Семьи, которой с Чиасой у меня никогда не было.
День, который должен был стать концом, для меня стал началом. Кто бы мог подумать, что так приятно ощущать, когда твою заботу и поддержку принимают. Не прогонят, не посчитают, что так и должно быть, а просто принимают с благодарной улыбкой на губах?
Глупая, кто же от тебя откажется? Боишься, что ядовитая? Так позовём лекаря, пусть проверит. Редко, но случается так, что каналы в клыках не пусты. Изготовление противоядия дело нехитрое, лишь бы специалист был хороший. Да и иммунитет к любому яду можно выработать. Испытываешь голод не только из-за еды? Так мы всегда к твоим услугам. А если будет не хватать нас, то придумаем, как это исправить. Главное вместе. Не хочу, как Широ и Тэкеши украдкой смотреть на тебя ночью, сгорать от желания прикоснуться. Стоит признать хотя бы самому себе, маленькая чужачка, незнакомка за несколько дней сделала то, что не смогли другие. Проникла в сердце и душу так, что я согласен на всё, лишь бы её не потерять.
Повозку тряхнуло, пришлось срочно прятать свои мысли, чтобы жена ничего не прочитала в моих глазах. Я заметил, она это умеет.
— Уже приехали? — Светлана открыла сонные глазки и смущённо улыбнулась. — Я, кажется, заснула.
— Приехали, — я тоже улыбнулся. Спокойно, уверенно. — Готова делиться ядом?
— О да, — жена рассмеялась. От её плохого настроения не осталось и следа.
Вот и хорошо.
Светлана кэрр Хаяси
«Я прогуляла работу», — эта кощунственная мысль билась в висках, пока мы с Юки неспешно обедали.
Желания ехать в дом совета больше не было. С одной стороны, я понимала, работа есть работа и игнорировать её нельзя, тем более я не в том положении на Ассахаре, чтобы ставить свои условия, кто бы что ни говорил. А с другой… Мне лениво. И обвинять в этом мужа, который заботливо подкладывает мне в тарелку самые вкусные, по его мнению, кусочки, не вариант. А ведь я планировала вернуться! Приступ голода купировали, глазам вернули обычный цвет, казалось, приведи себя в порядок и поезжай назад. Но нет.
Началось с того, что муж упёрся и не захотел отпускать меня одну в мыльню. Ну а вдруг я опять решу, что он сбежать хочет? На самом деле, мне показалось, что он хочет наверстать упущенное, так как секс-то между нами был, а обнажённой ещё не видел. Иначе зачем нужно было так медленно и провокационно меня раздевать? И так смотрел при этом, что я буквально таяла, ощущая себя самой желанной. Юки умудрился не только платье снять, но и возбудить до такой степени, что воду я не почувствовала, только его страстные поцелуи. Потом были нежные мыльные прикосновения и жар желанного тела, осторожные прикосновения пушистым полотенцем и наконец перемещение на сильных руках в сторону кровати. Так что воды не бы-ло. Если бы она была, то я охладилась и не решилась на повторный секс с уже надкушенным сегодня нагаасуром. Теперь точно можно не бояться, что меня скрутит из-за свадебного долга. Да у меня на Земле за месяц столько секса не было, сколько за несколько дней на Ассахаре.
Организм требовал отдыха. Даже одеваться было лениво. Меня хватило только на то, чтобы под пристальным взглядом мужа закутаться в покрывало.
— Света, тебе нужно поесть, — настаивал муж, подсовывая новый кусочек.
Наколола его на вилку и положила назад в тарелку. Я была сыта. Даже мясо не хотелось, хотя его аппетитный аромат и золотистая корочка не могли оставить никого равнодушным. Решительно отодвинула от себя тарелку.
— Тогда сделаем так, — муж поднялся, подошёл, уселся и притянул меня к себе на колени. Передвинул поближе тарелку с невзрачными ягодами и скомандовал: — Открывай ротик.
- Юки, я…
Кисло-сладкая ягода опустилась на язык.
— Хотя бы три штучки. Дикий малинник растёт только на востоке и его ягоды очень полезны. Меня отец ими в детстве кормил, чтобы я быстрее в первый раз обернулся.
