Или кого преследует? Оленей тут явно нет. Стада далеко, до них более ста километров. Волки здесь тоже не водятся. Последнего волка затравили зимой. Тогда в чем же дело?
Неожиданная догадка больно кольнула сердце: «Как же я сразу не понял! Там же имта! Сольник! Значит, за баранами… А говорили, горючего нет, вышли часы облета… Как же так? Оленей искать отказались, а сами вон что творят…»
Аркадий опешил от своей догадки. «Государство нам в помощь вертолет выделило, а они вон чем занимаются». Он хотел было броситься домой к телефону и сообщить обо всем управляющему. Потом одумался и махнул рукой. Что толку от того, что он позвонит? Что сделает Адитов? Ну выругается, отматерит наглецов, и все. Дальше этого не пойдет. «Успею рассказать и после обеда. Кстати, где доказательства моей правоты? Где факты? Ми-4, может, просто так кружит, а потом развернется — и домой. Поди знай, что они замышляют…» Кириллов не находил себе места.
— Аркаша, ты неодет, простудишься. Пойдем, обед стынет…
— Да ладно… Уже не хочу, — буркнул он. Ему теперь было не до обеда.
— Оденься хотя бы.
«Если действительно они охотятся на баранов, то с ними должен быть и кое-кто из местных. Но кто? Сами они ничего не смогут. Не знают мест, где уямканы ходят. Так кто, кто там из наших? Адитов не полетит и карабин не одолжит. Да я и видел его совсем недавно. Вчера он здорово разругался с летчиками, когда те отказались еще раз слетать по маршруту седьмого стада. Романов тоже не полетит, побоится. Может, из оленеводов кто? Нет, вряд ли. Они не пойдут на такое. Тогда… тогда остается… Да, Николаев! Утром он шел вместе с летчиками к машине…»
Мороз невидимыми иглами колол лицо, но Аркадий словно не замечал ничего. Он ловил отдаленный рокот моторов. Звук уходил все дальше и дальше, потом и вовсе затих.
«Ну, и ловкач Николаев. Такой, конечно, выкрутится, опять всех обведет вокруг пальца…»
Кириллов решил все же сходить в контору к управляющему.
— Мэтин Петрович, вертолет-то наш тут, рядом кружит.
— Я тоже слышал. Может, это другой?
— Нет. Точно наш. Я узнал по окраске.
— Может, оленей нашли? Хотят нас обрадовать?
— Да, они обрадуют…
Адитов вытащил папиросу из пачки «Беломора» и щелкнул колпачком зажигалки, потом внимательно посмотрел на Кириллова.
— По-моему, у них на уме другие олени… — сказал Аркадий.
— Какие другие?
— Уямканы, к примеру.
— Да ну, — махнул рукой управляющий. — Кто сейчас на баранов охотится? Они давно уже отощали, зимой-то…
— Ну и что? Это для нас они не годятся, а для городских — в самый раз.
— Вряд ли, Аркадий… Этих летчиков я давно знаю… хотя проверить надо, когда сядут.
— Надо, — поддержал Кириллов. — Они сюда прилетят, техники ихние тут. Не оставят же их…
Адитов еще раз пристально посмотрел на Аркадия и взял телефонную трубку.
— Алло… Кто слушает? Герасименко? Ну привет… А где вертолет? Сами? Без проводника?! — Адитов опять взглянул на Кириллова: — Техник Герасименко говорит, что на поиски оленей улетел вертолет. Командир сказал, что вечером они домой собираются.
— Без проводника… На поиски оленей… Что-то не верится… — усмехнулся Кириллов.
— Почему без проводника? Есть у них проводник, — сказал, заходя в кабинет, завхоз отделения, долговязый пожилой человек.
— Это кто же?
— Никандр Алексеевич. Своими глазами видел, как он в вертолет садился.
Заглянула Ида и, поманив мужа, сообщила:
— Возвращается! Иди скорее!
— Ты иди, Аркадий Семенович, встречай вертолет. Может, одумались, решили помочь нам, — предложил Адитов.
Кириллов выбежал на улицу, огляделся, ища в воздухе вертолет. Обогнул здание конторы и тут же увидел — вертолет приземлился за поселком. Там, за тальниковой рощей, рядом с редким леском, открывалась небольшая марь. Ее и выбрали для посадки.
«Почему же не на площадке? — удивился Кириллов и решил: — Заскочу-ка домой, возьму ружье и пойду к ним со стороны реки. Будто за куропатками ходил. Скажу, что вертолет вспугнул птиц. А так просто вроде бы неудобно».
9
Люди суетились возле вертолета. Дверца была открыта настежь. И оттуда, из пузатого нутра машины, пилоты торопливо выкидывали что-то на землю, а двое оттаскивали подальше в сторону. Такая картина открылась Кириллову, когда он вышел на берег реки. «Что это они там делают? Вроде мешки какие-то», — недоуменно подумал он. Пилоты не замечали его. Но вот они поднялись в машину, дверца захлопнулась. И вертолет снова взлетел. Снежинки заплясали, заметались, встревоженные сильной струей воздуха. На только что ровной снежной поверхности появились рыжие макушки кочек. На земле остались двое. Они повернулись спиной к набирающему высоту вертолету, согнулись, подняли воротники, пряча лица от комьев снега и мерзлой земли, и так стояли до тех пор, пока машина не пролетела над ними и не затихла поднятая ею снежная карусель.
Оба вздрогнули, увидев рядом Кириллова, кто-то из них даже испуганно вскрикнул. Николаев вытаращил свои и без того навыкате глаза и онемело молчал. И второй, это был тракторист Алексей Акимов, застыл на месте…
«Откуда ты взялся? Да и ты ли это? Не привидение ли — сибиэн?» — эти немые вопросы застыли в их испуганных взглядах.
— Привет обоим! Что вы тут делаете? — спросил Кириллов, не подавая виду, что заметил их растерянность.
— Это ты?! — хрипло, с трудом выдавил Николаев, все еще не спуская с него глаз.
«Перепугался. Вон зрачки как бегают. Не ждал меня», — подумал Аркадий.
— Что бродишь с ружьем в рабочее время? — раздраженно спросил Николаев, желая оттянуть время, нужное для того, чтобы прийти в себя. «Специально подкараулил, собака».
— А ты в рабочее время катаешься на вертолете.
— Оленей искали, — Никандр даже не моргнул глазом.
— Где искали? — усмехнулся Аркадий.
— По Нивичану и над хребтами Кимбэ летали…
— А что так долго за горой кружили? — Кириллов махнул рукой в сторону Сэрэгэ.
— Мне показалось… что олени там.
— Показалось… Оленей там сроду не было!
— Не веришь? А я для вас старался…
— Это с каких пор ты стал болеть за совхоз? — ехидно спросил Кириллов, взглядом обшаривая вокруг: «Куда успели спрятать мешки? Сам же видел. Были. Где они?»
— Неблагодарный ты человек, — обиженно сказал Николаев.
— За что же мне благодарить тебя? — удивился Аркадий.
— Масюк отказал тебе и Мэтину, а я сговорил…
— Нечего юлить, Никандр Алексеевич, — жестко прервал Аркадий, шагнув за кусты. «Когда только успели спрятать?» — А это что?! — резко спросил он, показывая на груду мешков, покрытых брезентом. «Как же я сразу не заметил? Правда, успело замести, когда вертолет взлетал».
Он откинул брезент.
— Э! — Николаев покрылся холодной испариной.
Под брезентом друг на друге лежали мертвые
