Он выпустил ее руку, и Андреа машинально потерла запястье. Резкость Хэла больно задела ее, и девушка не знала, что думать. Когда она его избегала, он был нежен и заботлив, а когда она перестала от него отгораживаться и даже начала слегка заигрывать, он сделался холодным и грубым.
Вконец растерявшись и не зная, как обходиться, с этим медведем гризли, который завелся на ее кухне, она взяла ложку и вернулась к прерванному занятию.
Пожалуй, нужно попробовать не обращать на него внимания и посмотреть, что из этого выйдет. Чего она точно не станет больше делать, так это кокетничать и поддразнивать: от этого Хэл просто взрывается.
За столом Андреа ела и разговаривала с братом, делая вид, что никакого Хэла Гриффина рядом нет. Казалось, молчание за завтраком вполне устраивало Хэла, и она оставила его предаваться мрачным раздумьям. По-видимому, за четыре года она окончательно разучилась обращаться с мужчинами, думала Андреа. Теперь, когда Хэл сделал поворот на сто восемьдесят градусов, девушка задумалась, зачем она вообще решилась высунуть голову из раковины. Все, что сделал в ответ Хэл, так это набросился на нее с руганью.
Не дожидаясь, пока Хэл откроет для нее дверцу пикапа, Андреа выскочила из машины и под проливным дождем бросилась к дверям банка. На протяжении всей их поездки от ранчо до города в кабине висела такая гнетущая тишина, что шорох дворников по стеклу казался барабанным грохотом. Прижимая к груди сумочку, в которой лежал чек за проданных телят, Андреа распахнула дверь и вошла в здание банка. Если, закрываясь, дверь заедет Хэлу по физиономии — что ж, тем лучше.
— Хэл Гриффин? — Стройная блондинка по совиному вытаращила глаза на Хэла.
Андреа не знала женщину по имени, но видела ее за стойкой кассы, когда несколько недель назад приезжала в банк поговорить с Томом Гилмором. Оставив Хэла возобновлять старое знакомство, она не мешкая двинулась к кабинету Гилмора. Как ни странно, Хэл не надолго задержался возле блондинки; он отстал от Андреа всего на пару шагов.
Том Гилмор вопросительно взглянул на вошедших, и Андреа поспешила объяснить:
— Том, это Хэл Гриффин, это он загнал мою скотину и таким образом помог мне заработать деньги.
Том жестом предложил Андреа и Хэлу сесть. Опустившись в мягкое кожаное кресло, Андреа украдкой рассматривала управляющего. Тот был, как всегда, безупречно одет. В свои сорок пять он старался поддерживать форму. Девушку раздражало, что Гилмор держался с таким выражением превосходства.
Сев подальше от клиентов, управляющий сложил руки ладонями внутрь, посверкивая драгоценными перстнями на пальцах, и поочередно взглянул проницательными зелеными глазами сначала на Хэла, а потом на Андреа.
— Андреа, не вижу смысла вводить вас в заблуждение, — напрямик заявил он. — Несмотря на то что вам удавалось до этого момента частично расплачиваться по ссуде вашего отца, вы должны понимать, что мы считаем рискованным кредитовать вас и дальше.
Андреа вцепилась в ручки кресла, пытаясь собраться с духом, чтобы выслушать неприятное сообщение.
— Откровенно говоря, для вас было бы лучше просто смириться с лишением права выкупа и сократить расходы по содержанию ранчо. В наше время, когда цены на скот и зерно упали до предела, нелегко содержать такое большое хозяйство. А не имея в этом деле опыта, вы столкнетесь с еще большими трудностями. Если мы продадим ваше ранчо по максимальной цене, суммы, которую получите вы и Джейсон, вполне хватит для первоначального взноса за дом.
В душе Андреа все восстало против столь равнодушного, даже пренебрежительного отношения к тому, что она всеми силами пыталась сохранить.
— Я полагала, что этот первый чек убедит вас в серьезности моих намерений, — заявила она как можно более вежливым тоном. — Я собираюсь выплачивать ссуду и в дальнейшем. Если бы не дождь, завтра утром я бы могла вручить вам еще один чек. Как только погода позволит…
Гилмор прервал ее речь повелительным жестом:
— Андреа, я восхищаюсь вашим мужеством, так же как восхищался мужеством вашей матери, когда она у нас работала, но Мэгги хорошо понимала ситуацию. Ранчо Флетчеров уже несколько лет в долгах, и положение все ухудшается.
И виной тому непомерные расходы на ее образование, которые Роберт решил взять на себя, с горечью подумала Андреа. Вместе с затратами на похороны родителей эти расходы нанесли существенный урон ранчо. Не стоит также забывать, что ее отец уже обсуждал этот вопрос с Гилмором. По-видимому, управляющий не собирается давать ей поблажку.
— Я готова продать всех телят, — заявила Андреа, — всех коров до последней, если потребуется.
— И как же вы рассчитываете получить доход на будущий год, если у вас не останется коров, чтобы принести телят? — поинтересовался Гилмор.
— Я найду работу.
— И попытаетесь занять денег, чтобы восстановить поголовье? — Банкир покачал головой. — Андреа, это порочный круг. Не хочется, чтобы вы повторяли ошибки своего отца. Очевидно, он понял безнадежность ситуации и предпочел уйти из жизни, нежели видеть, как у него отбирают ранчо.
Андреа с трудом сдерживалась. Намек Гилмора на самоубийство отца задел ее и без того натянутые нервы.
— Не исключено, что именно встреча с вами привела отца в такое отчаяние, — сквозь зубы процедила она. — Уж не потому ли, что отец тогда не сдержался и набросился на вас, вы теперь лишаете меня возможности проявить себя? Ранчо значит для меня очень много — это все, что у меня есть. Может, вам трудно это понять.
— Думаю, я понимаю, — перебил ее Гилмор, — вы считаете себя обязанной продолжать традицию, видите в этом свой долг. Я могу это понять, но вы не отдаете себе отчета в том, что реально происходит.
Неожиданно в разговор вмещался Хэл:
— Если до конца недели Андреа сумеет выплатить просроченные проценты и заплатить часть основного долга, вы дадите ей месяц отсрочки, чтобы оплатить остальную сумму?
Гилмор заерзал в своем кресле.
— Не вижу смысла, один месяц ничего не изменит. Ей придется продать коров, а стадо ее единственная надежда. Если у нее не будет поголовья скота, ни один банк не даст Андреа кредита; земля не может обговариваться как обеспечение, поскольку она уже заложена нашему банку.
Хэл посмотрел прямо в глаза Гилмору.
— Вы не ответили на мой вопрос.
Банкир взглянул на ковбоя чуть свысока.
— Не понимаю, каков ваш интерес в этом деле?
— Я личный джинн мисс Флетчер и нарочно вылез из лампы, чтобы исполнять ее желания, — с издевкой в голосе произнес Хэл. — Вы не ответили на мой вопрос. Либо вы даете Андреа месячную отсрочку — это справедливо, учитывая, что она меньше чем за четыре месяца потеряла обоих родителей, — либо вы даете мне повод думать, что вы каким-то образом лично заинтересованы в продаже ранчо.
