— Вот почему ты на русскую не похожа! — однажды воскликнул Санжар. Он и стал моим самым близким другом в Турткуль. Но не настолько близким, чтобы я переживала о нашей разлуке потом.
Разочарование, которое мне пришлось пережить с Ильей, повлияло на мое дальнейшее отношение к мужчинам. Побывав в Китае и на Тибете, я стала по-другому смотреть на окружающих. Да, я заводила знакомства, но держала людей на расстоянии.
Мне навсегда запомнилась мудрость Цэте. Он говорил: «Пока человек существует, он будет себя открывать». Я отпустила своё прошлое и старалась жить тем, что есть в настоящем. С каждым новым днём я открываю в себе новые качества, считая их вполне достойными.
— Ты, как всегда, последняя! Опять шла пешком? — помогая мне снять куртку, спросил Санжар.
— Нет. Я приехала на такси. Просто собиралась долго, — покосившись на аппетитно накрытый стол, ответила я.
— А, ну все эти женские штучки и прочее… Понял.
Мы улыбнулись друг другу, после чего присоединились к общему столу.
Эти лица стали мне почти родными. Лида — замужняя женщина с двумя детьми, наша душа компании. Никогда не пропускает встречи. Нодир самый серьёзный в коллективе, однако, без него ничего не решалось. Жасур любитель выпить и побалагурить. Андрей — наш менеджер, очень простой в общении. Порой даже не задумываешься о том, что он выше по статусу. Мы с ним словно на равных. И самая скромная девочка — Айнур. Она казашка. Приехала в Узбекистан к своей тетке из-за сложных отношений в семье. Вскользь она упоминала, что родители у неё очень строгие, не дают спокойно жить. Но смею предположить, что причина уехать от них очень уж неубедительная, истина кроется гораздо глубже.
Подсев к друзьям, первые несколько минут молча вникала в суть их беседы. И как всегда, речь шла о работе, поставках, о продажах и клиентах. Дважды словила взгляд Андрея, отчего почувствовала себя не в своей тарелке, будто он пытался отыскать в моей внешности изъяны. Или кидает какой-то знак? Он хочет выйти? Поговорить?
Ничего не понимая, но при этом ощущая какой-то незатейливый страх, вышла из-за стола под предлогом, что надо в уборную.
Просидев в туалете пару минут для приличия, помыла руки и вновь вышла в зал. Андрей стоял около мужской уборной. Значит, я не ошиблась.
— Эла, мне необходимо поговорить с тобой, — сказал он, глядя прямо перед собой. Наш столик был скрыт за углом, но не разговаривать же возле туалетов. — Выйдем на улицу? — предложил он. — Я покурю заодно.
Пожала плечами, но всё же последовала за менеджером. В голове водоворотом крутилась сотня причин, по которой он позвал на разговор именно сейчас, а не в понедельник на работе. Увольнение? Перевод в другой отдел? Я что-то натворила? Спутала счета? На меня пожаловался клиент?
Сделав глубокий вдох, одернула себя: сейчас всё узнаю.
— Эла, — закурив, начал Андрей, — ты знаешь, что за эти несколько месяцев ты стала для нас очень близким другом, мне нравится твоё трудолюбие и то, как ты общаешься с клиентами, поэтому могу расценивать тебя, как очень надёжного сотрудника. Тем более, в нашем городе не так просто подобрать хороший персонал.
— Спасибо, — тихо произнесла, убрав прядь волос за ухо. Я не знала, как реагировать на столь лестную речь, поэтому держалась скромно.
— У нас в доме установлена тарелка, — вдруг ни с того ни с сего перевёл тему Андрей, а я все ещё была в замешательстве. — Так вот, — продолжал он, — моя жена любит смотреть российские телеканалы. Это я для неё подсуетился.
— Отлично, Андрей Александрович. Уверена, ваша жена довольна.
— Верно. Но я не совсем об этом. Несколько дней назад я смотрел новости и узнал очень любопытную вещь: Эла Демирель — сбежавшая дочь посла, как ни странно, работает в моем автоцентре.
Я слушала, затаив дыхание. Казалось, что в мои легкие уже никогда не поступит воздух. Говорил мне Денис не брать настоящее имя. Но какой у меня выбор? Дания, Аргентина и Польша? В Узбекистане!
