— Дома тебя ждет такой же пирог. Если только Дуфус до него не добрался.
Скайлар всегда чувствовал себя маленьким мальчиком, когда родители сидели на переднем сиденье, а он — на заднем.
Но его это вполне устраивало.
У него ни разу не появилось сомнений в том, что родители у него хорошие.
Кроме того, в детстве он и Тэнди, если сидели вдвоем на заднем сиденье, переплетали голые ноги, но ехали с ангельскими личиками, на случай, что отец посмотрит на них в зеркало заднего обзора.
К разочарованию Скайлара, Тэнди не приехала с родителями на автобусную остановку, чтобы встретить его.
Может, обиделась из-за того, что он решил провести два дня в Вашингтоне, округ Колумбия, чтобы осмотреть достопримечательности столицы Соединенных Штатов. По телефону он сказал ей, что второго случая заехать так далеко на север у него не будет.
В автобусе Скайлар попросил водителя дать ему знать, когда они пересекут линию Мэйсона-Диксона.[14] Только миновав ее, он достал из футляра трубу и заиграл для других пассажиров.
— Расскажи нам о людях, с которыми ты встречался, Скайлар, — попросила Моника.
— О, я встретил действительно хороших людей. Мистера Алекса Броудбента, который пишет для тамошней газеты, его друзей, музыкантов и артистов. Судью Ферриса. Посла….
По телефону Скайлар объяснил родителям случившееся в музыкальной школе Найтсбриджа. Ни о чем другом не рассказал.
— …хозяйку пансиона, в котором я поселился, миссис Фиц…
— Ты не упомянул своих кузин. Как тебе Колдер?
— Джон-Тана вы знаете. Джинни — вылитая я. Оторва!
Они свернули на длинную подъездную дорожку фермы Синклера.
— Эй! — Скайлар уставился в заднее стекло. — Это же Дезертир! Это мой конь! Что за девушка скачет на нем?
— Не может быть, — откликнулась Моника.
— Может. А за ними бежит моя собака Сироп.
— Ты прав. — Дэн остановил машину. — Что они здесь делают?
— Кто скачет на моей лошади?
Шлем для верховой езды на голове девочки, сидевшей на Дезертире, мешал разглядеть лицо.
— Джинни? — недоуменно воскликнул Скайлар. — Это Джинни? Откуда здесь могла взяться Джинни?
— Какая Джинни? — спросила Моника.
— Джинни Уитфилд, — ответил Скайлар. — Моя кузина Джинни. Твоя племянница. Быть ее здесь не может!
Он вылез из кабины.
— Хэй, Скайлар! — Натянув поводья, Джинни остановила Дезертира. — Как поживаешь?
— Джинни! Что ты тут делаешь?
Дезертир тыкался мордой в руку Скайлара. Сироп радостно вспрыгивал на него.
— Я тут живу, — ответила Джинни. — Приехала вчера вечером. Ты удивлен?
— Еще бы.
— Я тоже.
Скайлар представил ее родителям.
— Так это вы «Репо, инк.»?
— Что? — переспросила Джинни.
— Ты хочешь сказать, что Уэйн купил эту ферму? — спросил Дэн. — Что б мне провалиться на этом месте!
— Вы поезжайте вперед. — Скайлар вскочил на лошадь позади Джинни.
— Ну и ну. У нас прямо-таки день чудес. — Моника покачала головой. — Уэйн и Кэролин здесь. — Почему они нам ничего не сказали?
— Наверное, хотели преподнести нам сюрприз, — ответил Дэн.
— Что ж, им это удалось…
Машина двинулась к дому.
Джинни пустила Дезертира по тропе, которая тянулась вдоль подъездной дорожки.
Неожиданно для меня родители предложили запаковать все, что мне хотелось бы сохранить, — рассказывала Джинни. — Потому что мы переезжаем на Юг. Колдер решила остаться на Севере. Перебралась к каким-то друзьям в Бостоне.
— Ты понятия не имела, что вы переедете сюда? До того как родители сказали тебе об этом?
— Абсолютно. Дело в том, что я, наверное, поехала бы сюда после того, как заманила мистера Эдуарда Нэнса в «подземелье». Мне хотелось посмотреть на здешние зеленые холмы, Скайлар. — Она огляделась. — Они великолепны.
— Как же здорово, что ты здесь! — Скайлар крепко прижал Джинни к себе.
Она засмеялась.
— Скайлар, ты встречался с Дот Палмер?
— Я знаю, кто она.
— Ее больше нет.
— То есть?
— Миссис Дот Палмер умерла во сне два дня тому назад. Передозировка наркотиков.
— О-о!
— Ты не очень-то расстроился. Наверное, ты все-таки ее не знал.
— Скорее нет, чем да.
Огромный фургон стоял у парадного крыльца дома. Мужчины заносили в двери мебель, коробки.
Рядом блестел на солнце синей краской пикап «Додж-Рам».
На крыльце Моника и Дэн, Лейси и Уэйн весело здоровались друг с другом.
