Сотрудники казначейства США критиковали «выдающегося американского офшорного банкира» за «использование финансового и политического рычагов» для захвата Управления по регулированию финансовых услуг.
Сотрудник Государственного департамента Джон Уайнер назвал эту ситуацию «рычаговым выкупом антигуанского регулирования, осуществленным частным предпринимателем».
Американцы неоднократно предупреждали, что не потерпят расширения безналогового статуса страны, и эти поправки продемонстрировали намерение Антигуа идти своим путем. После бесплодных переговоров с Антигуа американские и британские власти официально предупредили свои финансовые учреждения о необходимости особенно внимательно относиться ко всем операциям по переводу денег с или на Антигуа, а также к операциям с участием ее граждан. Даже французы, чьи собственные интересы на Карибах включали Сент-Мартинс — центр расширяющейся деятельности международной организованной преступности, — выразили свою озабоченность в связи с ситуацией на Антигуа.
В том же духе высказались министры финансов «большой восьмерки», созвав Форум финансовой стабильности и, внутри него, «Рабочую группу по офшорным финансовым центрам». Они разделили офшорный мир на три категории: группа 1 (государства, готовые к сотрудничеству в борьбе с отмыванием денег и допускающие внешний контроль), включающая Швейцарию, Гонконг, Люксембург и Нормандские острова; группа 2 (государства, потенциально готовые к сотрудничеству, но имеющие ограниченные возможности для контроля), куда вошли Бахрейн, Бермуды, Гибралтар, Мальта и Монако; группа 3 (не склонные к сотрудничеству и не предоставляющие возможностей для контроля государства), членами которой стали Лихтенштейн, Науру, Ниуэ, Вануату и большинство стран Карибского бассейна, включая Антигуа.
Вскоре был опубликован обзор FATF, в котором подверглись критике 15 юрисдикций, считавшихся не склонными к сотрудничеству в борьбе с отмыванием денег, в том числе: Багамы, Каймановы острова, острова Кука, Доминиканская Республика, Израиль, Ливан, Лихтенштейн, Маршалловы острова, Науру, Ниуэ, Панама, Филиппины, Россия, Сент-Китс и Невис, а также Сент-Винсент и Гренадины. Антигуа в этот список не попала, однако FATF включила еще 14 юрисдикций в список, озаглавленный «Неполное соответствие»: Белиз, Бермуды, Британские Виргинские острова, Кипр, Гибралтар, Гернси, остров Мэн, Джерси, Мальта, Маврикий, Монако, Самоа, Сент-Люсия и Антигуа.
Чтобы быть исключенной из этого списка, Антигуа необходимо выполнить 40 рекомендаций FATF плюс 19 рекомендаций регионального подразделения FATF, Caribbean Financial Action Task Force (СFATF). В этих рекомендациях изложена роль контролирующих органов и описаны минимальные стандарты ведения отчетности и сотрудничества с правоохранительными органами. Они способствовали созданию среды, в которой могут осуществляться серьезные меры по предотвращению отмывания денег. Однако выполнение этих рекомендаций и принятие серьезных мер в отношении отмывания денег нередко оказываются совершенно разными вещами.
Весь мир ополчился против Антигуа, ограничивая имеющиеся у острова возможности. И правительству Бёрда не оставалось ничего, кроме как уступить. Были подготовлены и приняты законы, отменяющие большинство неприемлемых поправок к законодательству 1997 года. Банковские лицензии были отозваны, владельцы международных деловых корпораций получили предупреждения, окрепло двустороннее и многостороннее сотрудничество в правоохранительной сфере, были подписаны два новых договора с Соединенными Штатами — об экстрадиции и о взаимной юридической помощи.
Затем наступило 11 сентября.
В течение месяца после этой трагедии по меньшей мере 30 стран согласились с тем, что пришло время серьезно заняться офшорным миром. По крайней мере, разобраться со средствами террористов. Администрация Буша уже откликнулась на призывы техасского банковского лобби, объявив несколько ранее, что будет смотреть на налоговые гавани сквозь пальцы. Но 11 сентября оказало настолько сильное влияние на все аспекты жизни на Западе, что Буш просто не мог игнорировать некоторых реалий офшорного мира.
