- Да как вам сказать... Раньше, когда я в самом деле занимался вопросами государственной безопасности, частенько приходилось вступать в дискуссии с разного рода людьми, от откровенных врагов советской власти до запутавшихся в паутине пропаганды юнцов. Сами понимаете, грань, разделяющая правду и вымысел, очень тонка.
Не всякий специалист ее уловит, не говоря уже о простых смертных. Чтобы не ошибиться и не наказать невиновных, надо четко понимать идеологию, которая сбивает с пути истинного неокрепшие слабовольные умы или слишком впечатлительных граждан, что и является главной задачей при защите интересов государства, на службе у которого мы и находились в то непростое время...
Сейчас легко очернить любые заслуги, но могу вас заверить в том, что практически все мои соратники, за редчайшим исключениями, не запятнали свою честь сомнительными сделками с совестью. Мы выполняли свой долг перед Родиной, которой мы все присягали.
Я горд, что великая страна нуждалась в таких, как мы. И мы не подвели, оправдали доверие. К сожалению, сейчас шкала ценностей поменялась, но разве из-за этого упала цена человеческой жизни? Нет.
Она как была бесценна, так и осталась. Как прежде было необходимо охранять ее от посягательств, так необходимо делать это и сейчас, число охотников за жизнями наших граждан только увеличилось... Поэтому актуальна, как никогда, задача обезопасить нашу жизнь. Сегодняшний день - яркий тому пример. Пока мы живы, оплот остается! Можно мне себе немного поаплодировать?
- Конечно, можно, даже нужно! У меня прямо-таки резко поднялось настроение! Где этот чертов полковник? Я хочу с ним говорить. Жестко!
И, как бывает очень часто при упоминании кого-либо, он появляется. Полковник вошел в кабинет без стука, быстрым шагом, можно сказать, по-хозяйски. И немедленно попал профессору под горячую руку. Бесцеремонное вторжение в кабинет переполнило чашу терпения старого руководителя института. Очень ласковым, но властным голосом он произнес:
- Не кажется ли вам, что вы зашли слишком далеко в беспардонности, с которой общаетесь с людьми, чей IQ, скорее всего, на порядок будет повыше вашего?..
В следующий момент он перешел на не вполне литературные словесные обороты, которые мы просто опустим. Чтобы оценить их эмоциональный заряд, достаточно представить обескураженного полковника, впервые встретившего такой отпор, да еще и в его же собственном стиле!
Такого натиска от интеллигентного человека он никак не ожидал, поэтому присел на стул и молча слушал. По окончании тирады директор перевел дух и гордо посмотрел на Александра. Тот был немало удивлен столь развитой нецензурной лексикой профессора. Поправив галстук, профессор произнес историческую фразу:
"Никогда наперед не узнаешь, когда и где у тебя лопнет нарыв. В данный момент все произошло очень своевременно. Александр одобрительно, почти с восторгом ответил взглядом на взгляд профессора.
Они молчаливо праздновали победу. Победу над хамством и грубой силой. Человек в погонах молчал. Молчал долго, а по окончании затянувшейся паузы сказал на удивление спокойно:
- Господин профессор, я, конечно, могу действовать по уставу и арестовать вас за оскорбление чести офицера. Я мог бы вызвать вас на дуэль, но времена дуэлей прошли, как и многие другие традиции царской армии. А жаль!
Я не буду делать ни того, ни другого. Я просто проигнорирую ваши слова. Я их не слышал, вот и все. А впредь рекомендую осторожнее выбирать выражения, этак можете нарваться на большие неприятности.
Со мной вам повезло, я отходчивый и не злопамятный. С другими вести себя подобным образом не рекомендую. Я вот чего зашел... задержан ваш сотрудник, некто господин Завьялов, Александр Иванович. Вам известен упомянутый сотрудник?
Г Л А В А 12
Александр, штудируя тетради повторно, как ни странно, находил в них все новые и новые подробности, которые каким-то таинственным образом остались незамеченными при первом прочтении.
Прихлебывая уже остывший кофе, он делал пометки на полях документа, надеясь, что друг его извинит. Заметки носили пока чисто наблюдательный характер, но в голове у него уже вырисовывалась скелетная схема самого открытия. Словно спрут своими щупальцами, идея охватила разум Александра, направляя его на проникновение в тайну открытия.
Татьяна, находившаяся рядом, понимая важность происходящего, его не отвлекала. Она занималась наведением порядка у себя в голове, но это того стоило.
Наконец-то я предоставлена самой себе. Александр занят, последние два дня мы даже целовались всего несколько раз, можно по пальцам перечесть.
Я, конечно, понимаю - общая угроза и все такое... но любовь ведь никто не отменял. А мне хочется ласки. Страстных поцелуев. Ласки и поцелуев именно от него. Что происходит? Я хочу всех тех атрибутов любви, над которыми когда-то насмехалась. Что со мной?
Пожалуй, я впервые не могу себе ответить. Неужели пришла она, настоящая любовь?! Трудно определить, со мной это впервые. Смогу ли я разобраться в себе, обратившись к великим русским писателям и поэтам по вопросу любви? Вопрос!
Все, что мне довелось усвоить, они описывали под влиянием собственных чувств либо полагались на чувства героев и просто описывали их... Ни в одном произведении нет сносок, которые могли бы пролить свет на правду о написании романов на тему любви. Можно, конечно, перечислить симптомы большой любви, сравнить их с собственными и вынести вердикт. Признаки у меня налицо:
и томление, и безграничная радость при его появлении... ну, в общем, все есть. Так чего же я сомневаюсь? На роду написано, что ли, постоянно сомневаться? Теперь, когда рядом со мной такой мужчина, казалось бы, чего тебе еще надо, неугомонная?..
Вот и непонятно, что это за сомнения такие мешают жить. По интиму все порядке, даже более того, в минуты близости мне кажется, что нет ничего в мире лучшего, чем секс. Но оргазм проходит, и наука вновь занимает свое законное первое место. Я соткана из противоречий! Они наседают, наседают, и спасает меня лишь мое же упрямство.
Со мной, вроде бы, можно жить. Я готова идти на уступки, и немалые, взамен мне надо всего лишь изредка прислушиваться к моему мнению и следовать моим советам... всех делов-то на грош! Зато я, ощутив внимание мужчины не только как к объекту сексуального плана, но как к равной, костьми лягу, лишь бы угодить любимому. По моему глубокому убеждению, это и есть то, что называется "равноправные супружеские отношения".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
