— И какой смысл? — Искренни не понимает Чарли. — Райт думал, что Нэнси убьёт меня или что? Она была послана, чтобы убить меня? — Не верит он тому, что спрашивает такое.
— Убить? Нет, — появляется в глазах Моники чистая грусть. — Она была нужна для того, чтобы я переступила черту. Потому что нет никого страшнее женщины, которая знает, что любимый мужчина выбрал другую.
Саттон замолкает и на мгновение работа вдруг становится неважна. Кто, кого и почему? Для этого будет время. Он сумеет со всем справиться. У него уже есть план, который отчасти идёт в разрез с желаниями мужчины. Но это будет после. После того, как этот разговор закончится.
— Мне жаль, — произносит Чарли тихо, присаживаясь перед женщиной на корточки. — Мне жаль, что я позволил себе поддаться и поцеловал тебя. Правда, — касается он её щеки. — Если бы я мог, то вернул бы всё обратно, чтобы тебе не пришлось ничего из этого делать.
Моника всхлипывает, и слёзы стекают по её щекам. Вот он — конец. Она не чувствует, а видит его. Смерть уже стоит за спиной Саттона и лишь ждёт его отмашки, чтобы забрать женщину, предавшую его.
— Я позволила Джеффри умереть, — шепчет она побелевшими губами. — Я так сильно хотела, чтобы ты умер, что дала своему мужу сесть в заминированную машину. Я… Я ненавижу тебя! — Ревёт Моника, как раненный зверь. — Почему ты не мог полюбить меня? — Дёргается она к мужчине, желая достать его, но верёвки держат крепко. — Это всё из-за тебя! ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ!
Чарли наблюдает, сохраняя молчание. Ни какие его слова не дойдут до неё сейчас. Ему и правда не следовало начинать этот служебный роман. Никогда не гадь там, где ешь. И никогда не спи с тем, с кем работаешь. Правила, которым надо следовать неукоснительно, но в тот момент он чувствовал себя настолько одиноко, что улыбчивая, добрая Моника показалась ему лучшим выходом из положения.
— Я позабочусь о твоих детях, — обещает он, услышав, как открывается дверь. — Они будут в безопасности и полностью обеспеченны.
— Деньги, да? — Выплёвывает Моника хрипло. — Ты всегда любил только их.
Саттон не произносит ни слова, разворачиваясь и направляясь к двери. Винсент уже стоит на пороге, вместе с невысоким, чуть полноватым мужчиной, который многие годы оказывает Чарли услуги определённого характера.
— Она разговаривает, — смотрит Саттон на Лаки. — Так что, для начала можно обойтись без тяжелой артиллерии. Если получится, я вообще бы не хотел, чтобы вам пришлось сегодня работать.
— Понимаю, — кивает мужчина, поправляя очки.
— Выясни у неё всё о Райте и о том, как они работали, — переводит Чарли взгляд на друга. — И узнай, что она знает о Карле Паркере.
— Паркер? — Выплёвывает Росс, как ругательство. — Я так и знал, что твоя маленькая шлюха…
Саттон на взводе из-за открывшейся правды, поэтому ему не удаётся сохранить спокойствие.
Глаза Винсента расширяются, когда друг вдавливает его в противоположную от двери стену.
— Не смей! — Рявкает Чарли. — Не говори о том, о чём пожалеешь, — рычит он. — Не о ней.
Росс сглатывает. Он видел друга в гневе, но с подобной яростью сталкивается впервые. Будто перед ним совершенно другой персонаж. Не человек даже. Зверь, который защищает свою самку. И он вырвет глотку любому, кто позволит себе приблизиться или сказать лишнего.
— Понял, — Винсент не собирается шутить. — Я всё понял, босс, — повторяет он чуть громче.
Саттон отпускает рубашку друга и делает шаг назад. В голове у него полный сумбур. Ему надо отвлечься, но сейчас на это нет времени.
— Ты связался с Макги?
— Да, — отдёргивает Росс рубашку. — Он будет ждать к десяти. Сказал, что вам есть, что обсудить.
— Не сомневаюсь, — кривится Чарли. — Этот старик знает больше, чем говорит. Не удивлюсь, что он ожидал подобного исхода.
Винсент не успевает спросить о каком исходе идёт речь, а Саттон уже идёт к лестнице.
