Четвертое: 18 СТР. БРИГАДЕ с танками во взаимодействии с 20 ТБР из р-на ТАРАСКОВО и лес южнее нанести удар в направлении — отм. 203,8, 1 км с.-з. ЮШКОВО и совместно с танковой группой полковника Сафир окружить и уничтожить ЮШКОВСКУЮ группировку противника, в дальнейшем наступать в направлении выс. 210, 8, АКУЛОВО, ГОЛОВЕНЬКИ.
Пятое: танковой группе полковника Сафир (140 и 136 ТБ) с 23 и 24 б-нами лыжников, 5 ТБР, отрядом 100 чел. от 183 запасного полка, под командованием полковника Сафир нанести удар по Юшковской группировке противника из р-на лес восточнее БУРЦЕВО, ПЕТРОВСКОЕ, совместно с 18 СТР. БРИГ, окружить и уничтожить Юшковскую группировку противника, в дальнейшем наступать в направлении ПЕТРОВСКОЕ, выс. 210, 8, ГОЛОВЕНЬКИ, ПИОНЕРСКИЙ ЛАГЕРЬ. Танковой группе от 5 ТБР (9 танков) под командованием командира 5 ТБР полковника САХНО с отрядом 183 ЗАП. ПОЛКА (150 чел.) нанести фланговый удар с направления РАССУДОВО, овладеть выс. 210, 8 с целью не допустить отхода противника на запад и подхода новых его сил на восток.
Шестое: задача артиллерии:
А) До начала наступления подавить огневые средства противника в р-не ЮШКОВО, БУРЦЕВО.
Б) Налетом РС уничтожить живую силу противника в этом же р-не и на выс. 210, 8.
В) Организовать ПТО р-на операции с целью уничтожения танков противника и недопущения их по Московско-Киевской дороге.
Седьмое: мой КП — сев. окр. АЛАБИНО, в дальнейшем выс. 210, 8.
Руководитель операции командующий 33 армией генерал-лейтенант (подпись) ЕФРЕМОВ»[127].
Для более тесного взаимодействия авиации с войсками, участвовавшими в контрударе, на командном пункте командующего 33-й армией постоянно находилась оперативная группа 77-й АД, однако это «не помешало» нашим летчикам трижды в течение дня нанести бомбовые удары по танковой группе полковника Сафира.
К 11 часам дня подошел 140-й отдельный танковый батальон, сосредоточившийся в лесу в 200 м восточнее платформы Алабино. По докладу подполковника Сурченко, 18-я стрелковая бригада, закончив выгрузку своих батальонов на станции Крекшино (4 км северо-восточнее Апрелевки), приступила к совершению марша в указанный ей район. По-прежнему не было никаких сведений о местонахождении лыжных батальонов. Имевшейся в распоряжении полковника Сафира пехоты было явно недостаточно для того, чтобы поддержать действия танкистов. Тогда по приказу генерала Ефремова было дополнительно собрано еще около 50 бойцов из состава штабных и тыловых частей армии.
В 13 часов поступила информация о том, что 18-я ОСБр головой колонны находилась 2 км севернее Апрелевки, а 23-й и 24-й лыжные батальоны подходили к Мамырям. Однако вскоре выяснилось, что сведения о местонахождении лыжных батальонов не соответствовали действительности.
Полковник Сафир предложил генералу Ефремову атаковать противника имеющимися силами и средствами, не дожидаясь подхода 18-й ОСБр и лыжных батальонов, но Михаил Григорьевич предпочел не рисковать: кто знает, как могли развернуться события, и решил дожидаться подхода 18-й ОСБр.
Следующие два часа прошли в томительном ожидании: никаких новых данных о местонахождении лыжных батальонов так и не поступило. 18-я бригада, продолжая марш по заснеженным лесным дорогам, с трудом укладывалась в отведенное ей время на выход в район Юшкова. Подполковнику Сурченко было приказано быть готовым вступить в бой с марша без какого-либо отдыха и дополнительной подготовки. По-прежнему очень странно вел себя противник, который не проявлял абсолютно никакой активности. Мало того, он даже оставил Бурцево, отойдя к с. Петровское и частью сил к Юшкову. По докладу подполковника Сахно, в районе высоты с отм. 210,8 отмечалось передвижение автомобилей и повозок. Нервы у всех были на пределе.
В 15 часов в штаб Западного фронта за подписью генерала Кондратьева было отправлено донесение, в котором, в частности, отмечалось:
«…2. Обстановка в районе ЮШКОВО:
а) 140 танковая бригада в составе 11 танков прибыла в 11.00;
б) к 13.00 в районе МАМЫРИ сосредоточились лыжные батальоны (генерал Кондратьев не знал, что эта информация не подтвердилась. — Прим. автора);
в) 8.30 18 стр. бригада в районе КРЕКШИНО; в 13.00 в движении в лесу 2 км сев. АПРЕЛОВКА;
г) полк ПТО еще не прибыл…»[128].
