Вечер и ночь на 3 декабря 136-й танковый батальон, в составе которого в строю осталось 9 танков, совместно с небольшой группой пехоты провел, обороняя восточную часть села Петровское. Командир батальона получил приказ расположить танки так, чтобы они, прикрывая друг друга огнем, постоянно меняли позиции, создавая видимость нахождения здесь значительной группировки наших войск. Эта небольшая военная хитрость танкистам удалась. Несмотря на то что до Киевского шоссе оставалось менее трех километров, противник не решился продолжить активные действия в этом направлении. Как стало известно много лет спустя, потери противника в личном составе, вооружении и технике на тот момент были настолько большими, что он уже и не помышлял о дальнейшем продвижении к Москве с этого направления.
Весь день шел ожесточенный бой в районе Акулова, где 508-й и 509-й ПП 292-й ПД, при поддержке танкового батальона 27-го ТП 19-й ТД, пытались прорвать оборону 32-й СД и выйти к Минскому шоссе. Как ни старался противник, занимавшие оборону по обе стороны дороги бойцы и командиры 17-го СП и артиллеристы 509-го противотанкового полка не позволили ему осуществить эти намерения. Мужественно и самоотверженно отражая атаки танков и пехоты противника, воины дивизии нанесли врагу большие потери в живой силе, уничтожив за два дня боя до пятнадцати его танков. Зенитными средствами дивизии и армии было сбито 5 самолетов противника.
По своему накалу и значимости бой в районе Акулова стоит в одном ряду с подвигом героев-панфиловцев, а по масштабам потерь, понесенных противником, намного превосходит его. По данным штаба дивизии, за три дня боев противник потерял здесь 34 танка и до двух батальонов пехоты.
Ближе к вечеру штабом оперативной группы под руководством генерала М. Г. Ефремова был разработан план операции по уничтожению противника, прорвавшегося в районе Юшково, Петровское, Бурцево.
Планом предусматривалось: концентрированным ударом с северо-восточного и юго-восточного направлений окружить и уничтожить юшковскую группировку противника, одновременно захватив высоту с отм. 210,8, планировалось не допустить отхода противника из района Юшково, Петровское, Бурцево в западном направлении и воспретить подход резервов с запада.
В дальнейшем стремительным наступлением в направлении высота с отм. 210,8, Головеньки, Таширово уничтожить противника и полностью восстановить прежнее положение.
По замыслу генерала М. Г. Ефремова, соединения и части, которые планировалось задействовать для ликвидации противника, прорвавшегося в район Юшково, Петровское, Бурцево, были подразделены на две группы.
Первую группу, под общим командованием командира 18-й ОСБр подполковника А. И. Сурченко, должны были составить 18-я отдельная стрелковая бригада и 20-я танковая бригада (командир — полковник Г. П. Антонов).
18-я отдельная стрелковая бригада, перебрасываемая в район Апрелевки по железной дороге, являлась наиболее боеспособной частью группировки войск генерала Ефремова. В состав бригады входили три отдельных стрелковых батальона, танковый батальон, два артиллерийских дивизиона, два минометных дивизиона и ряд отдельных подразделений. Всего в бригаде насчитывалось около 4500 бойцов и командиров. На вооружении состояло 18 танков, 12 — 76-мм пушек, 18 — 45-мм пушек и 48 минометов. Значительная часть командного состава уже принимала участие в боях с немецко-фашистскими захватчиками. Личный состав бригады в основной своей массе имел хорошую подготовку, значительную его часть составляли курсанты военных училищ и школ младших командиров.
20-я танковая бригада, имевшая в своем составе 21 танк, занимала оборону у опушки леса недалеко от населенного пункта Тарасково. Бригада входила в состав 5-й армии, поэтому комбриг, прежде чем выполнять приказ генерала Ефремова, непременно получал одобрение у генерала Говорова, что, естественно, затрудняло управление ею. Командарм-5 видел свою главную задачу в том, чтобы не допустить прорыва противника к Минскому шоссе.
Однако обстановка складывалась таким образом, что 18-я ОСБр, по не зависящим от нее причинам, явно запаздывала с сосредоточением в указанном ей районе к установленному времени. Это обстоятельство могло внести существенные коррективы в решение поставленной задачи.
Вторая группа, или, как она еще называлась, танковая группа, которой командовал начальник АБТВ армии полковник М. П. Сафир, состояла из двух частей, которые на первом этапе операции должны были действовать отдельно друг от друга.
