВ
Двадцатого апреля 2010 года, когда эта книга была практически готова к предоставлению в издательство, я заехал поздравить Александра Мальцева в «динамовский дом» – здание в Петровском парке, где располагаются главный офис спортобщества «Динамо» и штаб-квартиры динамовских клубов. Как всегда, полку желающих поздравить всенародного любимца все прибывало и прибывало, хотя у Мальцева была отнюдь не круглая дата. Выслушав поздравления гостей, именинник попросил слово у «тамады» Давыдова. И произнес душевный тост за своего крестного отца и учителя Аркадия Ивановича Чернышева, на могилу которого в тот день с утра он специально заехал и положил цветы.
«Что скрывать, та система с бесконечными сборами и диктатом тренеров лишала многих молодых игроков возможности видеть жизнь за пределами базы, индивидуальное мастерство нередко приносилось в жертву командной игре, импровизация иногда загонялась под тактические схемы, – Мальцев выдержал паузу, посмотрел на гостей, среди которых был сын Чернышева Борис. – Но я не был рабом. Я был внутренне свободен, благодаря Аркадию Ивановичу, который позволял мне многое, а главное – давал возможность творить на льду. Многое, чего греха таить, прощал, за что другие тренеры погнали бы из команды. Он относился ко мне со всей душой. И я отдавал всю душу, сражаясь за него на ледовых площадках. Для меня Аркадий Иванович – человек, который мне дал путевку в жизнь. И научил не бояться этой жизни…»
Мальцева в годы его хоккейной карьеры называли везунчиком. (И это заметим, при том обилии травм, что обрушивались на него едва ли не в каждом проведенном сезоне.) Он сам считает, что, по большому счету, в хоккее ему повезло в одном – в 18 лет встретить Аркадия Ивановича Чернышева, ставшего ему вторым отцом.
«У каждого человека есть свои плюсы и минусы. Случались и у меня взлеты и падения. Но был у меня и ангел-хранитель в лице Аркадия Ивановича Чернышева. Знак судьбы – попасть к нему, человеку большого ума, такта и души. В 1967 году, когда меня пригласили тренироваться в именитый хоккейный клуб – московское “Динамо”, я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Теперь понимаю, что мне повезло вдвойне. Не знаю, что было бы со мной без этого достойнейшего человека. На выездах он иногда селил меня в один номер с собой. Хотя обычно тренеры предпочитают одиночество. Наверное, я и впрямь был ему, как сын», – вспоминает Александр Мальцев.