Обычно в таких случаях я бежала сломя голову, но почему-то сейчас не чувствовала опасности. Я продолжала слушать Андрея, прислонившись к холодной стене.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Можно было, конечно, подумать, что это удивительное совпадение. Так случается. Но твоё лицо ни с кем не перепутать. — Он помолчал, медленно втягивая дым сигареты, затем выпуская его в свежий воздух. Молчала и я.
— Я не нуждаюсь в деньгах, Эла. Автоцентр приносит хороший доход. Уезжать из этого города я также не намерен, поэтому соблазнительная сумма, которую за тебя обещают, мне не нужна.
— Что же вы хотите?
— Помочь. Я могу обеспечить тебе спокойную жизнь в Узбекистане. Ты не будешь ни в чем нуждаться, не будешь беспокоиться, останешься при мне в автоцентре. Никто ни о чем не догадается.
— И… как же вы собираетесь это устроить?
Андрей вздохнул и бросил окурок на землю к куче другого мусора.
— Легко. Положись на меня. Давай в понедельник встретимся после работы в каком-нибудь ресторане и без спешки все обговорим? Как тебе мое предложение?
Я задумалась. Андрей всегда был добр ко мне, да и ко всем остальным он относился также. Я имела счастье познакомиться с его женой Ольгой. Красивая, ухоженная женщина, очень общительная и добрая. Внезапно подумалось, что я могу рискнуть, довериться ему. Я так устала от бесконечной беготни. Турткуль — не то место, где я бы провела свою жизнь, но здесь я чувствовала себя свободной до сегодняшнего момента.
— Эй, вы где там? — Из кафе вышел Санжар. Узкий разрез глаз, выпуклые скулы и твёрдый подбородок с ямочкой как-то особо выделялись на худощавом лице. — Эла, принесли твой плов. Идёшь?
Я перевела взгляд на своего директора.
— Ну, так что ты решила, Эла?
— Хорошо, Андрей Александрович. Договорились, — ответила я и пошла за Санжаром обратно внутрь помещения.
— Что он тебе говорил? — любопытствовал друг.
— Да так… о работе болтали. Ничего серьёзного.
Если бы я только знала тогда, чего хочет Андрей в обмен за мою спокойную жизнь…
***
Македония, г. Кичево/Скопье
2020 год
Крепко держала руль, ладони мокли от волнения, соскальзывали вниз, но я возвращала их на место, словно цепляясь за последний шанс.
Шоссе, связывающее Кичево с городом Скопье, было пустым, однако я выжимала из железяки все возможное, чтобы не дать возможности хоть одному человеку отца настигнуть меня. Гололёд или мерзкий мокрый снег нисколько не пугали. Мысли клубились, спутывались под влиянием борьбы противоречивых чувств. Устав от вечного скитания, я готова была сдаться, но руки и ноги продолжали вести машину, а сквозь туман, застилавший мозг, я ясно видела желание умчаться подальше отсюда — туда, где найду пристанище и избегу наказания.
Мотор гудел, ветер посвистывал, врываясь в узкие щели приоткрытых окон. Мой взгляд скользнул на приборную доску: бензина должно хватить, ведь я не так часто ездила на этой машине. Да и арендовала ее всего неделю назад на тридцать дней, чтобы поучиться ездить, заодно думала использовать ее для поездок в Скопье по выходным. Что ж… планам суждено было воплотиться несколько иначе.
К тому времени, как я добралась до Скопье, руки… Да что руки?! Все тело затекло так, что я едва могла двигаться. Медленно выбравшись из машины, посмотрела по сторонам. Никого. Машины, что стояли перед мебельным салоном, не появились. И тут вдруг мне почудилось, что я все себе навыдумывала. Вечный страх, что меня поймают, засел глубоко внутри и не позволял мыслить здраво. А те люди, возможно, всего лишь клиенты.
Дав себе время передохнуть, собраться с силами и мыслями, я наконец взяла в руки рабочий телефон, который выдали в первый рабочий день. Подумать только! Это было только начало осени, а тут уже зима на носу.
Звонков нет. А вот это уже странно.
По факту, я опоздала на работу на целых три с половиной часа. Исидор давно должен был бить тревогу, а телефон разрываться от его звонков.