Под непосредственным руководством полковника Сафира в районе с. Петровское должны были вести боевые действия 136-й и 140-й отдельные танковые батальоны, 23-й и 24-й лыжные батальоны и отряд пехоты, наскоро собранный по приказу генерала Ефремова из бойцов тыловых и специальных подразделений армии.
Вторая часть танковой группы представляла собой сводный отряд частей 33-й армии под командованием командира 5-й ТБр подполковника М. Г. Сахно, действовавший в районе Рассудова, в составе 11 танков 5-й танковой бригады, батальона 183-го запасного СП, курсов младших лейтенантов и политруков.
Там же, в районе Рассудово, находился резерв командарма в составе 10 танков 136-го ОТБ.
После захвата высоты с отм. 210,8 и разгрома противника Юшково, Петровское, Бурцево эти две части должны были действовать единой группой под командованием начальника АБТВ 33-й армии полковника Сафира в направлении Головенек, Таширова. 18-я ОСБр в это время должна была совместно с 32-й СД уничтожить противника в районе Акулова.
Генерал-лейтенант Ефремов хорошо знал своего заместителя, поэтому без колебания назначил его командиром танковой группы, которой предстояло выполнить самую важную задачу по ликвидации прорвавшегося противника.
По плану генерала Ефремова порядок действий войск по разгрому противника в районе Юшково, Петровское, Бурцево должен был быть следующим.
К 15 часам 3 декабря части должны были занять исходные районы, и в 15 часов 30 минут, после нанесения удара двумя залпами РС по противнику (что являлось сигналом начала атаки), перейти в наступление.
18-я стрелковая бригада совместно с 20-й ТБр 5-й армии должны были наступать в направлении высоты с отм. 203,8, действуя севернее Юшкова, и разгромить противника, оборонявшегося в районе Юшкова.
Прапорщик М. П. Сафир. 1915 г.
Одновременно главные силы танковой группы под руководством полковника М. П. Сафира в составе 140-го и 136-го ОТБ, двух лыжных батальонов, действуя из района леса восточнее Бурцева, должны были нанести поражение противнику в районе Бурцева, с. Петровское.
В дальнейшем 18-я ОСБр и танковая группа Сафира должны были совместными усилиями завершить разгром противника в этом районе.
Сводному отряду подполковника М. Г. Сахно предписывалось в 7 часов 30 минут перейти в наступление на противника, оборонявшегося в районе высоты с отм. 210,8, уничтожить его и, овладев высотой, отрезать пути отхода юшковской группировки в юго-западном направлении, одновременно не допустив подхода подкреплений противника.
Однако в силу различных причин далеко не все, что было задумано, удалось претворить в жизнь.
Пока штаб оперативной группы планировал операцию по уничтожению противника, прорвавшегося в район Юшково, Петровское, Бурцево, остатки подразделений 222-й СД продолжали сражаться с врагом в окружении. В ходе боя в районе командного пункта 457-го СП, находившегося несколько восточнее высоты с отм. 203,9, был тяжело ранен командир полка майор З. Н. Израилевич, пропал без вести заместитель командира полка майор В. Н. Кулишер.
Офицеры связи, посланные штабом армии в дивизию для выяснения обстановки, назад не возвратились. К исходу дня так ничего и не удалось узнать о судьбе командира дивизии полковника М. И. Лещинского. Было лишь известно, что последний раз его видели на участке обороны 774-го СП.
Начальник автобронетанковых войск 33-й армии полковник М. П. Сафир (послевоенное фото)
В «Алфавитной книге офицерского состава частей 222-й дивизии, погибших в боях и пропавших без вести» о нем нет ни слова[118].
Позднее в приказе командира 222-й СД по личному составу от 8.12.41 появилась запись:
«…Считать убывшими: 1. Ком. 222 СД п-к ЛЕЩИНСКИЙ МИХАИЛ ИОСИФОВИЧ с 2.12.41 г. как без вести пропавший»[119].
Сразу же после ликвидации прорыва противника на Наро-Фоминском направлении генерал Ефремов приказал выяснить судьбу командира 222-й СД, но непосредственных свидетелей того, что с ним произошло, найти не удалось. Никто комдива, после того как он 2 декабря с группой бойцов и командиров смог пробраться на КП командира 774-го СП майора М. И. Илларионова, больше не видел. Оставшийся в живых адъютант командира дивизии лейтенант К. А. Мизеров, тяжело раненный в ходе боя в районе командного пункта 774-го СП, тоже ничего о судьбе командира дивизии рассказать не мог.