Я скептически посмотрела на синюю круглую ягоду. Запах у неё отсутствовал, а внешний вид точно не малинки. Даже не ежевики. Но заинтересовало другое.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Не мог обернуться? Почему? И… разве вы не рождаетесь уже таки… хвостатыми? Понимаю, что вы стараетесь не показывать лишний раз различия между нами, но ведь все остальные в основном предпочитают ползать, а не ходить. Я думала хвосты это ваша суть.
— Запаздывал, — он улыбнулся и поднёс вторую ягодку к моим губам. — У нас не суть, а сущности. Демоническая, которая просыпается вместе с магией годам к одиннадцати, реже к двенадцати. Проявляются особенности характера, рога лезть начинают. Разве Тэкеши не рассказывал?
— Рассказывал. Две сущности, демон и змея. То есть демоническая и змеиная. Но рога и магия есть не у всех.
— Правильно. Демоническая сущность есть не у всех. У тебя точно будет, — он коротко поцеловал меня в висок. — А вот змеиная сущность просыпается всегда. Либо ребёнок рождается сразу с хвостом, если его мать ходила беременной в этой форме, либо рождается обычным человеком и должен к трём годам обернуться. Я запаздывал с оборотом, и старый лекарь семьи посоветовал кормить меня ягодами малинника. Мне хватило недели таких вот завтраков.
— То есть ребёнок может не обернуться?
— Нет, наши дети точно обернутся. Даже между нагаасуром и человеком рождаются нагаасуры. А ты точно уже не человек. Мы сильнее в этом плане.
— Ну а всё-таки? Зачем тогда тебя кормили ягодами, если ты всё равно бы обернулся.
— Я мог не успеть к трём годам, — неохотно ответил муж и быстро засунул мне ягоду в рот. — Думаю, тебе малинник тоже поможет.
— Всё равно не понимаю. Ну не успел бы и что?
— Света, — простонал муж мне в макушку. — Что же ты такая… любопытная! Посиди, я найду служку и узнаю, когда обещал прибыть лекарь.
То, что муж умалчивает что-то, я поняла мгновенно. Но зачем? Опять неприятный закон или негласное правило, которое я не знаю?
Выйти Юки не успел. Дверь в спальню распахнулась сама. Я успела увидеть только сверкающие бешенством глаза Тэкеши и волнение на лице Широ. А потом всё случилось очень быстро. Тэкеши, схватив дядю за плечо, вытащил того в коридор, а в комнату ворвался Широ, поднял меня с мехового пола и быстро принялся осматривать и ощупывать.
— Ты как Света? Где болит?
И ягодкой на торте стало громкое, яростное шипение:
— Как ты мог не с-сдержаться! Ты сделал ей больно! Навредил! Ты… — и такое непередаваемое шипение, что я сразу поняла — матерится.
Когда дверь сотряслась от удара, я стряхнула с себя оцепенение.
— Нормально. Пусти, — дёрнулась в руках Широ, но он только крепче прижал к себе и часто задышал. — Ши-иро!
У меня ушло несколько минут, прежде чем я привела в чувство второго мужа и кинулась к двери. Ударов и криков слышно не было, но спокойствия это не добавляло. Выглянуть первой в коридор Широ мне не позволил, а когда я всё-таки смогла высунуть голову из-за его спины, то ничего страшного не заметила. Юки был жив и здоров, Тэкеши тоже. Правда, последний выглядел немного помятым и кулаки сжимал.
— Ничего не хотите мне объяснить? — мрачно спросила я.
— Всё в порядке, Светлана, — Юки обворожительно улыбнулся.
— Извини, что показались тебе на глаза, — Тэкеши отвёл взгляд.
Широ поступил проще. Он развернулся и крепко меня обнял.
— Мы волновались, — сказал виновато. — И очень скучаем.
— Это запрещённый приём, — приглушённо пискнула, а руки уже жили своей жизнью, обнимали мужа, ощупывали, гладили. — Я тоже соскучилась.
Сказала искренне. А ещё я наконец-то уловила аромат Широ. Пахло елью и корицей. И, кажется, теперь я знаю, кто у меня ассоциируется с северным ветром, хотя Тэкеши, прижавшемуся ко мне со спины, больше подошло бы что-нибудь огненное, яростное.
— Свет, прости, а? Мы больше не ругаемся и всё делаем вместе. Правда.
Угу, кто же тогда мне здесь бешеный нрав демонстрировал?
— То есть теперь тебя надо отправить находить общий язык с Юки? — я строго посмотрела на своего первого.
