— Да. И в этом, вся новая власть. И я чувствую, что ничем хорошим это не закончится. — грустно произнес профессор, озвучивая собственные мысли. Но тут же встрепенувшись продолжил.
— Впрочем это неважно. Так или иначе, а с пропуском через границу, я могу решить вопрос. Правда только с Румынской стороны, но учитывая практическое отсутствие какого угодно флота у Советов, думаю с ними у вас проблем не будет.
— В таком случае я согласен, и могу начать подготовку к отплытию.
На этом разговор и завершился. И друзья начали готовить лодку к переходу.
Сама лодка выглядела прекрасно, ничего особенного для перехода не требовалось, разве что был снят пресловутый навес, увеличивающий парусность, и, следовательно, скрадывающий скорость. Сидения, которые ранее предназначались для пассажиров, были аккуратно убраны, а на их место была водружена бочка с бензином, которую заполнили до самого верха и канистра с маслом. Все это было укрыто брезентом, чтобы спрятать от солнца и посторонних глаз. А под бочку были уложены все имеющиеся у друзей золотые запасы. Как оставшиеся от взятых в избушке Графа, так и в логове бандитов. Теперь даже встреча с Румынскими пограничниками была не особенно страшной. Даже если последние захотят проверить лодку на контрабанду, стокилограммовую бочку вряд ли кто сможет поднять, а, следовательно, лежащие под ней монеты, никто не найдет. А там, даже на самый скромный взгляд, набегала вполне приличная сумма.
Кроме того предполагая довольно долгую поездку и остановки на чужих, порой необжитых территориях было необходимо запастись оружием. С этим в Одессе в последнее время вообще не было проблем. Совсем недавно по местным меркам закончились бои и у населения имелся еще огромный запас всего стреляющего. Нельзя сказать, что всем этим торговали в открытую, но при желании вполне можно было неплохо вооружиться купив даже пулемет "Максима". Впрочем подобная пушка Длинному была не нужна, а вот обычный револьвер с парой десятков патронов он прикупил. И даже пару раз выстрелил из него на ночном берегу проверяя работоспособность. Конечно револьвер это не "траншейная метла" сделанная из охотничьей двустволки и снаряженная картечью, но как оружие ближнего боя, и возможно последнего шанса, вполне пригодно. Да и спрятать его гораздо легче от посторонних глаз, особенно учитывая возможную встречу с пограничниками.
Правда была еще одна небольшая проблема, заключавшаяся в том, что на руках оставались советские рубли, которые негде было обменять хотя бы на Румынские леи, но как говориться, ничего не поделаешь. Может и подвернется подобный случай позже, хотя Длинный в этом очень сомневался.
Профессор не обманул и уже двадцать пятого августа принес не только оформленный по всем правилам пропуск на переход Румынской границы, но и так называемую лицензию, разрешающую пересечь эту самую границу с 27 августа по 3 сентября, этого года на моторной лодке «Сюзанна», с доставкой в порт…, эта графа, почему-то осталась не заполненной. Документы были выписаны на механика Семена Шумилова и его помощника Алексея Сабурова.
И уже на следующее утро друзья, попрощавшись со столь гостеприимной Одессой и вышли в море. Хотя профессор и обещал встретить их в Констанце двадцать восьмого августа, вмести с билетами на поезд до Петрограда, друзья надеялись, что их планы, сильно отличавшиеся от надежд профессора, все-таки останутся в приоритете. И тогда будет гораздо больше возможностей добраться туда, куда они планировали.
