Афродита более всего известна в греческой мифологии как богиня любви и красоты. Поэзия и искусство скульптуры придали образу богини бесконечное очарование. Она постоянно именуется «многозлатая» и «сладкоумильная»; увенчанная драгоценной диадемой, она носит приворотный пояс, в котором заключены все прелести любви, слова обольщения, желание и непреодолимая страсть. Уже Гомер рассказал о знаменитом поясе, в котором, по его словам, «заключается все». Особенно воспеты ее большие, влажно блистающие глаза, ее изящная шея, мягко очерченный рот, который древнегреческие поэты сравнивают с розовым кустом: короче, все прелести сосредоточены в этой богине любви греков. Это очарование подчеркивается ее одеянием и блестящими украшениями, и поэты взахлеб описывают все ее прелести. В этой богине даже та часть спины, которой в современном обществе нет приличного названия, изображается с неописуемым изяществом; факт, который благодаря отсутствию ложной застенчивости у древних греков не выглядит столь уж удивительным. Только в Греции могла возникнуть идея возвести храмы и установить статуи этой неназываемой части, однако именно там во всех концах страны греки поклонялись Афродите Каллипиге – богине «с прекрасными ягодицами».
Каждый посетитель знаменитого Национального музея в Неаполе, который входит в небольшое помещение в восточном крыле первого этажа, видит в центре возвышающийся пьедестал, на котором выставлено скульптурное изображение совершенно обнаженной Венеры. Кокетливо приподнимая с земли одежду, она осматривает через плечо собственное нагое тело с привычным чувством удовлетворения и гордости. Эта поза выражает высшую степень чистой эротики, однако без особого нажима или налета непристойности. Этот эффект вызван чудесным мастерством скульптора и тем искусством, с которым изваяны эти формы.
Соединение чувственности и совершенной красоты не вызывает болезненного впечатления, поскольку выражает в пластической форме непревзойденную наивную радость обладания такой красотой.
Ни в одном другом народе эстетическое удовольствие от прелести каллипигиа не оставило такого ошеломляющего впечатления и не нашло своего выражения в литературе или искусстве. У Афинея мы находим отрывок, повествующий о двух прекрасных дочерях крестьянина, которые были выбраны в жены двумя братьями за прелестные ягодицы и были названы Каллипигами («с красивыми ягодицами»). Керкид Мегалополид также упоминает в своих ямбах о двух каллипигах в Сиракузах; и они, получив значительные деньги в результате брака, учредили храм Афродите и назвали богиню Каллипига; то же рассказывает и Архелай в своих ямбах.
Богиня красоты одновременно является богиней любви. Она владычица душ, ей подчиняется каждый живой элемент, она может соединить несоединимое. Она не только заставляет молить о любви и устанавливает ее между богами и смертными: она сама одаривает своей любовью. Она одаривает своих любимцев невообразимым счастьем, сообщает им красоту и молодость, богатство и власть, радость и очарование. Таков Кинир, известный по «Илиаде» Гомера, поначалу царь на Кипре, которого, согласно Пиндару, мальчиком любил Аполлон. Он стал первым жрецом Афродиты на Кипре и научил людей водить корабли и использовать шерсть животных, добывать металл из земных недр и преобразовывать его в произведения искусства. Его необычайная красота соединяла в себе мужественность строгого правителя и благодетеля людей с женственностью восточного жреца любви.
Восточное влияние заметно в образе другого любимца Афродиты – Париса, известного из гомеровского рассказа о суде Париса времен Троянской войны. Он также обладает неотразимо прекрасной красотой юности, наделен изяществом, блестяще владеет музыкальными инструментами и танцует. Он не воинственен и даже несколько женственен, это чисто восточный тип, по выражению Вергилия (Энеида, iv, 215) «полумуж», и его свиту составляют кастраты.
Афродита предоставила ему практически полную власть над женщинами, поэтому ему нетрудно было в отсутствие спартанского царя Менелая соблазнить и увезти его жену Елену, которая последовала за прекрасным чужестранцем и тем вызвала страдания и несчастья Троянской войны. Афродита знала, как заполучить победу на его суде, обещав Парису в жены самую прекрасную женщину на свете; в то же время стоит отметить и то неприятное обстоятельство, что для нее особенно ничего не значили бедствия и страдания войны, вызванной лишь пустым ее тщеславием. То, как с помощью Афродиты Парис пленил сердце Елены, было постоянным сюжетом античных поэтов и художников. Из древних поэтов никто, пожалуй, с такой силой не выразил легкомысленный образ Париса, как великий учитель любви Овидий (Героики, 15 и 16), самый изысканный из римских поэтов.
