На его губах играла легкая улыбка. Как это понимать, как шутку?
Она холодно улыбнулась в ответ.
— Нет, спасибо.
— Очень жаль.
Ник полностью овладел собой.
— Ты выглядишь чудесно. Жаль, что моя идея тебе не нравится, а ведь еще вчера ты сама этого хотела.
— Как дела у Эйприл?
— Неплохо, — солгал Ник, — все в порядке. Она сообразила, что заметка в газете всего лишь сплетни.
— Ну, пожалуй, не такие уж сплетни.
Ник деланно засмеялся, а в его глазах промелькнул испуг.
— Да, конечно. Но об этом знаем только мы, ты и я, и надеюсь, это останется между нами.
Лара наслаждалась произведенным эффектом.
— Ты так думаешь?
Ник сжал ее локоть.
— Пойдем, я закажу что-нибудь выпить, — произнес он, — не можем же мы торчать здесь целых два часа.
— Я хочу вернуться в город, не люблю долго ждать.
— Тогда у тебя и подавно достаточно времени, чтобы выпить со мной.
Она хотела отказаться, просто повернуться и убежать, поскольку дала себе слово исчезнуть из его жизни. Однако ее тело не хотело слушаться, оно стремилось снова побыть с ним рядом и ощутить его близость.
Он повел ее в бар, где они заняли столик в скрытой от посторонних взглядов уютной нише. Лара заказала шампанское и апельсиновый сок, при этом официант смерил ее таким взглядом, будто перед ним сидела проститутка.
— Я, по-видимому, вынужден буду задержаться здесь еще на пару дней, — заметил Ник. — Мы могли бы, если у тебя нет других планов…
— Что значит «могли бы»? — сердито перебила его Лара. — Еще пару раз встретиться тайком, потешить себя любовью, но так, чтобы Эйприл ничего не узнала?
— Вчера ты ничего не имела против…
— Я не знала, что у тебя поджилки затрясутся, когда ты увидишь наши имена в газете.
— Ты знаешь, какие отношения у меня с Эйприл, я их никогда не скрывал. Но это не может изменить моего отношения к тебе, потому что я от тебя без ума, ты же знаешь. Да и ты то же самое чувствуешь ко мне, не так ли? — Он взял ее руку в свою и крепко сжал ее. — Мы настроены на одну волну, и не нужно бороться против этого. Как было бы просто взять и согласиться с ним. Еще несколько дней божественного секса.
— Ты встречаешь свою подругу, — сказал он, — а я своего брата. И когда мы с этим управимся, я приду к тебе. Никто ничего не узнает, мы будем вдвоем, только ты и я… У тебя есть запасной ключ?
Какая сладкая месть!
— Да, можешь взять его, — сказала Лара и порылась в своей сумочке. — Отличная идея, Ник!
32
Несправедливо с моей стороны винить во всем Бет, размышлял Фрэнк. Разве она виновата в том, что их застала Анна-Мария? Она была такая хорошая девочка, такая милая и добрая. Он очень сожалел, что наговорил ей тогда по телефону грубостей и угроз. Как глупо сего стороны! Она так нужна ему теперь, ему и его детям. Много ли найдешь таких, как она? Такие, как Бет, на дороге не валяются, уж это Фрэнк знал точно. Время маленьких невинных девочек прошло безвозвратно. Сегодня молоденьких пташек интересуют только деньги.
Он обязательно должен найти и вернуть Бет!
Сейчас Фрэнк не мог вспомнить, какая посредническая контора направила ее к нему, и хотя он сделал запрос в каждую из них, разыскать девчонку им так и не удалось. Он вспомнил о своем первом разговоре с ней и про ее рекомендательные письма, которые он так и не прочитал, потому что Бет ему сразу понравилась и не было сомнений, что это порядочная девушка.
Он направил своих людей по ее следу. Кроме того, вполне возможно, что она снова обратится в посреднические конторы, чтобы подыскать новую Работу. Но когда Бет объявится, неизвестно. А пока он вынужден, благодаря собственной глупости, сидеть сложа руки и ждать. Как известно, от бесплодных ожиданий и неопределенности в голову невольно лезут всякие мысли. А предаваться размышлениям, тем более горестным, Фрэнк не любил, предпочитая глушить их на корню. Лучшего средства от этого, чем выпивка, он не знал. Беда была только в том, что приятное состояние забытья охватывало его лишь после того, как он осушал целую бутылку виски. А раз уж он напивался, то, естественно, ему уже было не до работы.
Энцио строго-настрого приказал Сегалу и Голли следить за ним и ни в коем случае не выпускать из дома. Отец считал, что после похорон ему нужно время прийти в себя, а пока взял дела сына в свои руки.
Энцио встретился со своим старым другом Стефано Грауном. Дела у того складывались не блестяще из-за возникших проблем с появлением новых конкурирующих групп (в основном состоящих из черномазых), которые пытались расширить свое влияние на его бизнес.
— Что ты собираешься делать?
Стефано Граун пожал плечами. Он был на пятнадцать лет моложе Энцио, и свои дела пока что полностью держал под контролем.
— Я попробую с ними договориться, — сказал он, — займу их чем-нибудь, может быть, просто возьму кого-нибудь из них в дело.
Энцио презрительно сплюнул. Раньше они лучше понимали друг друга.
— Если ты им что-то пообещал, они захотят еще больше, ты им дашь больше — они захотят взять все!
— Я занимаюсь открытым бизнесом, — сказал Стефано. — Но на прошлой неделе они взорвали два моих супермаркета. Я не могу себе позволить, чтобы люди, которые на меня работают, завтра от страха разбежались. На прошлой неделе я уже и так потерял таким образом тридцать три человека, подумать только — тридцать три! Если так дело пойдет и дальше, то скоро все от меня разбегутся.
Энцио снова сплюнул. Стефано интересовали только его личные дела. О них он только и тараторит, а дать сдачи обидчикам — кишка тонка. Как это не похоже на добрые старые времена.
— Если ты хочешь с ними сотрудничать, — это твое дело, но на мою помощь не рассчитывай, — сказал Энцио, — у меня другие планы.
Стефано покачал головой.
— Я не хочу больше неприятностей. Я плачу налоги. Что нужно от меня Фрэнку?
— Ах, Фрэнк, — тяжело вздохнул Энцио. — У пего сейчас голова другим забита. Ты слышал эту историю с Анной-Марией?
Стефано кивнул.
— Ужасная трагедия.
— Похороны будут завтра. Ты ведь придешь?
Через несколько часов Стефано Грауна нашли мертвым с простреленной головой у входа в его особняк на Риверсайд-Драйв.
— Какой ужас, совсем невозможно стало без опаски передвигаться по городу, — посочувствовал Энцио, когда ему доложили об этом.
По губам Алио Маркузи, находившегося в это время у Энцио, скользнула едва заметная улыбка.
33
— Хелло, Анжело, ты выглядишь великолепно, просто великолепно!
Ник и Анжело тепло обнялись, радостно пожимая друг другу руки. Они действительно были откровенно рады встрече.