Участники деятельности по отмыванию денег в Карибском бассейне находились в состоянии постоянного страха перед возможным обнаружением денег «Аль-Каиды». Лестеру Бёрду не нужно было напоминать о том, что случится, если это когда-нибудь произойдет. И он предпочел нанести удар первым. Через несколько недель после атак террористов он пропихнул антитеррористический финансовый законопроект, сделавший Антигуа первой страной, откликнувшейся в этом смысле на 11 сентября. Используя данный закон, Бёрд приказал каждому банку на острове изучить американские и британские списки подозрительных организаций и частных лиц, связанных с террористами, и предупредил, что, если какой-либо банк представит ложную информацию, его лицензия будет отозвана, а руководители отправятся в тюрьму. Получив банковские отчеты, Бёрд смог заверить американцев и британцев, что на Антигуа нет ни одной организации или частного лица, связанных с террористами.
В ответ американцы заявили, что проблемой по-прежнему остаются благотворительные и некоммерческие организации. Тогда Бёрд предпринял меры по закрытию и этой лазейки. В 2002 году на Антигуа было создано новое учреждение — Комиссия по регулированию финансовых услуг, обладающая всей полнотой власти в вопросах регулирования деятельности офшорных банков, международных деловых корпораций, страховых и трастовых компаний, а также игорного бизнеса в Интернете.
Власти Антигуа утверждают, что действительно намерены покончить с отмыванием на острове грязных денег. Хотя случаев наказания за это преступление фактически нет, страна, по крайней мере, заняла весьма определенную позицию. Антигуанские власти обвинили бывшего украинского премьер-министра Павла Лазаренко в отмывании денег, заморозили 83 млн. долларов, якобы спрятанных им в офшорном European Federal Credit Bank (Eurofed), приказали конфисковать их, а затем закрыли и сам банк.
Лазаренко, занимавший пост премьер-министра в 1996–1997 гг., был обвинен своим собственным правительством в хищении 2 млн. долларов и лишен парламентской неприкосновенности. После этого он бежал в Штаты, надеясь получить там политическое убежище, однако был арестован по обвинению в отмывании 114 млн. долларов, из которых 70 млн. предположительно отмыл через Антигуа. В соответствии с выдвинутыми против него обвинениями, деньги эти поступали от взяток, откатов и незаконной продажи нефти и газа. По иронии судьбы, в настоящее время старый веб-сайт Eurofed автоматически переключает пользователя на онлайновое казино.
Однако существует сфера, в которой, несмотря на все заявления правительства Антигуа, это государство по-прежнему не пользуется доверием. Антигуа в числе первых устремилась в игорный бизнес в Интернете, точно так же, как много лет назад первой стала создавать офшорные банки и международные деловые корпорации. Онлайновое казино и спортивный тотализатор были размещены в виртуальной зоне свободной торговли, но надо отметить, что законность существования онлайновых казино, в отличие от спортивного тотализатора, во всем мире подвергается серьезным сомнениям.
Оставив в стороне очевидный вопрос — как человек, находящийся в здравом уме, может доверять рулетке, которую видит лишь на экране компьютера, — отметим, что ряд сотрудников правоохранительных органов, отслеживающих деятельность этих казино, утверждают, что все они являются незаконными. Они говорят, что помимо 100%-ной вероятности того, что игра ведется мошеннически, существует почти такая же вероятность, что любое онлайновое казино в той или иной степени вовлечено в отмывание денег.
«С самого первого дня существования игорного бизнеса в Интернете я утверждал, — говорит сержант Дэйв Тейлор, полицейский из провинции Онтарио, Канада, — что это не что иное, как отмывание денег. Есть, конечно, люди, которые действительно играют, но в ходе многих расследований мы пришли к выводу, что онлайновые казино почти всегда связаны с организованной преступностью».
Признанный эксперт по игорному бизнесу в Интернете, Тейлор анонимно подключался к сотням сайтов онлайновых казино. Он говорит, что некоторые из них в принципе не выплачивают денег, многие не имеют законных банковских счетов, а часть их фактически проводит свои средства через так называемые дежурные магазины.
«Мы видели, как деньги от уличных операций перекачиваются в офшор, проводятся через острова, а затем возвращаются назад в качестве выигрышей. Все это должно выглядеть как честная игра, но мы знаем, что такие заведения задумывались вовсе не для этого».
Нередко, говорит Тейлор, казино предлагает новым игрокам в качестве стимула для участия кредит, который порой может достигать 500 долларов. Но такие кредиты, предполагает он, могут быть лишь еще одной формой отмывания денег.
