— Главнокомандующий решил, — пожал плечами Кирсанов. — Вези сюда свою Юлию. Места хватит. Комнату вам выделим на первом этаже, — махнул куда-то вглубь дома.
И Блинников был ему благодарен за приют. Хотя кому нужен этот колхоз? Да еще с новорожденным ребенком. Но зато Юльке в Никифоровке чуть полегчало. Она о чем-то постоянно болтала с Александрой, читала детям книжки и качала Маргариту в коляске, опасаясь брать малышку на руки.
— А где она принимает, эта Савельева? — требовательно поинтересовалась Александра. — Нужно ее к нам пригласить. Я слышала о ней отзывы, хороший реабилитолог.
— Она уехала из Москвы, — пожал плечами Виленский, словно не понимая, как можно бросить столицу и поселиться в провинции. — Но я попробую сыскать ее адрес и телефон. Может, она посоветует что-то или приедет…
— Дай мне досье на Алену, Бек, — попросил Блинников, как только профессор уселся в такси и уехал в город. — Оно у тебя дома или на базе?
— Да здесь, — пожал плечами Кирсанов. — Соскучился, что ли? — глянул настороженно.
— Это она и есть Алена Савельева, — рыкнул Крепс. — Поеду, привезу ее для Юльки.
— Может, поискать другого специалиста? — задумчиво пробасил Кирсанов. — Сам знаешь, бывшая и настоящая… Мало ли, что Юле в голову взбредет.
— Она поймет, — отрезал Блинников и через день улетел в Омск.
Алену он встретил около больницы, старого здания из красного кирпича, примостившегося на окраине города.
— Привет, — бросил глухо, преграждая ей путь на мокрой после дождя дорожке. — Мне нужна твоя помощь, — заявил без всяких предисловий.
— Дима, — прошептала она обалдело и инстинктивно, словно защищаясь, притянула к горлу меховую опушку капюшона. — Ты ко мне приехал?
— Говорят, лучше тебя никто не может на ноги поставить. Проси что хочешь, Алена, но моей жене помоги, — попросил Крепс, украдкой разглядывая лицо без грамма косметики, пухлые щеки и распахнутые глазищи, испуганно смотрящие на него.
— Ты женился? — удивилась Алена. — А говорили, что живешь с замужней девицей. Будто она очень богатая…
— Не бедная, — усмехнулся Блинников. — Но и у меня деньги водятся. Поэтому называй любую сумму и выдвигай самые фантастические условия.
— А если мне от тебя ничего не надо? — горько бросила Алена. — Я хотела выйти за тебя замуж…
— И поэтому трахалась со своими коллегами и пациентами? Ты думала, что я не узнаю… Какая наивность, Лена.
— Откуда… — охнула она. — Ты за мной следил?
— Ну, куда мне, — криво усмехнулся он. — Для этого есть специально обученные люди. Федеральная служба безопасности. Вон, сейчас одного кандидата в губернаторы арестовали. Уже собрался в Лондон смотаться. А его из самолета под белы руки вывели.
— Яныч, — кивнула Алена, — я видела в новостях… Говорят, он жену заказал…
— Так и есть. Но это все лирика, Лена. Мне нужна твоя помощь. И я думаю, что заслужил твое доброе отношение. Помоги, а?
— Я не могу, Дима, — заартачилась она. — У меня тут мужчина, пациенты…
— Я услышал тебя, — зло пробормотал Крепс. — А если они узнают о твоем прошлом, Лена, кто-то останется? Позовут тебя жены к мужьям, зная, что ты не только массаж делаешь, но и техникой глубокой глотки владеешь в совершенстве? А твой Тимур? Он мужик, видать, гордый… Как думаешь, что предпримет?
— На куски порежет, — пролепетала Алена. — Ты можешь сюда привезти свою жену? Или мне обязательно вернуться в Москву?
— Я бы с радостью, — рыкнул Блинников. — Но Юля работает, и ребенок у нас маленький. Ему сложно маму от себя отпустить. Переживает сильно, до сих пор по ночам плачет. Поэтому лучше тебе приехать. Все расходы, квартира, естественно, за наш счет. Ну и гонорар…
— Пойдем, — пробормотала она. — Прежде чем назвать сумму, мне нужно посмотреть снимки. Я тоже не господь бог, Дима, — отрезала, немного справившись с собой. — У тебя есть заключения врачей?
