Выбирать не приходится, речь идет о спасении товарища. Мне не очень-то верится в его добровольное сотрудничество с людьми подобного сорта. Шесть лет из восемнадцати - неплохой отрезок, чтобы изучить человека и понять, на что он способен, а на что нет.
Даже на душе стало спокойней.
Можно немного расслабиться. Пойду вздремну пару часиков.
С этим намерением Александр и отправился спать. За эти два часа он успел даже увидеть сон, очень хороший сон, в котором царила любовь, доброта и справедливость. А он? Он был участником и наблюдателем одновременно.
Проснувшись ровно через два часа, почувствовал себя бодрым и, может, впервые в жизни удовлетворенным. "Вот и дело жизни найдено!" - звучало у него голове, в голове, с сегодняшнего дня знакомой и как никогда предсказуемой.
Он мог теперь спокойно предсказывать собственное поведение. Это было так удивительно и непривычно, что Александр немного испугался: что, если мозг вдруг, освоив новые качества, приобретет и болезни роста тоже? Разумно решив подождать некоторое время, прежде чем делать скоропалительные выводы, и только после завершения анализа попытаться сформулировать для себя тезисы изменений.
Все еще спали. Александр сел за стол и написал письмо следующего содержания:
"Дорогой друг мой! Судьба смилостивилась над нами и предоставила мне возможность послать тебе весточку после двенадцати лет молчания. Я просто не знал, куда писать или звонить, от тебя не было ни строчки. Весь круг наших знакомых сошелся на предположении, что тебя выкрали.
Другие, менее жесткие версии, не выдерживали никакой критики - в основном, из-за твоего полного молчания. Органы внутренних дел ничего вразумительного сообщить не смогли. Даже наше коллективное заявление не было принято, мотивируя сие безразличие тем, что мы не родственники и от нас заявление о пропаже человека принять не могут!
Мы пытались найти твою маму, но она тоже исчезла, что было в высшей степени странно... Мы все сильно переживали! Поняв тщетность наших попыток, мы вынуждены были отнести все к разряду необъяснимых событий, неподвластных нашей воле.
И только когда собирались на ежегодные встречи выпускников, всегда начинали с одного и того же вопроса: Не слышно ли о твоем местонахождении чего-нибудь новенького? На протяжении двенадцати встреч происходило одно и то же, все молчали минуту, затем поднимали бокалы за тебя и, чокаясь, выпивали. Все верили, что ты жив!
Представляю, какая радость обуяет наших ребят, когда они узнают, что ты не только жив, но и работаешь в полную силу. Бесконечно рад за тебя! При первой же возможности дай о себе знать, подумай, пожалуйста, как это устроить, - и как можно скорее.
Горю желанием пообщаться с тобой, мне есть много чего тебе рассказать... Ответишь через посыльного. Я знаю, что на них открыта охота, да и на меня тоже... Но я в тебя, верю безгранично. Во имя студенческого братства, не делай, пожалуйста, больше ошибок! Твой друг, Александр. P.S. Мы в тебя верим!"
Сложив исписанный лист вчетверо и еще раз пополам, Александр запечатал его в несколько слов полиэтиленовой пленки. Эти меры защиты необходимы, учитывая, какой путь оно проделает и в каких условиях.
Пока остальные участники ночного совещания просыпались, Александр заварил для Татьяны кофе, а для союзников подогрел молока и насыпал немного кукурузных зерен. Вскоре все собрались за столом. Утреннее солнце ярко светило за окном.
- Хорошая погода, - пропищала Изюминка.
- О, да! - откликнулась Татьяна и добавила: - Очень вовремя. Заряд бодрости никому из нас не помешает.
По окончании завтрака Александр пригласил Изюма в комнату и попросил подруг их пока не беспокоить. Тем временем Татьяна по-хозяйски прибрала со стола. Поудобней усадила Изюминку у себя на коленях и осведомилась:
- Как спала сегодня, дорогая?
Подобный вопрос звучал на многих языках на кухнях всего мира, и ответ Изюминки был стереотипен:
- Лучше всех! С небольшой поправкой: среди своих соплеменников, разумеется.
Они продолжили вчерашний незаконченный разговор. Некоторое время спустя дверь комнаты отворилась, и в проеме возникли две довольных физиономии. Александр объявил:
- Ну вот, все хорошо! Мы договорились, а главное - на добровольных началах. Отныне Изюм - главный почтмейстер подземной цивилизации. Судьбоносный пакет предстоит ему вручить сегодня. От успеха миссии зависят наши судьбы. Не буду говорить громкие слова, скажу так: Изюм, в твоих руках не только твоя жизнь, но и наши. Будь, пожалуйста, осторожен, а главное, не рискуй понапрасну.
Изюминка и на этот раз пропищала по-женски недовольно:
- Как всегда! Чуть что опасное, так обязательно Изюм!
Александр резонно ответил:
- Тебе есть чем гордиться. Если мы обратились за помощью к Изюму, стало быть, он незаменим! А это дорогого стоит, поверь. И потом, он же уходит не навсегда. Скоро вернется.
- Я готов!
Взяв из рук Александра запечатанный конверт, плотно притянув его ремешком к животику, Изюм скрылся за дверью туалетной комнаты.
- Теперь будем ждать, - сказал Александр и углубился в повторное чтение тетрадей.
В это самое время в институте происходило нечто странное. На всех этажах дежурили военные в полной боевей амуниции.
На плечах у них небрежно висели автоматы, почему-то все с оптическими прицелами. По кабинетам проводили обыск бойцы специального назначения, как и положено - в бронежилетах и в масках.
Изымали все документы, касающиеся новых направлений генетических исследований, впрочем, и другие подозрительные на их взгляд бумаги тоже. Директор был вне себя. Его блокировали в его же собственном кабинете!
Телефоны отключены, даже мобильная связь заглушена.
Все эти меры были предприняты с единственной целью: вычислить и схватить одного человека. Этим человеком, как вы понимаете, был не кто иной, как наш Александр.
Теперь, когда связь отключена, а из здания выйти невозможно, предупредить об опасности двух отважных людей и двух не мене отважных представителей дружественной цивилизации никому не удастся... Но это еще полбеды.
Специалистами враждебного центра была установлена новейшая система по обнаружению биообъектов в сточных и канализационных стоках! Так что Изюм, отправившись в опасное путешествие, сам того не зная, подвергался колоссальному риску.
Шансы на благополучное возвращение у него были, что называется, минимальны. Хорошо, наверное, что он не знал об этом, но, с другой стороны, было бы куда лучше, знай он о коварной ловушке... Ведь недаром говорят: предупрежден, значит, вооружен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
