Итальянцы и японцы выступали менее резко, чем Сарро, но в общем и они высказались в том же смысле. На конференции произошла характерная стычка между Англией и Францией,
«Опыт мировой войны, — говорил Бальфур, — подчеркнул колоссальную угрозу подводного флота для Англии. Англия могла бороться с германским подводным флотом лишь благодаря отсутствию у Германии достаточного числа баз; к тому же район действия подводных лодок был в то время менее велик, чем теперь. Франция, имеющая базы повсюду, может представить, обладая большим подводным флотом, во много раз большую опасность для Англии, чем Германия».
Ответ главы французской делегации был проникнут ядовитым сарказмом:
«Англия хотела бы упразднить подводные лодки, на это мы не согласны. Но если Англия пожелает упразднить линейные корабли, то мы немедленно же согласимся и на упразднение подводного флота… Англия не намерена никогда использовать свои линейные корабли против Франции. Она держит их, по всей вероятности, для ловли сардинок. Пусть же она разрешит и бедной Франции строить подводные лодки… для ботанического исследования морского дна».
Юз принял сторону Англии. Он иронически напомнил, что происходит конференция по сокращению вооружений. Между тем Франция требует себе максимального тоннажа подводных лодок. Юз предложил установить для Франции лимит в 60 тысяч.
Французы ответили, что запросят по телеграфу своё правительство. На следующий день конференция заслушала сообщение Сарро, который заявил, что Франция не может согласиться на лимит ниже 90 тысяч тонн. Было очевидно, что по этому вопросу участники конференции не могут договориться между собой.
6 февраля 1922 г. между США, Британской империей, Японией, Францией и Италией был подписан трактат «об ограничении морских вооружений». Согласно этому договору для поименованных выше стран установлено было соответственно следующее соотношение размеров линейного флота — 5:5:3: 1,75: 1,75.
При обсуждении трактата Япония потребовала сохранить достраивающийся линкор «Mutsy» взамен устаревшего «Settsy». После долгой борьбы Япония добилась согласия на то, чтобы японский флот получил два линкора так называемого послеютландского типа. Само собой разумеется, что и другие державы не пожелали отстать от Японии. США также получили право построить два линкора современного типа, сдав за это на слом два устаревших корабля. Таким образом, в американском флоте должно было насчитываться пять кораблей послеютландского типа. Англия имела всего один корабль такого типа. Поэтому она и добивалась права постройки двух новых линейных кораблей, соглашаясь сдать на слом четыре более устарелых судна.
После всех этих дополнений Англия должна была иметь 20 линейных кораблей общим тоннажем в 558 950, США — 18 кораблей в 525 850, Япония — 10 кораблей в 301 320, Франция — 10 кораблей в 221 170, Италия — 10 кораблей в 182800 тонн.
Державы, подписавшие соглашение, обязались не приобретать и не строить линкоров водоизмещением больше 35 тысяч тонн. Ни один линкор не должен был обладать орудиями калибра свыше 16 дюймов. Общий тоннаж линейных судов, могущий подлежать замене, не должен был превышать: для США и Британской империи — 525 тысяч тонн, для Японии — 315 тысяч и по 175 тысяч тонн для Франции и для Италии. Америка, таким образом, добилась отступления Англии от основного принципа британского морского могущества — иметь флот, равный соединённому флоту двух самых сильных в мире морских держав.
Трактат установил общий тоннаж авиаматок для каждой из договаривающихся держав: для США — 135 тысяч, для Британской империи — 135 тысяч, для Японии — 81 тысячу, для Франции и Италии — по 60 тысяч. Ни одна держава не должна была приобретать или строить авиаматки свыше 27 тысяч тонн водоизмещением. Впрочем, договаривающиеся стороны могли строить не больше чем две авиаматки, не свыше 33 тысяч тонн водоизмещением каждая, при условии, что общий тоннаж их авиаматок не будет превышать общей нормы. Ни одна авиаматка не должна была обладать орудиями калибра свыше 8 дюймов. Трактат запрещал постройку лёгких крейсеров свыше 10 тысяч тонн водоизмещением и снабжение их орудиями калибра более чем 8 дюймов.
