в неудобной позе, и к тому же со связанными руками.
«Похоже, я влип, – подумал Чен, пытаясь проверить на прочность узлы на своих запястьях. Они оказались крепкими. – Верзила, как Франкенштейн, вышел из-под контроля своего хозяина Штольца. Ну-ну, посмотрим, чем все это закончится».
Он посмотрел в запылившееся окно автомобиля и увидел, как Штольц с Верзилой выясняют отношения. Штольц стоял перед сидящим на камне шкафоподобном помощником и орал на него во все горло, размахивая при этом руками, а Верзила лишь мотал головой из стороны в сторону, не соглашаясь со своим излишне шумным оппонентом. Слов Чен не слышал, так как окна были закрыты, но по жестикуляции и по гневному выражению на его лице было понятно, что до перемирия еще далеко.
Чен огляделся. Местность, где они сейчас находились, была пустынной – вокруг только степь и горы. Унылую желто-песочную гамму пейзажа кое-где разбавляли редкие кустики зеленых кустарников на склонах гор.
Автомобиль Штольца стоял вплотную к подножию горы, напоминающей изъеденное червяком яблоко. Она сплошь была усеяна небольшими отверстиями или лазами, в наступающих сумерках выглядящих довольно зловеще.
«Дырявая гора», – подумал Чен, и попытался нащупать во внутреннем кармане ветровки карту, но сделать это со связанными руками ему никак не удалось.
Тем временем, спорившие Штольц и Верзила заметили, что Чен очнулся. Штольц бросился к машине, открыл дверцу, чтобы что-то сказать, но Чен опередил его.
– Да, хороших же ты себе напарников подобрал… Чуть что, так сразу в драку. Это Верзила Кацебовского убил? Тоже, наверное, особо не разбирался, как и меня тюкнул по голове, и готово? Развяжи мне руки.
– Да не знал он, что вы – заказчик. Думал, что я из местных кого-то привез, а он человек острожный, решил подстраховаться. Вот и ударил… несильно.
– Это уже мне решать, сильно или нет. Сотрясение мозга мне обеспечено – у него кулаки с мою голову размером. Ладно, где наши ученые?
– Беда с этими учеными, – еле слышно сказал Штольц, – сбежать они пытались, да только девка поскользнулась, и с горы рухнула. В пещере лежит, отходит уже. А Зоммер при ней сидит, тоже еле живой от горя.
Чен от таких новостей готов был растерзать и Штольца, и всех его безмозглых исполнителей, да только что толку. Похоже, что его гениальная затея трещала по всем швам. Согнувшись, Чен осторожно пролез в лаз, на который ему указали, и, наконец-то, увидел Гюнтера. Он столько слышал об этом супермене и столько сделал, чтобы нейтрализовать его еще в своей прошлой, почти забытой жизни, что ему было невероятно интересно посмотреть на этого человека.
Немец сидел, прислонившись к стене пещеры, с закрытыми глазами. Он спал, поэтому и не увидел гостя. Зато Чен получил прекрасную возможность его разглядеть. Несмотря на оборванную грязную одежду, слипшиеся волосы и серое от пыли лицо, трудно было не заметить его классической красоты.
«Да уж, истинный ариец, – подумал Чен, и даже почувствовал нечто-то похожее на укол зависти, что ему совершенно несвойственное, – то-то Маринка так в него влюбилась. А он еще и дылду какую-то страшную обнимает. Тоже мне, Казанова в лохмотьях».
Рядом с Гюнтером на каменистом полу лежала умирающая Клара. Ее руки и тело были в ссадинах и порезах, ноги лежали неподвижно, как у куклы на витрине. Посиневшее лицо было безмятежно спокойным и умиротворенным, что поначалу удивило Чена, но, увидев на сгибе ее локтя точки от уколов, он догадался, что Верзила не пожалел для нее успокоительного. Дозу, похоже, не рассчитал. Гюнтер сидел рядом и держал ее руку в своей. Постояв мгновение рядом с этой странной спящей парой, Чен развернулся и тихо пошел обратно к лазу. Он решил не будить Гюнтера. Уже просунув голову в лаз, он вдруг услышал за спиной шепот, больше похожий на крик:
– Кто вы такой? Заказчик всего этого кошмара! – спросил Гюнтер по-немецки.
Чен обернулся. Гюнтер по-прежнему сидел там же, боясь пошевельнуться, чтобы не побеспокоить Клару. Он смотрел на Чена взглядом, полным ненависти и презрения. Его огромные синие глаза, казалось, вот-вот начнут метать громы и молнии, чтобы испепелить человека, затеявшего всю эту историю. Несмотря на незавидность своего положения, на затравленного и измученного зверя он совершенно не был похож.
– Я профинансировал господину Штольцу только лишь экспедицию и вашу не совсем легальную доставку на место, нужные мне для выполнения одного дела. Убийства я не заказывал, – спокойно ответил Чен.
– Но оно фактически произошло. Клара умирает, ее, возможно, могли бы спасти врачи, но ваши отморозки отказались везти ее в больницу.
– Вашей подруге никто бы не смог помочь. Упасть с такой высоты и остаться жить – нереально. Ее часы, а скорее минуты, сочтены. Смиритесь с этим, и лучше, чем обвинять других, спросите с себя – зачем вы подвергли ее смертельной опасности, устроив побег? Неужели вам было не ясно, что мне потребуются только ваши профессиональные навыки, ваши знания, а не ваши жизни.
– Вы – преступник, причем, международного значения. Вы – китаец, а мы с Кларой – граждане Германии. Вы понимаете, что это – не шутки. Нас, скорее всего, уже начали искать.
– Не начали. Я все предусмотрел, члены вашей экспедиции предупреждены, что вы задерживаетесь на некоторое время. Их хорошо встретили мои китайские друзья, они пока отдыхают и даже не подозревают, где вы сейчас находитесь. Да им и не до вас с Кларой, у них очень насыщенный график поездок по стране. А теперь заткнитесь и послушайте меня. И, кстати, можно я перейду на русский язык. На немецком мне сложнее объясняться.