Любовь Афродиты к Анхису описана в гомеровском гимне Афродите с огромной поэтической силой и с чувственной страстью и также принадлежит к троянскому циклу сказаний. Плодом этой любви стал Эней, испытавший в своей судьбе и счастье и страдания, который ощущал поддержку Афродиты до той поры, пока не пал его родной город, и который после длительных скитаний и приключений наконец стал прародителем рода Юлиев в италийской земле.
Когда Афродита овладевает сердцами людей и воспламеняет их любовью, никто не может ей сопротивляться, у них просто не остается выбора, и тогда богиня становится дьяволицей, которая кружит голову женщинам, так что, даже осознавая, что они поступают неверно, они не могут противиться влекущей страсти. В «Илиаде» Елена уже отравлена этой страстью, так же как и Медея, которая в своей неистовой любви к Ясону забывает дочерний долг, сестер и братьев, родной дом и отцовский очаг и следует за прекрасным чужестранцем в Грецию; и в конце концов, отвергнутая им, она превращается в ужасного демона ненависти и мести, принося в жертву двух своих детей. Испытать дьявольскую власть Афродиты выпало на долю трем женщинам с Крита – Ариадне, Пасифае и Федре, чьи судьбы показывают, как далеко может зайти неистовая любовь и к какому отчаянию может такая любовь привести. Ариадна – тип оставленной возлюбленной, Пасифая – жертва противоестественного сладострастия, Федра – типичный пример отвергнутой любви, перешедшей в лютую ненависть. Эти и многие другие женщины были обречены судьбой узнать от Афродиты значение любви, которую впоследствии Еврипид описал в длинном пассаже своей неизвестной пьесы. В ней среди других вещей он говорит, что это смертельная и непреодолимая власть, неистовое сумасшествие и страстное желание, горечь и пытка, величайшая сила природы, но и матерь всего прекрасного. Даже после смерти люди, захваченные такой страстью, не могут найти покоя, поскольку в соответствии с Вергилием (Энеида, vi, 444сл.) несчастные в любви неустанно блуждают по уединенной тропе миртового грота в отведенной им части подземного мира.
Не только такой властью обладает Афродита, она еще владеет всем очарованием любовных отношений, родоначальницей которых, как считали греки, она была. Как писал Пиндар (Пифийские песни, 214 сл.), Афродита прислала с Олимпа Ясону птицу безумия вертишейку: «Чтобы мудрый Эсонов сын / Научился молитвенным заклятиям, / Чтобы отнялась у Медеи дочерняя любовь, / Чтобы под бичом Эова / По желанной Элладе охватил ее жар. / И невдолге / Отцовых испытаний указала она ему исход, / Заварила елей, отводящий плотную боль, / Дала ему в умащенье, / И принесли они обет / Слиться в сладком единении брака»[63].
У Феокрита брошенная возлюбленная также использует заклинание, чтобы вернуть себе неверного любовника. Вертишейка и бесконечные переливы цветов на ее блестящей вертящейся шее символизировали беспокойство и разнообразие любовных эмоций. Чтобы это средство было эффективным, вертишейку растягивали на украшенном колесе с четырьмя спицами, то есть крепили к нему ее ножки и крылья, после чего колесо быстро вращали.
Естественно, Афродита не только пробуждала чувство любви, но и отвечала за все ее перипетии. Греки не стеснялись «сладостных даров Афродиты», как их определяли поэты; и совершенно естественно, чувственные радости любви находят свое выражение в их суждениях о природе богини и в ее культе. Поскольку мы уяснили, что сексуальная индульгенция спущена свыше, то институт религиозной проституции – обычай, трудный для нашего понимания, – становится понятным. Здесь мы только о нем упомянем, поскольку он подробно обсуждался в главе о природе продажной любви в Древней Греции. Афродита была покровительницей гетер, так же как и брака. Логично, что Афродита Гетера (покровительница гетер) постепенно превратилась в Афродиту Порне (буквально Афродиту проституции, Афродиту-девку), это означает, что все разнообразие сексуальных удовольствий, или, как мы бы это определили, все вообразимые формы безнравственности находились под ее покровительством. Это безошибочно можно было определить в Спарте, где Афродите давались различные прозвища, которые с нашей точки зрения были в высшей степени бесстыдны. Так, мы знаем об Афродите Перибасо, то есть уличной бродяжке, о Трималитиде, то есть об Афродите с дыркой.