— Куда ты поедешь?
— Домой.
Глава 37
Интуиция штука такая, что не у каждого она есть и не все ей доверяют. Но порой она работает так сильно, что как пуля влетает в голову и от этого уже никак не отмахнуться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нэнси чувствует, что должно произойти нечто плохое. Она не понимает откуда вдруг это чувство, но оно поселяется в ней в тот момент, когда Чарли выходит за дверь спальни и девушка остаётся одна. И ей снова кажется, что она бесконечно одинока в этом мире.
— Нэнс, — Нил показывается в дверях спальни и смотрит на лежащую в тишине девушку.
— Ты хотела написать список, — Пол пролезает под рукой брата.
Паркер первые пару минут не реагирует на слова Уорнеров. Ей приходится зажмуриться и впиться ногтями в ладони, чтобы отогнать от себя этот нерациональный страх. Всё хорошо. Ничего страшного не происходит. Чарли сказал, что вернётся домой вечером. Она не должна переживать.
— Сейчас спущусь, — приподнимается девушка на руках. — Подумайте, чтобы вам хотелось съесть.
Домашняя рутина отвлекает.
Нэнси пишет длинный список, который умещается на нескольких страницах. Тут не только продукты, но и средства для уборки, а также немного самой обычной косметики, которую легко найти в самом захудалом магазине. Она пока не готова тратить деньги Чарли, пусть и догадывается, что мужчина совсем не будет против этого.
— Нэнс, — Нил дотрагивается до руки Паркер.
— Да, — встряхивает она головой, прогоняя из неё Саттона. — Если хотите вафель, то придётся купить формочки для них.
— Мы купим много формочек, — обещает Пол, улыбаясь в надежде, что девушка тоже улыбнётся.
— Хорошо, — покусывает Нэнси кончик карандаша.
Мысль о том, чтобы забить шкафы на кухне не кажется девушке забавной. Для неё сейчас ничего не выглядит забавным. В голове у неё только одно желание — поскорее увидеть Чарли. Чтобы он пришел и стёр все мнимые переживания из её головы, и снова поцеловал.
— Нэнс, Дюк останется с тобой, — сообщает Нил.
— Он будет в машине на улице, — добавляет Пол, зная, что Паркер не большая поклонница этого сурового мужчины. — Но если что-то услышишь, не задумываясь беги к нему. Ясно?
Нэнси не отвечает, глядя на дверь за спиной близнецов. Она может сама пойти к Чарли. Может попросить братьев подвезти её. Он ведь не будет против, если она появится на пороге его работы? А если и будет, то она всё объяснит, и он обязательно поймёт. Поймёт ведь?
Уорнерам не нравится поведение девушки, и они перекидываются взглядами, обдумывая кому из них остаться дома. Дюк, как охранник, конечно же, хорош, но вдруг она сделает какую-нибудь глупость, оказавшись в одиночестве. Нэнси не похожа на самоубийцу, но когда их вообще можно было распознать.
Близнецы не понимают, что такого случилось между их боссом и Паркер, отчего она сама не своя. Это странно, ведь им обоим, да и Россу тоже, казалось, что эти двое наконец поладили. А теперь у братьев такое чувство, что Саттон сделал какую-то страшную вещь, отчего Нэнси немного поехала головой.
— Пойдём выпьем чаю, Нэнс, — тянет Пол девушку за руку.
— Чай? — Повторяет она тихо.
— Чай хорошая идея, — следует за ними Нил. — Давно не пил вкусного чаю.
Никто и никуда из них не поедет. Еда может подождать, а вот душевное состояние девушки нет. Чтобы Чарли с ней не сделал, они всё ещё обязаны охранять Паркер. Беречь её. Даже от самой себя.
Трое уже почти добираются до кухни, когда слышит хлопок двери. Близнецы тут же настораживаются и их руки оказываются под пиджаками, а пальцы обхватывают рукоятки пистолетов. Паркет тоже оживляется.
Саттон выглядит непривычно с всклокоченными волосами и горящими глазами, но Уорнеры не успевают прокомментировать внешний вид босса.
Нэнси срывается с места и бежит в сторону мужчины, чтобы тут же оказаться в его руках.
Братья отворачиваются.
— Думаю, нам всё же стоит съездить по магазинам.
***