— О, Моника, — говорила Лейси. — Меня уже много лет никто не называет Кэролин. Если можно, зови меня Лейси.
— Как странно, что за все эти годы мы ни разу не встретились. — Моника покачала головой. — А теперь у нас взрослые дети.
— Боюсь, наша вина, — признала Лейси. — Мы занимались какой-то ерундой, забывая о семье.
Скайлар сказал дяде и тете, что он очень рад видеть их в Теннесси.
Они оба обняли Скайлара.
— Уж кто умеет хранить тайну, так это вы, дядя Уэйн.
— Я решил, что пора возвращаться домой.
— Ты хочешь здесь жить? — спросил Дэн. — Поселиться на ферме Синклера?
— Конечно, хочу. — Неожиданно для Скайлара Уэйн заговорил с характерными для южанина интонациями.
— Хэй, Скайлар! — Из дома вышел Дуфус.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Скайлар.
— Прискакал на Дезертире. Мистер Уэйн Уитфилд позвонил на ферму после отъезда твоих родителей.
— А этот синий пикап «Додж-Рам»? — спросил Скайлар.
— Мой! — прокричал Дуфус. — Мой! Мистер Уэйн Уитфилд купил его вчера для меня в Нашвилле, и они приехали сюда на нем. На спидометре чуть больше ста миль.
— Ты никогда не сидел за рулем такой новой машины.
— Это точно. Красавица, не правда ли?
— Конечно. Готов спорить, в мой старый пикап ты больше не сядешь.
— Я извинился перед мистером Уэйном за все те шутки, что мы отпускали насчет этого «Доджа». Мы же думали, что он забыл про свое обещание.
— Я не забыл, — ответил Уэйн. — Просто навалились другие дела.
Из-за угла бочком вышла Тэнди Макджейн, поднялась по ступенькам на крыльцо.
— Хэй, Скайлар!
Скайлар уже собрался крепко ее обнять. Но сдержался. Посмотрел на нее. «Фонари» под глазами. Еще не зажившая рана на лбу. Швы на верхней губе. Рука на перевязи, в гипсе.
— Вижу, стоит мне оставить тебя на короткое время, как ты попадаешь в историю.
— Я такая страшная?
— Для меня нет. — Он покрыл поцелуями те части лица Тэнди, что остались невредимыми. — Никогда не была. И не будешь.
— Не обнимай меня. У меня еще и пара треснутых ребер.
— Сукин сын. Где сейчас Джимми Боб?
— На тюремной койке, — ответила Тэнди. — Никто, включая его семью, не хочет вносить за него залог.
— Ждет суда, — добавил Дэн. — Думаю, мы его еще долго не увидим.
— Ты сделал фотографии? — Лицо Тэнди ужаснуло Скайлара. — Как он ее разукрасил?
— Да, — кивнул Дэн. — Плюс медицинское заключение. И Джимми Боб сам дал показания. Хватит о нем.
— И я просто не могу понять, что с ним случилось. — Тэнди улыбнулась Дуфусу. — Вроде бы кто-то пытался похитить его грузовик. Джимми Боба жестоко избили. Оставили в придорожном кювете. Но грузовик объявился на терминале со всем грузом. — Тэнди вновь улыбнулась, насколько позволяли швы. — Ты думаешь, он сам нашел дорогу на терминал?
— Возможно, — ответил Дуфус. — Каких только новых штучек нет в этих восемнадцатиколесниках.
— Я слышал, избить девушку — очень дурной знак, — добавил Скайлар.
В дверях возник Обадьях. Как обычно, в безупречно белом наряде.
— О, мистер Обадьях! — Скайлар крепко пожал ему руку. — Вы тоже приехали.
— Да, сэр. Мистер Скайлар. Я очень рад вас видеть.
— Наверное, вам придется учиться говорить медленнее, мистер Обадьях. Дело в том, что нам, южанам, нравится наслаждаться тем, что мы слышим.
— Скайлар! — сказал Дуфус. — Хочешь проехаться со мной на моем новом синем «Додже»?
— Тебе не больно ходить? — спросил Скайлар Тэнди.
— Чуть-чуть.
— Хочешь прогуляться со мной до дома?
— Я пришла сюда пешком. И Дезертира надо отвести в конюшню.
— Его я могу оставить Джинни, если она, конечно, хочет. Пока.
— Спасибо, Скайлар. Я больше часа скакала на Дезертире. Я еще загляну к тебе. Может, Дуфус отвезет меня.
— Обязательно отвезу, — заверил ее Дуфус.
— Хорошо. — Скайлар взял Тэнди за руку. — До скорого, Дуфус.
Скайлар и Тэнди спустились по ступенькам.
— Скайлар? — Уэйн последовал за ними. — Мне надо сказать тебе пару слов.
Пока Тэнди стояла рядом с Дезертиром, намотав поводья на правую руку, Уэйн и Скайлар разговаривали, отойдя на несколько шагов.
— Ты рад, что мы приехали, Скайлар?
