– Зачем?
– Пахомов посоветовал, очень настоятельно.
– А почему?
– Этого я тебе не могу сказать. Прости, обещала.
– Ну и ладно, я и без тебя узнаю, от Андрюшки.
Сказав это, Людка буквально прикусила язык и отвела взгляд от подруги, честя себя за идиотскую привычку тараторить слишком быстро, так, что мысли порой за словами не поспевают.
– Что ты сказала?.. – нахмурилась Наташа. – От Андрея? Он что, с Пахомовым связан?
– Да, – нехотя призналась Людка.
Наталья нервно схватилась за сигареты.
– Так вот откуда у нас скатерть-самобранка! – со злостью проговорила она. – Ты зачем его просила?
– Нет, Наташ, я не просила! Борька был уверен, что от него ты помощи не примешь, но очень хотел помочь. Он сам меня нашел…
– Кроме продуктов, что еще?
– Да все! – выпалила Людка и стала загибать пальцы. – Эти якобы страховки на четыре тысячи, покупка у тебя дачи – тоже он. Врачи, их оплата, операция и путевка в санаторий… Кстати, идея с шитьем – тоже его!
– Да мы ведь сами!..
– Его идея, только мне надо было тебя на мысль натолкнуть, а остальное мы сами – не считая его денег, юриста, помощи Андрея… а так мы, конечно, сами, – пыхтела Людка.
– Я все верну, – не слишком уверенно проговорила Наталья.
– Ну, это вряд ли, даже если все оборудование продашь. Это я тебе как бухгалтер нашего кооператива говорю, хотя об истинных его затратах могу лишь догадываться. И вообще, разве можно вернуть заботу, самопожертвование?
– Какое, к черту, самопожертвование?
– А как это называется, если за свои деньги ставишь на ноги мужа любимой женщины?
– Он надеялся, что я узнаю и оценю, – стиснула губы Наташа.
– А вот и нет! Я ему поклялась и, если бы не проговорилась сейчас, ты бы, может, до смерти ничего не узнала. Много он от тебя благодарности просил?
Наталья решительно раздавила сигарету в пепельнице.
– Хватит об этом. Время идет, скоро сберкассу закроют, сегодня ведь суббота. Ты возьмешь машину и поедешь к Андрею. Кстати, где он работает?
– На прежнем Борином месте.
– Директором гостиницы? А у него на тебя время найдется?
– Если на меня не найдется, то для тебя обязательно выкроит. Я так понимаю, что он Борькин адъютант по жизни. Ослушается, такой пистон получит! Боюсь, что наши с ним отношения тоже «боевое задание». Но, когда мы вместе – у нас все чудесно. А на остальное мне плевать! Проще надо жить, подруга! Пользоваться каждым кусочком счастья, которое дарит судьба, а не отбрыкиваться, как ты всегда делаешь!
– Хватит меня воспитывать, счастливая ты наша, пошли в сберкассу.
– Ужинать будешь? – спросил Сашка, когда вечером она вернулась домой. – Я пельмени сварил.
Ели молча. Покончив с ужином, Наташа принялась мыть посуду. Сашка не уходил.
– Зачем приезжал Пахомов? – спросил он через некоторое время.
– По делу.
– По-моему, к твоим делам он отношения не имеет. Я бы хотел знать, что у вас с ним. Ведь я тебе муж все-таки.
– А ты помнишь, что незадолго до аварии мы подали на развод? Ты не спрашивал, и я не рассказала, как получилось, что я оказалась рядом с тобой и рассталась с Борисом…
Она вытерла руки и присела к столу, Сашка вопросительно глядел, ждал продолжения.
– За три дня до аварии мы с Борей поссорились, и я ушла к маме.
– Поссорились?
– Не сошлись во взглядах на советскую торговлю, – горько усмехнулась она. – Время показало, что не права была я, а Боря, как зрелый человек, не захотел идти на поводу у девчонки, и дал мне три дня сроку: или я приму его таким, как есть, или… Теперь-то я понимаю, что мне не следовало уходить на эти три дня, но тогда я была слишком молодой и глупой, характер хотелось показать… Я уже готова была вернуться, но тут позвонили из больницы. У меня на руках умер твой папа, ты в реанимации, потом похороны… Когда я все-таки позвонила, оказалось, что Пахомов куда-то уехал. Тут я опять возле тебя закрутилась: утки, уколы, кормежка, а ты такой безучастный ко всему, неподвижный… Короче, очнулась я, сообразив, что беременна. Кинулась к Боре обрадовать, он очень хотел ребенка… Но застала его с двумя вульгарными девицами, пьяного.
– Недолго же он тебя ждал! – не удержался Соловьев.
– Тогда я так же подумала и сразу пошла на аборт. А теперь…
– Жалеешь, что не родила?
– Я еще после первого аборта – помнишь, Димке всего полгода было – сказала, что заставить меня сделать аборт никто не сможет, но и отговорить тоже. Если сделала – значит, так решила.
– Тогда, о чем ты?
– С возрастом иначе смотришь на физическую измену. Секс – ерунда. Изменить в душе, полюбить другого – вот это действительно серьезно. И тут Боря был прав. Он не изменил мне, а просто пытался забыться со шлюхами.
Наташа схватилась за сигарету, Саша протянул зажигалку и спросил:
– Ну, а потом?
– Узнав о несчастье с тобой, он предложил помощь, я отказалась.
– Наташка, ты столько сделала для меня, если бы не ты…
Она покачала головой:
– Сегодня я узнала, что все незаметно устраивал Боря, а я на самом деле только подавала тебе утку… Это он все оплатил, а я думала, что плачу из страховки, из денег за дачу… а это были его деньги. И врачей он разыскивал, присылал и заранее платил им.
– И сегодня он тебе об этом рассказал? Не слишком порядочно, на шантаж похоже…
– Повторяю, он приходил по делу, не пробыл и получаса. Это Людка случайно проболталась. Оказывается, даже мой кооператив – его идея. Он подал мысль Людке, а она мне. Вот так-то. Мы всем ему обязаны, и я и ты.
В кухне повисло молчание. Через некоторое время Саша взял Наташу за руку.
– Наверное, с моей стороны будет свинством мешать твоему счастью… ты столько для меня сделала… На ноги поставила, в прямом и переносном смысле… Вот и с газетой, признайся, это ты помогла мне устроиться?
– Пахомов познакомил меня с Михаилом Израилевичем, а он, посмотрев твои статьи, пригласил тебя на работу.
– Ты думаешь?.. Да он же взятки брал, все говорили!
– Ну, может, Боря ему заплатил, сейчас это уже не имеет значения…
– Так ты уйдешь? – спросил Соловьев после небольшой паузы.
– Меня никто не звал, – грустно усмехнулась она. – Я, возможно, перееду к маме, Димка ведь все равно в интернате. Но это будет попозже, не торопи меня.
– Если ты решишь остаться, я буду только рад.
– Но ты ведь не любишь меня? А может, никогда не любил по-настоящему. Сейчас мне кажется, что ты женился, потому что я у тебя была первая. Ведь так?
Саша пожал плечами и в свою очередь спросил:
