И вот, он позвал меня сюда. Что дальше?
— Долго мы будем так стоять? — недовольным тоном спросила я, при этом сложив на груди руки.
Он докуривал.
— Не знаю, как начать. — Он выпустил струйку табачного дыма в воздух.
Я помахала перед носом. Ненавижу дым сигарет.
— Ты хочешь поговорить со мной о вчерашнем поцелуе? — пришлось взять инициативу на себя. — Слушай, я не имею ничего против. Между прочим, ты поднял мне настроение. И я… — не договорив, схватила его за белый воротничок рубашки и притянула к себе. Илья не сопротивлялся. — Я готова повторить, — произнесла и потянулась к его губам, но Илья отвернулся.
— Прости, — сказал он.
— Что с тобой не так?
— Со мной всё так, просто…не получится у нас ничего.
— Почему?
— Элизабет, ты очень красивая. Ты мне нравишься, но… я не могу…
Я попятилась от него.
— У тебя уже есть девушка, да?
Он кивнул.
Ну, конечно! Эврика! Это хотя бы объясняет его заторможенность и нерешительность. Но черт его возьми, почему нельзя было сказать об этом до поцелуя. В данную секунду я чувствовала себя круглой дурой, мумией, идиоткой. И у меня не было слов, чтобы выразить своё возмущение. Ощущая его взгляд на затылке, хотела провалиться на месте.
— Мы с ней готовимся к свадьбе, понимаешь?
«Что?!»
Не ведая, что творю, развернулась и с полуоборота ударила Илью по лицу. Пощечина прозвучала очень звонко, но она не удовлетворила мой гнев. Поэтому подошла близко к парню и со словом «мудак» коленом дала ему в пах. А пока он корчился от боли, схватила свой рюкзачок, кардиган и, ни капли не жалея о содеянном, покинула кафе. И больше меня там никто не видел.
ЭЛА: Вот я дура! Дура! Идиотка! Боже! Как я могла только мечтать о нём?
Это были первые эмоции, потом я начала остывать.
ЭЛА: Но это ещё раз доказывает, какие мужчины сволочи. Готовится к свадьбе, а на работе с другой девушкой заигрывает. Пощечину дала за себя, а по хозяйству получил за невесту. Индюк. Знала бы раньше, то засунула бы все эти красивые салфетки в его тощую задницу.
ДЕН: Ты уверена, что мне, мужчине, стоит тебе отвечать?
ЭЛА: Ты особенный мужчина.
ДЕН: Но я тоже сволочь.
ЭЛА: Конечно, ты сволочь. Все вы такие. Наверное, мне надо было выходить замуж за Антона Сабанова.
Этот бывший женишок пришёл мне в голову не просто так. По телеку в каком-то фильме красовалась его рожа. В данный момент смотрю на неё и плююсь. Такой же смазливый, как и Илья, а значит, такой же лицемер.
ДЕН: Думаешь, Антон Сабанов не сволочь?
ЭЛА: Сволочь. Но какой смысл искать любовь, если сволочь от сволочи не отличается?
Ден прислал веселые смайлики, затем написал:
ДЕН: Отдых тебе нужен.
ЭЛА: О чем ты?
ДЕН: Покуй вещи и езжай куда-нибудь. Отдохни. Тебе необходимо отвлечься и забыть этого Илью. У тебя все шансы, красотка! Помни, что ты богата. Бери от жизни всё! Путешествуй и радуйся своим возможностям.
Я впервые позволила себе обдумать сложившуюся ситуацию спокойно. Предложение Дена не звучало скупо. А главное, многообещающе. Отблагодарив своего незаменимого друга за заботу, принялась изучать карту мира. Мы вместе с Деном долго обсуждали возможные места для того, чтобы у меня отшибло память. Был один момент: место должно быть экзотическим. И я его нашла.
Китай!
***
Дания, г. Биллунд
2020 год
Объятия были долгими и крепкими.
— Ден, это невероятно! Это сон!
— Нет, малышка. Это она самая — реальность!
Я не могла наглядеться на него. Денис по-прежнему носил чёрные футболки и отращивал испанскую бородку без усов. Тёмные волосы переливались на свету, а глаза были как две большие чёрные бусины. Он совсем не изменился.
