Пока Брэк глядел на дорогу, люди, что вышли из трактира, уселись в ветхую лодку, и теперь перевозчик уже толкал ее шестом, направляя в сторону огней, горевших на другом берегу. Наверное, это были огни какой-то деревни.
Лошадь Брэка с топотом ворвалась во двор трактира. Там жирный человек в грязной, засаленной одежде, с огромной рыжей бородой, в испачканном кожаном фартуке, держа в руке лампу, собирался войти в дом. Брэк соскочил с лошади:
— Хозяин, верни лодку, я хочу переправиться на ту сторону.
Бородатый мужчина поднял фонарь:
— Это невозможно, незнакомец. В темноте нельзя плыть через реку. На рассвете перевозчик вернется.
Свет от фонаря упал на лицо Брэка. Желтые блики вспыхнули на загнутой кромке перекинутого за спину щита. Лицо хозяина позеленело.
— Где ты взял?.. — начал было он. Затем без всякого предупреждения он сделал какой-то таинственный знак рукой. — У нас нет места. Трактир переполнен постояльцами. Тебе придется поехать дальше.
Хозяин повернулся к двери своего полуразвалившегося и явно пустого трактира.
К этому времени Брэк по-настоящему разозлился. Он подскочил к хозяину трактира, схватил его за плечо, развернул к себе и припер спиной к стене.
— Мне уже надоело, что все, кого я встречаю в этой стране, закатывают глаза, вскрикивают и дрожат. Мне нужна еда, бурдюк вина и место, где я могу выспаться. Я хочу перебраться через реку. За это ты можешь взять эту блестящую игрушку, которая, кажется, знакома каждому в этой стране.
Брэк снял со спины щит и вручил бы его хозяину трактира, если бы тот не поднял руки и не попятился боком вдоль стены, словно краб, боясь даже прикоснуться к этому золотому предмету.
— Нет, оставь его себе!.. Не могу… То есть он мне не нужен… Если хочешь, можешь лечь спать в конюшне. Я распоряжусь накормить тебя. Только не оскверняй… не входи в мой трактир. Прошу тебя. — На жирном лице хозяина трактира расплылась слащавая, умоляющая улыбка. — На Фриксос итак выпало столько бед… Мы не хотим больше…
Он указал рукой на кусок черной траурной ткани, приколотой к двери трактира. Хозяин постоянно переводил взгляд то на большой золотой щит, то на лицо Брэка. При свете фонаря было видно, что хозяин обливается потом, который стекает на его рыжую бороду. У этого олуха даже сопли потекли!
Брэк попытался скрыть свое презрение.
— Хозяин?
— Что?
— Меня боятся?
— Не понимаю.
— Я какое-нибудь чудовище? Почему все пугаются, увидев мое лицо? И я слышал еще о каком-то Никоре. Кто он такой?
— Никор! Богохульство, богохульство! О боги, меня постигнет кара!
— Этот щит принадлежал Никору. Кто он такой?
Хозяин засопел носом и попытался снова скрыться.
Брэк выхватил меч:
— Ты, сопливый боров! Я разрублю тебя до пояса, если не прекратишь ныть и не ответишь мне!
Хозяин вырвался, отбежал в сторону, проскользнул в дом и захлопнул дверь. Загремел засов.
Брэк слышал, как плещется вода у гнилого причала. Хозяин смотрел сквозь глазок, не ушел ли варвар. Потом на фоне тускло освещенного окна появилась размытая тень. Хозяин делал Брэку отчаянные знаки, чтобы он отошел подальше от его дома.
Варвар тихо, но от души выругался. Он надел на плечо золотой щит и… пошел, держа в руке меч, искать конюшню для того, чтобы покормить свою лошадь.
Лампа едва освещала вонючую конюшню. Брэк покормил свою лошадь. Пока он этим занимался, хозяин трактира прокрался к дверям конюшни, а потом вернулся, и Брэк нашел у дверей глиняный кувшин, блюдо с куском мяса и ломтем хлеба.
Варвар жадно накинулся на хлеб, мясо и некрепкое кислое вино и вскоре все съел и выпил. Он вытер рот рукой. Раздражение начало постепенно проходить. Если его боятся — какова бы ни была причина страха, — это даже хорошо. Хозяин был готов накормить его, лишь бы Брэк сам не заходил в трактир.
Варвар устроился на копне душистого сена, положил меч у своих ног и задул лампу. Он начал обдумывать странные случаи, происшедшие с ним до этого. Но усталость вскоре одолела его. Вероятно, ему не терпелось дождаться рассвета и вместе с ним возвращения перевозчика; он хотел поскорее убраться из этого царства сумасшедших. Во сне время летит быстро.
Вот он зевнул и закрыл глаза.
Ночью же, когда Брэк спал, его схватили.
Он проснулся от звона доспехов, стука копыт и яркого света лампы. Неожиданно раздался крик, и могучее тело варвара опутала сеть.
Завопив, Брэк вскочил на ноги. Он принялся рубить мечом большую и тяжелую сеть, сброшенную на него людьми, тихо забравшимися на стропила.
— Отобрать у него меч! — послышалась резкая команда. — Но чтобы не было никаких ран!
Брэк бил, рвал, бушевал, дрался. Он еще не совсем проснулся. Вокруг него бегали люди и все плотнее обматывали его сетью. Варвару удалось перерубить одну из веревок сети, затем вторую, третью… Он попытался вырваться через получившееся отверстие.
И тут кто-то ударил древком копья Брэка по голове.
Удар был сильным. Брэк упал на колени. Сеть окутала его еще крепче.
Вытянутую руку Брэка неожиданно придавил сапог. Меч у него вырвали. Скрипнули блоки. Брэк упал на спину, и его вместе с сетью подняли при помощи блоков над полом конюшни.
Задыхаясь, с врезавшейся в лицо веревкой, Брэк болтался в сети прямо перед двумя всадниками, которые въехали в конюшню и, видно, не собирались спешиваться, в то время как вокруг них бегали пешие воины, сверкая клинками в свете факелов.
Брэк яростно взревел, так как веревки сети очень сильно впились в его лицо. Он разглядел четыре десятка людей, многие из которых с луками засели на стропилах. Все они были в шлемах и сапогах, черных и ярких тигровых накидках.
Человек, возглавляющий этих воинов, — один из всадников — был высоким худым, нездорового вида мужчиной. Но он был силен и быстр. Выхватив узкий меч, он приставил его к груди Брэка.
Этот всадник был одет так же, как и его подчиненные. Выделяло его единственное украшение: застежка из огромного когтя тигра. Она удерживала его плащ. Всадник слегка пошевелил рукой, и острый конец меча на полногтя впился в грудь Брэка. Клинок до середины покрывали темные, ржавого цвета пятна.
— Мы не знаем твоего имени, варвар. Меня же зовут Хел, Повелитель Тигров. Я действую от имени Ее Высочества.
Он указал на второго всадника, женщину, восседающую на белом коне. Хотя на ней и была изумрудная накидка, вуаль, и часть лица ее закрывала ткань, было видно, что она обладает явным сходством с призраком, которого Брэк повстречал на поле боя, — темные волосы, лучистые глаза. И еще она была до умопомрачения красива.