Получив около 15 часов сообщение командира 18-й СБР подполковника Сурченко о выходе передовых батальонов на опушку леса северо-восточнее Юшкова и понимая, что дальнейшее промедление может привести к тому, что бой придется вести в ночных условиях, командарм принял решение начать наступление имеющимися силами и средствами, не дожидаясь подхода лыжных батальонов.
В 15 часов 15 минут по приказу генерала М. Г. Ефремова по противнику были даны два залпа реактивной артиллерией, что было сигналом о переходе в наступление. 136-й и 140-й отдельные танковые батальоны с десантом на бортах стремительно пошли в атаку. 18-я ОСБр перешла в наступление с некоторым опозданием. Завязался ожесточенный бой с противником, но численный перевес был явно на нашей стороне. Врагу оставалось полагаться только на действия авиации, которая активно прикрывала его с воздуха.
В сложившейся обстановке очень многое зависело от действий танковой группы Сафира, которой предстояло выполнить главную задачу — разгромить противника в районе Петровского и южнее Юшкова, где у него находились главные силы пехоты и до 12 танков. 18-й ОСБр предстояло наступать севернее Юшкова, действуя в направлении высоты с отм. 203,8.
Танковая группа действовала в целом успешно. Танкисты 136-го ОТБ, успевшие за двое суток боев в этом районе, как говорится у военных, «врасти в обстановку», в ходе боя за Юшково подбили несколько танков противника, выведя из строя два и захватив четыре орудия. Столь же уверенно действовали в районе с. Петровское и танкисты 140-го ОТБ.
Два стрелковых батальона 18-й ОСБр, каждый усиленный ротой танков, наступали в направлении лагеря Алабино, обходя Юшково с севера. Пехота, уставшая после длительного марша, медленно продвигались вперед. Несколько выправили положение дел танкисты 18-й ОСБр, стремительно атаковавшие противника, не дожидаясь подхода своей пехоты.
К 16 часам подразделения 458-го ПП оставили Юшково и Петровское и, под прикрытием огня танков, отошли к опушке леса юго-западнее этих населенных пунктов. Хорошо спланировав мероприятия по отводу своих войск в район высоты с отм. 210,8, противник умело организовал подвижную оборону в условиях значительного превосходства в силах и средствах с нашей стороны, ведя прицельный огонь. В ходе боя за Юшково и Петровское огнем танков противника и имевшейся в его распоряжении артиллерии было подбито четыре наших танка. Еще один танк застрял в яме[129].
Надо отдать должное врагу, даже в этих условиях, когда значительное преимущество было на нашей стороне, он действовал хладнокровно и расчетливо. Потери танков в этот день были одинаковыми: по четыре танка. Но если со стороны противника в бою 3 декабря принимало участие 12 танков, то у нас 39 (136-й ОТБ — 10, 140-й ОТБ — 11, 18-я ОСБр — 18). В это число не входят танки 5-й и 20-й ТБр и находившиеся в резерве командарма, всего 50 единиц, которые в этом бою участия не принимали.
Однако развить наступление и разгромить противника в этом районе не удалось. И причина оказалась весьма тривиальной: у танкистов закончились боеприпасы и топливо. В результате чего 136-й и 140-й ОТБ с 16 часов 30 минут и до 19 часов 30 минут были заняты дозаправкой техники топливом и боеприпасами, и время, естественно, было потеряно. Одно хорошо, бойцы и командиры успели за это время пообедать, что придало им силы.
18-я ОСБр, действуя самостоятельно, не только не смогла осуществить преследование противника, но и потеряла соприкосновение с ним, позволив подразделениям 478-го ПП организованно отойти к высоте с отм. 210,8, где занимала оборону одна из рот, усиленная несколькими орудиями 258-го истребительно-противотанкового дивизиона. Причем по своему составу бригада превосходила группировку противника по всем параметрам: от танков до артиллерии и личного состава. Но усталость войск, прежде всего пехоты, и отсутствие инициативы со стороны командования бригады позволили врагу избежать разгрома.
К сожалению, 18-я бригада и в последующем действовала недостаточно организованно: временами терялось управление частями, отсутствовало должное материально-техническое обеспечение подчиненных ей частей, что, по всей видимости, было следствием спешки, с которой ей пришлось вступить в бой.
Только около семи часов вечера генерал Ефремов получил донесение майора Третьякова о подходе лыжных батальонов[130]. К району ведения боевых действий танковой группой Сафира они подошли уже тогда, когда бой практически затих и перешел в огневую перестрелку противостоящих подразделений.
