Я молниеносно ринулся за ее энергией. Ворвался в комнату одного из адептов. Волна ярости накрыла меня, когда я увидел парня, что прижимал девчонку к кровати. Кажется, в этот момент мой мозг отключился и я чуть не прибил мелкого подлеца.
Жрица лежала на кровати с зареванным лицом, сотрясаясь от страха. Мне казалось еще секунда, и моя ипостась сменится на другую. Я ощущал это всем своим телом и разумом. Чувствовал как кровь, словно жидкий расплав, как первородная магма, бежит, бурля, и выжигая меня изнутри.
Я смотрю в ее глаза и вижу страх. Она боится меня или его? Я не мог разобрать, но боялся, что она увидит меня другого. Увидит и воспротивится. Возненавидит чудовище. Я чувствовал, как хтонический облик рвется наружу.
– Иди в свою комнату, – ответил не своим голосом. Более жестким, озверевшим. Обезумевшим.
Помог ей встать. Она на секунду остановилась и взглянула на мага, что корчился от боли на полу. Темная магия стащила его с девчонки и просто душила. Медленно убивала, не давая воздуху протиснуться в легкие. Очерняла внутренние ткани, омертвляла.
Девчонка ринулась прочь, а я, перестав чувствовать ее эмоции, взял себя в руки и отпустил падцана. Тьма отступила. Не хотел, чтобы на моих руках снова была кровь. Понимал, что всему виной я. Это только моя ошибка. Лучшим решением было бы убить это подрастающее чудовище. Не сейчас, так потом, не Таира, так другая, может оказаться в таком положении.
Взяв разум под контроль от эмоций, ответ не заставил себя долго ждать. С ним будет разбираться стихия. А я подправлю ему память, чтобы он думал, что его отметила девчонка.
Выходя из комнаты, наткнулся на Берту, которая несла стираные женские вещи.
– Господин, – поклонилась женщина. – Рановато вы сегодня.
– Это Таирланы? – кивнул я на вещи.
– Да господин.
– Я отнесу, – забрал из рук женщины стопку вещей, а та удивилась и смущенно уставилась в пол.
– Пожалуйста, сходи к источникам и скажи адептам, чтобы шли на обед. Таире нездоровится. Как придешь, поднимись в ее комнату. Принеси чай из красной мяты и полыни.
– Хорошо, господин Баэль, – сделав книксен, женщина удалилась с этажа.
Дверь была заперта. Я стукнул несколько раз, но жрица не открыла. Чувствовал ее беспокойство.
Пришлось с помощью магии открыть дверь. В комнате было пусто. Лишь солнечный свет окутывал пространство. Услышав шум воды, я положил вещи на кровать и подошел к двери ванной комнаты.
– Таирлана, это Эльтар. Как ты? – прислонившись лбом к двери, я пытался расслышать ее голос.
– Таира, скажи что–нибудь, – но в ответ тишина, только шум воды. Девчонка напугана и обиженна. И я понятия не имел, как буду отмываться от этой вины, ведь себе я не находил оправдание.
Словно не этот мелкий сопляк, а я ее обидел. Что если бы она не взывала к Темному? Вот же Бездна! Я мог потерять ее навсегда. Ничего бы потом не имело смысла. Ее жизнь погрузилась бы во тьму. Что бы ни случилось с этим парнем в дальнейшем, во всем только моя вина была, есть и будет.
Я стоял еще несколько минут прислушиваясь. Ничего не менялось. Все те же эмоции, та же энергия и она по–прежнему молчала.
– Таира, я вхожу, – дернул ручку, но дверь была заперта. Темная магия отворила замок. Окинув взглядом ванную комнату, я увидел жрицу, лежащую на полу в душевой, без сознания. Я взял ее на руки, легкую, невесомую. Ее сердце беспокойно стучало. Уложил ее на кровать и в этот момент в комнату просочилась Берта. Женщина, взгромоздив поднос с чаем, ринулась к кровати.
– Господин Баэль, что с ней? – испуганно, она трогала лицо жрицы и взволнованно смотрела то на нее, то на меня.
– Переодень ее и останься с ней, пока я не приду, – женщина кивнула в ответ, а я ушел из комнаты, накладывая на дверь темное заклинание, чтобы никто не смог сюда зайти и выйти без моего позволения.