Глава 17
17
Погода стояла прекрасная. Легкий ветерок был скорее попутным и потому создавалось впечатление, что лодка летела словно на крыльях, оставляя за собой пенный след и пройденные версты. Еще бы, узнав о скором путешествии, Длинный переложив на Леху все заботы связанные с дорогой, сам взялся за переборку и регулировку лодочного мотора. Как оказалось, после того как он разобрал последний поршневые кольца основательно стерлись и вот-вот должны были полететь. Благо, что Одесса большой и промышленный город, и потому эту проблему удалось решить достаточно легко. Зато сейчас, когда все до винтика оказалось прощупано и перебрано, мотор выдавал заявленные две с половиной лошади и даже похоже более того, все же тонкая регулировка подачи топлива и отшлифованные блоки многое значат в увеличении мощности и соответственно скорости. Ко всему прочему, груз был распределен таким образом, что лодка при движении стала слегка приподнимать нос, становясь на редан, и потому не просто двигалась, раздвигая своим корпусом воду, а практически летела, лишь слегка касаясь воды своим днищем. В общем предполагаемые пятьдесят верст до Румынской границы, друзья проскочили примерно на полчаса раньше, предполагаемого времени. Возможно именно поэтому, спокойно пересекли границу, не встретив не с этой, ни с той стороны никакого намека, на пограничную стражу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Решив, что далее торопиться не стоит, Длинный сбросил скорость и спустя еще около десяти часов хода, останавливаясь прямо в море, лишь для того, чтобы пополнить бачок топливом, который вмещал в себя около семи литров, чего хватало верст на пятьдесят- шестьдесят, решили остановиться на ночь на одном из островов, так называемого Очаковского гирла, неподалеку от городка Вилково.
Затянув нос лодки на песчаную отмель, и на всякий случай привязав к какому-то дереву, друзья принялись за поздний ужин и решили переночевать именно здесь. Место было ничуть не хуже или лучше любого другого. Самым же лучшим было то, что оно оказалось безлюдным. До того же Вилково было около пятнадцати верст, и если кто и мог появиться здесь, то скорее это было бы случайностью. Однако же надеясь на лучшее, друзья все же решили, что стоит спать по очереди. И даже несмотря на то, что эта ночь прошла совершенно спокойно было решено продолжить такую практику на будущее, пока наконец не появится какая-то определенность.
День похоже был неудачным. С самого утра, все буквально валилось из рук. Для начала, Лепеха долго не мог разжечь костер, пока Длинный устав наблюдать за безуспешными попытками, не набрал в плошку пятьдесят грамм бензина, и не полил отсыревшие за ночь дрова. Леха, вначале было удивился действиям друга, высказав ему, что политые водой дрова не станут гореть ярче, а после того, как пламя взвилось минимум на полметра над костром, посмотрел на друга, как на бога, или вернее, как на сатану, потому как именно последний и заведует всеми огненными делами в преисподней. А чуть позже, когда удивленный такой реакцией Длинный, спросил:
— Ты, что не знал, что бензин горючий?
— Откуда? — удивленно произнес Лепеха.
И его удивление выглядело так естественно, что Длинный перекрестился, и прочел благодарственную молитву за то, что боги уберегли их от несчастья. А затем закатил получасовую лекцию для своего приятеля, попытавшись вдолбить в его голову то, что бензин очень опасен, и если он вдруг соберется посветить зажженной спичкой возле горловины бочки, проверяя остаток, может произойти такой взрыв и пожар, что не только от них, но и от лодки и всего, что в ней находится останутся одни ошметки. Неизвестно, проникся Лепеха или нет, от подобной отповеди, но начал поглядывать на бочку с некоторой опаской и старался держаться от нее подальше. Да и от мотора тоже, после того, как Длинный просветил его на чем основана работа двигателя.
В конце концов костер разожгли, попили чаю и попытались позавтракать. Попытка увы не удалась, потому как Леха задумавшись о сем-то своем, так пересолили свое варево, что его было уже не спасти. Поэтому перекусив сухарями, запивая их свежезаваренным чаем, друзья отправились в путь можно сказать на голодный желудок.
Увы и здесь планам не дано было осуществиться. Планы проплыть за сегодняшний день около сотни верст и как можно ближе оказаться у Констанцы, друзьям удались лишь наполовину. Уже ближе к обеду, забарахлил двигатель. Вначале резко упали обороты, а чуть позже он вообще начал чихать и вскоре заглох, поэтому следующие пять верст, пришлось тащиться на веслах, благо, что до берега было недалеко и вскоре Друзья причалили к небольшому островку под маяком в Георгиевской бухте.
