ждут, — пробубнил он, а потом поднял на меня взгляд. — Я так привык к тебе, Аннис. Как я буду без тебя? Маги меня не отпустят. И ты совсем одна останешься.
Мне до безумия жаль было отпускать Лика куда-то, да я умру от переживаний за своего маленького друга! И пусть глаза предательски щиплет, но я, как взрослый человек, должна не поддаваться собственным эмоциям, а ободрить и утешить ребенка.
— Давай посмотрим на ситуацию с другого угла, — начала спокойно, поглаживая его ладонь. — Стать магом — это твоя мечта, верно? Ты всего в шаге от нее, тебя готовы всему научить. Так стоит ли от этого отказываться?
— Так-то оно так, но я почему-то чувствую себя предателем. Как будто я тебя бросаю. А я ведь обещал, что когда-нибудь у нас будет большой дом в столице.
— Так и будет.
— Первое время дети находятся под строгим надзором, — раздался голос нейта Шерриана. Он стоял у боковой стены, скрестив на груди руки. — Но вы сами можете навещать его. А если мальчик будет хорошо себя вести, то ему разрешат жить с вами на выходных.
Услышав это, Лик просветлел лицом.
— Магическая школа для сирот… — пробормотала я. — А там, случайно, не нужен лекарь? Или целитель?
— Я не могу знать всего, — пожал плечами декан. — Не забудьте, что первая лекция по ментальной магии уже завтра. Запишите себе где-нибудь… ох, простите. Забыл, что вы не умеете писать. После нее вас примет декан целительского факультета, чтобы обсудить возможность обучения. А мальчика сейчас сопроводят в школу.
Эта новость обрадовала несказанно! Мы с Ликом переглянулись.
— Ты тоже будешь учиться, Аннис. И станешь великим целителем!
— Благодарю, нейт Шерриан. Я уже получила книги и не забуду о лекции.
Я почувствовала, что задерживаться дольше уже просто неприлично. Вздохнув, потрепала Лика по волосам и поднялась со скамьи.
— Пожалуй, сейчас мне пора идти. Еще нужно найти что-то вроде общежития.
— Вам что, жить негде? — спросил менталист, оторвавшись от стенки.
— У меня нет родственников в столице…
— Аннис из Енотов, считайте, что вытянули единственный выученный билет на экзамене. Я знаю одну старушку, давнюю подругу моей покойной бабушки. Она брала к себе на постой молодых целителей, а в качестве платы те оказывали ей небольшие услуги. Артрит подлечить, язву залатать, поработать жилеткой, в которую можно поплакаться. Бабуля живет одна, дети и внуки навещают ее редко, так что она мается от скуки. В прошлом году я уже направлял к ней одного адепта. Я с ней свяжусь и попрошу принять вас.
— Спасибо, что помогаете. Я у вас в долгу.
Раз уж подвернулась такая возможность, глупо от нее отказываться! На душе сразу стало легче. И даже немного стыдно за то, что в самом начале нейт Шерриан мне не понравился. На самом деле он очень даже хороший человек. Такая удача выпадает только раз в жизни. Интересно, как долго продлится мое везение?
— Да бросьте! — небрежно отмахнулся декан. — Я ведь уже говорил, что в моих интересах выпустить как можно больше хороших магов, а у вас неплохие и даже многообещающие задатки. Только не спешите благодарить, у старушки непростой характер. Постарайтесь продержаться хотя бы первое время.
С этими словами нейт Шерриан загадочно улыбнулся.
* * *
Бабуля, у которой мне предстояло квартироваться, жила в тихом спальном районе столицы. Двухэтажный домик выделялся на фоне остальных ухоженной территорией, засаженной цветами — слишком крупными и яркими для того, чтобы быть обычными. Впрочем, неудивительно, ведь нейт Шерриан сказал, что подруга его бабушки, нейра Мирилис, маг стихии земли.
Набрав в легкие побольше воздуха, я подергала за цепочку над калиткой — полился мелодичный звон. Через минуту послышался хлопок двери, и мне навстречу выбежала женщина в переднике и сером чепце, в руках она держала корзину с белыми пионами.
— Ах, это вы? — защебетала она, заправляя под чепец выбившиеся русые прядки. — Хозяйка ждет вас, проходите.
Я пожелала ей доброго дня и представилась. Служанка нейры Мирилис выглядела молодой и бойкой, и едва заметные морщинки в уголках глаз и губ говорили о том, что лет ей больше, чем может показаться на первый взгляд.
— Меня зовут Лалли. А хозяйка в доме, на веранде.
Она провела меня тропинкой, вдоль которой высилась цветущая жимолость. От сладкого аромата даже голова закружилась. Под навесом за плетеным чайным столом восседала сама хозяйка с изящной чашкой. Женщина выглядела миниатюрной и сухой, как старое деревце. Лиловое платье со шляпой в тон на седых волосах, милая улыбка, живой приветливый взгляд — как бы сказали в моем мире “старушка божий одуванчик”.
Хм, в чем же подвох?
— Вы, должно быть, Аннис? — королевским жестом она поставила чашку на блюдо. — Истен связался со мной по артефакту и предупредил о вашем приходе. Давненько ко мне не захаживали молодые целители.
Изучающий взгляд прошелся вверх-вниз. По глазам нельзя было понять, понравилась ей то, что она видит перед собой, или нет.
— Рада знакомству, нейра Мирилис, — я сложила руки на животе. — Благодарю, что согласились приютить меня. Я пока не совсем целитель, но в ближайшем будущем намерена освоить это сложное и важное искусство. Как и ментальную магию.
Бабуля слегка наморщила лоб, когда я упомянула менталистику, потом приторно улыбнулась и пригласила присоединиться к ней за столом.
— Что ж, это хорошо. Всегда выгодно иметь под рукой знакомого целителя. Женщина я уже старая и немощная, то страдаю мигренями и бессонницей, то магические каналы барахлят и радикулит мучает.
Что-то мне подсказывает, что она лукавит. Была у меня похожая соседка, которая жаловалась на стенокардию и давление под двести, но при этом бегала за уходящим автобусом, как опытный спринтер.
— Разве магия не может устранить эти проблемы навсегда? — задала я волнующий вопрос.
— Ох, дорогая! Всякая магия имеет свою цену, — нейра бросила снисходительный взгляд. — Если в молодости она дарует силу, то в старости беспощадно взымает плату.
Бабуля стянула атласные перчатки и показала шелушащиеся руки, испещренные глубокими морщинами, усеянные коричневыми пятнами и набухшими узлами вен. Но еще они были покрыты следами, будто когда-то их сильно повредил огонь. В своем мире даже у девяностолетних я не видела таких рук.
— Это все из-за магии? — спросила я, подавив жалостливый вздох.
— Выгорание у магов —