Я зашел в свою комнату и прошел на балкон. Вид простирался к океану. Шумные волны ударялись о скалы, на котором располагалась моя усадьба.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Всего один вопрос к вам, Боги Стихий. Вы слышали ее мольбы о помощи? Ни на долю секунды не поверю, что вы не слышали голос своей нареченной дочери. При всем своем желании, вы даже в Темный храм заберетесь, нарушая устои, если будет нужно. Или вы только от меня ее защищаете? Назвав ее своей нареченной, вы взяли на себя ответственность за ее душу. А выходит, что нет? Почему вы молчите? Нечего сказать? Тогда я отвечу. Вы не посмеете препятствовать тому, что между нами. И не посмеете забрать ее у меня. Потому что она взывает ко мне! И тянется ко мне! И даже у вас нет объяснения тому, что происходит между нами!
Я был озлоблен на безмолвных Богов. Схватившись за периллы, я буравил шумные заводи океана.
Завтра отправлю всех по домам. И адептов, и прислугу. Девчонка останется со мной. Надо уже разрешить происходящее между нами.
Глава 43. Таира. Самый жуткий страх:«когда кошмар станет явью».
В тишине можно услышать все что угодно.
Только она тебе расскажет всю правду и всю истину. (Ri.H)
Аккуратными шагами я приближаюсь к зеркалу. Кто эта девушка, что по ту сторону на этой гладкой отражающей поверхности? Она смотрит на меня с таким же интересом, что и я на нее. Но это не я. В ее глазах темнота и неизвестность.
Красное как огонь, шелковое платье, огибает юное, стройное тело. Плечи закрывает полупрозрачная алая накидка, обшитая драгоценными камнями, и даже она не скрывает глубокое декольте платья, что подчеркивало красивую молодую грудь.
Я вижу, как позади девушки в красном, приближается темная фигура мужчины. Мне хочется скрыться, хочется кричать, но я не понимаю своих чувств и эмоций. Его рука касается ее плеча, но вздрагиваю я. Я ощущаю это касание, словно лед. Холодное прикосновение становится обжигающим до ноющего жжения, до ожога. Чувствую, как меня пронизывает боль изнутри. Мне хочется бежать, но я молча стою и продолжаю смотреть на другую себя. На ту, что стоит по ту сторону…
Мужские руки укладывают на изящную шею колье с красными рубинами. Словно кровавые капли слез, они спадали к девичьей груди, что вздымалась от страха и ненависти. Оба несвязанные между собой чувства, но ощутимы мною. Я чувствую прикосновение холодного, драгоценного металла и камней на своей шее… Нет! На ее шее. Я–не она.
Я вижу мужчину, такого знакомого и родного. Тот, кто обещал быть со мной, сейчас с ней. Снова боль пронизывает моё сердце. Ревность к той. Какая ирония.
В его глазах страсть и похоть. Эти глаза…я не узнаю их. Они залиты кровью.
Холодные руки ложатся на талию… не её, мою.
Спиной я прижата к ледяному телу. Кровавые глаза, что отражаются в зеркале, леденят мою душу. С каждым моим вздохом белок его глаз темнеет.
Я закрыла глаза. Я не была готова признать действительность за правду. Повернулась. Он поднес мою ладонь к своим губам. Поцеловал, словно заклеймил. Слышу дыхание, не свое, его. Снова открыла глаза. На меня смотрит черная бездна. Пропасть, откуда не выбраться. Вены на шее выпирали. И вместо крови по ним текло золото. Жизнь словно пронеслась перед глазами. Сердце стучало так бешено, словно вот–вот проломит грудную клетку и вырвется наружу, заливая алое платье кровью. В душе безмолвный крик. Язык онемел. Страх парализовал.
Передо мной был самый настоящий демон.
Длинные черные волосы спадали вниз на оголенный торс. Большое, обнаженное, мускулистое тело, в жилах которого текла золотая кровь, выбиваясь из–под серой кожи. Не руки, а лапы чудовища, с черными когтями, большие накаченные ноги. Тело, покрытое черными знаками и бесчисленным количеством ожогов. Из плеч торчали странные отростки, словно острые кости, обтянутые кожей. А его лицо казалось знакомым и не знакомым вовсе. Длинные, вытянутые, заостренные скулы, несвойственные ни магам, ни людям. Высший. Темное порождение Хаоса.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