Особо был выделен на Вашингтонской конференции вопрос об укреплениях и морских базах. Вашингтонский трактат установил в этом вопросе status quo, — это означало запрещение создавать новые морские базы и отказ от усиления береговой обороны и от увеличения военно-морских средств по ремонту и по поддержанию военно-морских сил на Тихом океане. Из этого общего постановления исключались островные владения у побережья США, у Аляски, кроме Алеутских островов, островные владения в зоне Панамского канала и Гавайские острова. Для Британской империи исключение было сделано в отношении островных владений, прилегающих к побережью Канады, Австралии, Новой Зеландии, и для всех островов к западу от меридиана 110° восточной долготы. Сингапур, таким образом, попадал в число пунктов, где не запрещалось возводить укрепления.
Что касается Японии, то status quo к моменту подписания трактата распространялось на следующие её островные территории и владения в Тихом океане: Курильские острова, острова Бонин, Амами — Ошима, острова Лушу, Формоза и Пескадоры, а равно те островные территории и владения в Тихом океане, которые Япония приобретёт в будущем.
Соглашение о status quo предоставляло США возможность укреплять территории, защищающие непосредственные подступы к США. Зато Америка была лишена права укреплять Филиппины и остров Гуам. Такое положение было наруку Японии. Это обстоятельство должно было в скором времени усилить противоречия между Америкой и Японией. С другой стороны, Англия сохраняла за собой право укреплять Сингапур, — который является воротами с запада в Тихий океан, — что было направлено против интересов Японии. Это обстоятельство сулило обострение противоречий между Японией и Англией.
Трактат пяти держав должен был оставаться в силе до 31 декабря 1936 г. Если бы ни одна из договаривающихся держав за два года до этого срока не заявила о своём намерении прекратить действия трактата, то он должен был бы остаться в силе ещё на два года, до того дня, когда какая-либо из держав уведомит о прекращении его действия.
В общем постановлении было указано, что любая из подписавшихся держав может приостановить действие трактата на время войны. Если в мирное время какая-либо из этих держав признает, что изменившиеся обстоятельства затрагивают интересы её обороны, то все державы должны собраться на конференцию в целях пересмотра трактата. Эта статья фактически сводила к нулю весь трактат, ибо любая страна, вступившая в войну, получала возможность его нарушить.
Трактат пяти держав подлежал ратификации. Обмен ратификациями состоялся 17 августа 1923 г. в городе Вашингтоне, При этом Франция сделала следующую оговорку: «Французское правительство полагает и всегда полагало, что нормирование общего тоннажа линейных судов и авиаматок, признанного за каждой из договаривающихся держав, не отражает значения морских интересов этих держав и не может быть распространено на другие виды военных судов, кроме тех, о которых специально условлено».
Вашингтонское соглашение «о разоружении» на Тихом океане решало по существу лишь вопрос о перераспределении морских сил. На первый план оно выдвинуло Америку, которая добилась права иметь флот не слабее английского и превосходящий морские силы Японии. Но, с другой стороны, и Англия, отказавшись от своего принципа иметь флот сильнее всех других держав, всё же удерживала за собой мировое преобладание: избавившись от лишних расходов на линейные корабли, она сохраняла свои быстроходные крейсеры и такие же торговые суда, легко превращаемые во время войны в военные корабли. Япония, поступившись численностью флота, добилась status quo в Тихом океане, т. е. уменьшила для себя опасность со стороны США, которым воспрещалось укреплять Филиппины и Гуам. Притом Япония могла вознаградить себя за сделанные уступки количественным увеличением крейсеров и подводного флота.
Таким образом, вашингтонский трактат не устранял противоречий между отдельными странами. Напротив, он создал обстановку, чреватую дальнейшими международными конфликтами.
В тот самый день, когда был подписан трактат, 6 февраля 1922 г., те же пять держав подписали соглашение «для защиты на море во время войны жизни граждан нейтральных и невоюющих стран и для предупреждения использования во время войны вредоносных газов и химических средств».
В этом же документе нашла своё отражение и бесплодная дискуссия о подводных лодках. Новое соглашение устанавливало, что в военное время каждый торговый корабль до захвата его кораблями воюющих сторон должен при встрече с ними получать предупреждение о предстоящем ему осмотре и обыске. Если торговый корабль после предупреждения подчинялся этому требованию и не отказывался направиться туда, куда ему было указано, то нападение на такое торговое судно считалось недопустимым. Правило это объявлялось обязательным и для подводных лодок воюющих государств.
