одна якобы цитата, приписываемая Виктору: «В этом деле мы заодно. Для меня это не просто бизнес, это моя борьба. Я уже 15 лет воюю с американцами». В общем, Бута пытались представить как идейного коммерсанта, для которого политическая сторона чуть ли не важнее денег. Так это или нет, увы, не важно — в американском суде такой ход обвинения оказался выигрышным. Отвечая на вопрос адвоката, один из агентов даже не отрицал, что спецслужбы специально включили в свой план элемент убийства американцев, для того чтобы искусственно создать юрисдикцию и затем судить Виктора в США. Он назвал это обычной практикой. Также агенты не спорили с тем, что изначально спецслужбы не имели данных о планах Бута торговать наркотиками и убивать американцев, а расследование начали на пустом месте. Дело в том, что по американскому закону для доказательства «сговора» подозреваемый должен совершить нечто подтверждающее свое намерение. Замысел американцев был в том, чтобы вынудить Бута выехать из России на встречу. Этого было достаточно.
Все это не похоже на волюнтаризм спецслужб, которые, пусть и с натяжкой, пытаются продемонстрировать согражданам свою бдительность. В сочетании с другими аналогичными делами, пусть и поменьше масштабом, дело Бута заставляет предположить наличие некоей политической линии на поимку русских в нейтральных юрисдикциях с последующим их осуждением американскими судами. Политически такая практика означает фактическое распространение американской власти на весь мир и, напротив, сжатие возможностей России. Если в одном месте прибыло, то в другом убыло. Не идет ли речь об одном из способов (есть и другие — спортивный допинг, Украина и тому подобные) фиксации победы США в холодной войне? России указывают на ее незавидное место. Если ваших граждан отлавливают по всему миру и вы не можете их защитить, то вы уже не сверхдержава. Ферштейн? Вот почему во время процесса Бута так важна была позиция официальной России. Хотя, конечно, это называется махать кулаками после драки — следовало не допускать вывоза Виктора в США любой ценой. Ну а в сложившихся условиях ничего не оставалось, как заявлять о моральной поддержке российского гражданина и напоминать о незаконной экстрадиции из Таиланда. Можно бросить камень и в огород депутатов Госдумы. Их обращение к присяжным, переданное непосредственно перед вынесением решения, запоздало. Атаковать надо заранее — до события, а не во время или постфактум. Увы, российские политики в этой истории явно запаздывали.
Наконец начались прения сторон. Позиция защиты заключалась в том, что Бут — бизнесмен и вел переговоры так, чтобы «впарить» неожиданно появившимся богатым латиносам два своих старых транспортных самолета — Ил-76 и Ил-18, которые «давно покрывались пылью в ангаре в Конго», и выручить за них не меньше 5 млн долларов. Именно в этом была его цель. Напомним, что вся спецоперация против Бута началась с сообщения о якобы продаже повстанцам Ан-12. Пустого, а не с оружием. А раз эти кокаиновые короли купили один самолет, то они могут купить и еще пару, вероятно, думал Бут. Разговоры же о возможных поставках оружия российский бизнесмен вел для отвода глаз, чтобы поддерживать интерес потенциальных покупателей, объяснял суду и присяжным его адвокат Альберт Даян. Этой же цели служили предложения о продаже других типов вооружений, не упомянутых фальшивыми повстанцами изначально: беспилотников и зениток. Надо же было что-то говорить. При этом Бут заранее готовил стратегию отступления с участием мифического «министра обороны европейской страны» с тем, чтобы, продав самолеты, отказаться от продолжения сделки под благовидным предлогом. То есть Бут пытался слегка обмануть своих контрагентов — дать им то, что есть у него, а не то, чего хотят они.
Обвинение оспаривало такой подход. Прокурор Анджан Сахни указал, что Бут мог бы продавать самолеты, не выезжая из России, а сам факт поездки в Бангкок говорит о других его намерениях. Как и повышенный интерес к FARC — в ноутбуке Бута обнаружили файлы с информацией об этой организации. Инициативное предложение Бутом новых видов вооружений обвинитель также отказался рассматривать как бизнес-уловку, увидев в этом только жажду наживы. И так по всем пунктам. Судя по последовавшему вердикту присяжных — виновен, прокурор был более убедителен, чем адвокаты Бута. Присяжные совещались четыре часа. Считается, что это немного. По закону для признания Бута виновным они должны были прийти к консенсусу — за это должны были выступить все 12 человек. Если бы хоть один сказал, что Бут невиновен, дело рассматривалось бы новым составом присяжных. Смогли ли они, простые американцы, справиться с желанием оказаться в числе тех, кто решит судьбу несостоявшегося убийцы американцев? Как знать… Судья Шира Шейндлин перед уходом присяжных в совещательную комнату напутствовала их, напомнив, что они обязаны руководствоваться только тем, что услышали в зале суда.
Виктор Бут был признан виновным в заговоре с целью убийства граждан США в Колумбии, заговоре с целью убийства американских военнослужащих и должностных лиц там же, заговоре с целью продажи зенитных ракет и заговоре с целью оказания материальной помощи террористической организации FARC. Каждый из пунктов тянул на срок от 25 лет до пожизненного заключения. Спустя несколько месяцев судья определила меру наказания — 25 лет лишения свободы. Бут встретил приговор стоически, передавал из зала суда спецкорр «Коммерсанта». Это минимально возможный срок, который могла назначить судья при имеющемся вердикте присяжных. Прокуратура просила пожизненное заключение, Виктор Бут тоже был уверен, что его упекут за решетку навсегда. После вынесения приговора его перевели в Бруклинскую тюрьму, в блок для заключенных с неустойчивой психикой. Следует отметить, что в случае суда присяжных назначение наказания при всей его важности для подсудимого — вопрос технический. Судья находится в определенных заседателями рамках. Тем более ценным выглядит крайне откровенное интервью, которое Бут дал незадолго до решения Ширы Шейндлин.
Виктор заявил, что уверен в том, что его дело политическое, а не уголовное. История, считает он, его оправдает. Он мешал американцам, так как был реальной фигурой в Африке, вел там бизнес. Его люди вывозили раненых, спасали людей, доставляли лекарства и оборудование для госпиталей, системы очистки воды. Приходилось даже перебрасывать слонов из ЮАР в Анголу. «Президенты говорили мне: „Доставь нужный груз в Рим, Париж, отвези золото туда-то“. Я держал рот закрытым, потому что это не мои тайны», — не скрывал он. Непонятные люди регулярно «подкатывали» к нему с просьбой делиться информацией, сотрудничать, но он отказывался. Бут уверен, что из-за этого его и начали ловить — стал там мешать. Речь идет о геополитике. В мире, отметил он, идет разрушение баланса, сложившегося после Второй мировой войны.