— А ты изменилась, — сказал Денис, вытянув руки и сделав шаг назад, чтобы полюбоваться мной. В Сальте я посетила салон красоты и теперь мои длинные волосы имели чёрные и пепельные пряди, что, скорее всего, делало меня старше. К нашей встрече я тщательно подготовилась, навела марафет: глаза подвела чёрным контуром и сделала стрелки, а губы лишь слегка поблескивали розовым. В одежде ничего нового: джинсовые шорты, белая трикотажная футболка с надписью на английском «Прости, но я не совершенная», которую купила ещё в Рио-Куарто. Именно эти слова иногда хочется прокричать на весь мир.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Мы шли по широкой улице мимо кирпичных домов. Давно я не чувствовала себя так спокойно. Рядом с Денисом я могла быть самой собой — Элой Демирель. Не нужно было напрягать мозг, выкручиваться и врать.
— Иногда я готова сломаться, Ден. Бывают дни, когда я думаю вернуться в Москву и отдать себя на растерзание семьи.
— Понимаю. Мало людей на свете, кто может это вынести.
— Если бы не эти чёртовы деньги и не убийство в Новой Гвинее…
— То был несчастный случай, Эла. Ты просто защищалась.
Я посмотрела на Дена. Шрамы на его лице ещё не успели как следует затянуться. Похоже, он пожалел меня и не стал говорить, что его располосовали ножом. Вот бы узнать, кто с ним такое сотворил.
Мой выдох был тяжелее воздуха, выходившего из воздушного шара.
— А если бы не было этого побега?
— Ты бы вышла замуж.
— Ден, — нежно произнесла я и остановилась перед ним. Мои пальцы нервно дергали лямки рюкзака. — А что, если бы я смогла протестовать? Вдруг отец прислушался бы ко мне? Почему чем дальше я прячусь, тем сильнее моя уверенность в том, что я совершила ошибку?
— Твой побег от замужества — не ошибка, Эла. — Он убрал приклеившийся к моим губам волос. — Ошибка — взять деньги. Все деньги. Теперь ты уже ничего не можешь изменить. Время вспять не повернуть.
Наши глаза встретились и, клянусь, я услышала, как что-то щелкнуло, словно ключ повернули в замке. Он навсегда запер дверь в прошлое. Передо мной Денис, но не тот Денис, с которым у меня была связь. Это отдельный человек со своей жизнью, а я для него словно обуза. Мои губы дрогнули. Наверное, я хотела улыбнуться, но отчаяние перехватило мне горло.
— Эй… — Ден потянул меня к себе, и я тут же уронила голову ему на грудь. — Ну, не плачь, подруга.
Я должна взять себя в руки, отойти от него, не внимать его запах — такой тёплый, знакомый, запах настоящего мужчины. «Эла, не теряй голову, — говорила я себе. — Ты только что рассталась с Леандро. Нет. Ты его бросила. Прошла только неделя». И вместо того, чтобы слушать свой разум, я обвила шею Дениса, уткнулась носом в тёплое плечо и ревела навзрыд.
А он, как мог, утешал. Похлопывал меня по лопатке или водил ладонью по спине вверх и вниз.
— Как же я скучала, — со стоном вырвался мой голос.
Денис мне не ответил, а просто крепче прижал к себе. Так мы и стояли посреди улицы, слушая бой колоколов где-то неподалёку.
Потом мы купили по бутылке газировки и пирожки, сели в сквере на широкую скамейку и кормили голубей.
— Что я только не пережила за эти два года. Всё время от кого-то бежала… кстати, ты узнал, кто такой Лиам?
— Узнал, — сказал Денис, дожевал пирожок, затем полез в свой рюкзак. — Это Лиам Периш — американский брокер. Работает на рынке ценных бумаг с акциями, облигациями, фьючерсами, опционами. В Нью-Йорке. Родом из Аризоны. Есть сестра и двое младших братьев. Сестра учится в университете и живет с Лиамом в Нью-Йорке, а родители с братьями проживают в Аризоне.
— Брокер, значит. — Я задумалась. Деньги у таких людей, как правило, водятся всегда. Зачем же ему понадобились ещё? — Как ты смог добыть информацию? Я же дала тебе только имя и образные описания.
Ден набрал что-то на своём лэптопе, затем повернул экран ко мне.
— Он?
Мои глаза округлились.
— Он, — ответила я, глядя на фотографию, где его словно папарацци запечатлели: в элегантном костюме, пиджак которого он застегивал на ходу, пока поднимался по лестнице, сделанной, наверное, ещё при Советском Союзе. Что? А ну-ка прокрутите плёнку назад!
— Где сделан этот снимок?