— Конечно, я все привез, — кивнул он. — Только решай сразу. Я свои условия назвал. Теперь дело за тобой. Вечером я улечу обратно в Москву. С тобой или без, решать тебе. Только если откажешь, Алена, буду считать себя свободным от всяких перед тобой обязательств, — пригрозил Крепс, заходя вместе с ней в больницу.
— Это со мной, — махнула Алена охраннику и, войдя в светлый кабинет с массажным столом и шведской стенкой, внимательно посмотрела на бывшего любовника.
— Ты хоть иногда вспоминаешь об мне? — протянула по-бабьи глупо. — Или обрадовался, когда я сбежала?
— Удивился, — пожал плечами он. Повесил на вешалку стеганную черную куртку и, взяв под мышку портфель, присел к столу. — Вот, — достал объемную папку. — Тут все заключения. И я надеюсь, мы с тобой договоримся.
Она кивнула и, силясь не разрыдаться, уткнулась носом в выписку из клиники.
— Сам Виленский лечит, — заметила мимоходом. — Это серьезно, Дима. Значит, шансов почти нет.
— Он рекомендовал тебя, — отрезал Крепс. — Поэтому собирайся с мыслями, подруга, и поедем.
— Дима, случай тяжелый, — вздохнув, заявила Алена. — И я даже не знаю, радоваться мне рекомендации Виленского или рыдать с горя.
— Я тебя понял, — кивнул Блинников, — помогать ты отказываешься. Ладно, — заметил спокойно. Собрал со стола бумаги и направился к двери. Стащил мимоходом куртку и вышел из кабинета.
— Дима, подожди, — заспешила Алена следом. — Ты мне даже слова сказать не дал. Я согласна вернуться с тобой. Согласна помочь. Но пока никаких прогнозов давать не буду, ладно?
— Хорошо, — кивнул он и в Юлькиной манере спросил деловито. — Что хочешь взамен?
— Ребенка от тебя, — улыбнулась она. — Я всегда мечтала. — И чуть не рассмеялась, заметив, как он изменился в лице. По скулам забегали желваки, губы вытянулись в тонкую нитку, а глаза метали гром и молнии. Блинников с минуту помолчал, будто что-то взвешивая, а затем кивнул.
— Хорошо, Лена. Получишь. Только через ЭКО, — бросил он отрывисто. — Заключим контракт. Я войду в отцовство сразу, как ребенок родится, и буду принимать участие в его воспитании. Контакты с тобой мы сведем к минимуму. Если устраивает, я готов хоть сейчас сдать материал, — прорычал он, оглядываясь по сторонам, словно искал глазами лабораторию.
— Как же ты любишь свою жену, — прошептала Алена. — Вот прям на все готов ради нее. Но ребенок должен родиться в любви и естественным способом, когда двое счастливы. Пусть даже эти несколько минут во время соития. Такой ценой заполучить малыша значить обречь его или ее на страдания. Это не мой путь. Прости, что вырвалось. Я не возьму с тебя лишнего, — вздохнула она. — Оплатишь переезд, квартиру и мой обычный гонорар. Если все удастся, и твоя жена встанет на ноги, то я не откажусь от небольшой премии. На этом все. Улететь сегодня с тобой я не смогу. Нужно раскидать больных по другим специалистам и поговорить с Тимуром. Прилечу ровно через неделю. Позвоню предварительно. Где вы живете?
— У Кирсанова в Никифоровке, — хмыкнул Крепс. — Мы с тобой туда ездили когда-то.
— И генеральша согласилась? — удивилась Алена.
— Александра настояла, — довольно хмыкнул Крепс. — Не задерживайся тут, — предупредил сурово. — У нас каждый день на счету.
Он развернулся и заспешил по коридору обратно. В этом городе его больше ничего не удерживало.
«Нужно скорее возвращаться домой», — подумал он и уже из такси позвонил Юльке.
— Как ты, малыш? — поинтересовался весело. — Чем занимаешься?
— Лежим на коврике с Маргаритой и перебираем игрушки, — довольно сообщила она. И Дима даже обрадовался звонкому чуть окрепшему голосу.
— Хорошее занятие, Юль, — пророкотал довольно.
— Ты меня любишь? — поинтересовалась она требовательно. Только так может спросить жена, уверенная в положительном ответе.
— Да, — совершенно серьезно заявил Крепс. — Очень люблю, Юля, — добавил, не желая замечать насмешливого взгляда водителя.
— Я тебя тоже, — промурлыкала она. — Я хочу еще одного ребенка, Блинников. Мальчика или девочку, без разницы.
