и он продолжает. Я слышу, как звенит застежка ремня и распускается ширинка. Я прикрываю глаза на мгновение, как делаешь перед прыжком с большой высоты… В моем случае вовсе в неизвестность.
Рас целует меня, влажно и горячо. Его ласка окутывает меня нежностью, которая спорит с тем, что я чувствую благодаря Марку. Как два совершенно разных аромата духов, один – резкий, грубоватый, будоражащий, а второй – легкий и весенний. Мне нравится чувствовать их одновременно, как нравится чувствовать, как они распускаются на моей коже. Заигрывают с моей чувствительностью и дарят и ни с чем несравнимые эмоции. Я буквально купаюсь в моменте, в море похоти и потоках мужского желания. Они оба стремятся ко мне, словно я центр вселенной, только я одна имею значение в это мгновение. А, может, и не только в это…
– Открой рот, – шепчет Рас, – не дразни меня…
Я едва различаю его слова сквозь импульсы, но делаю, как он просит. Рас тут же заполняет меня языком, врывается в мой рот и выводит жаркие восьмерки, споря с моим языком. Мы наталкиваемся друг на друга и почти делаем больно, страстный грязный поцелуй, который больше напоминает столкновение.
– Мы это начали, – произносит Рас, опуская ладони на мои затвердевшие соски. – В номере, помнишь? Ты была там между нами…
– В номере было плохо, – отвечаю бессвязно.
– Да, – Рас кивает. – Мы исправим. Мы всё исправим.
Он играет с моей грудью, обводя вершины и раскатывая между пальцев соски. Я сладко постанываю и трусб лицом об его шею, мне мало точек соприкосновения, я хочу ощущать его сильнее. Как и Марка, который подготавливает меня. Его крепкие пальцы разминают мои ягодицы и заходят дальше и дальше. Он запускает ладонь мне между ног и проводит пальцами по выступившей влаге. Он размазывает ее и хрипло дышит, дергает меня, заставляя раскрыться так, чтобы ему было удобно.
Я лишь успеваю запрокинуть голову и поймать ладонью подбородок Раса, чтобы он посмотрел мне в глаза. Марк толкается и я жалобно выдыхаю прямо в лицо Раса, а потом со вторым, жестким и сильным толчком Марка, наталкиваюсь на его грудь. Марк пытается притормозить, но у него ни черта не выходит, он теснее зажимает мои бедра и продолжает двигаться, взвинчивая темп. Его член растягивает мою дырочку и делает меня не просто влажной, а мокрой. Я начинаю биться, обжигая своим телом корпус Раса. Я не знаю, куда деться от волны, которая вот-вот сметет меня диким оргазмом, и цепляюсь за ладони Раса. Царапаю его и стону в голос, когда он тоже ласкает меня.
Рас проталкивает ладонь между нашими телами и накрывает клитор.
– Нет, Рас, нет, – я говорю тем самым тоном, который значит “да”.
Я стону, закусываю губы, извиваюсь как кошка. Во мне большой член Марка, который таранит меня снова и снова. И во мне язык Раса, который снова разнузданно целует меня, будто задался целью слизать дрожь с моего языка. Мне не хватает воздуха, иначе бы я уже кричала, я могу только загнанно дышать и царапаться. Я слышу, как шипит Рас, когда я полосую его спину, в ответ он отрывается от моих губ и резко наклоняет меня вниз.
– Давай, малышка, – шепчет он как в бреду, – помоги мне… Я сдохну без тебя.
Я спускаюсь по кубикам пресса и вижу его крупные пальцы. Рас сам освобождается от одежды и зажимает ладонями эрегированный член. Он большой и красивый, с набухшими венками и резко очерченной головкой. Я распахиваю рот и надеваюсь на него. Рас отвечает судорогой, которая прошивает его тело невозможным удовольствием, он даже выбрасывает ладони и накрывает ими мою голову.
Он хочет зажать меня ручищами и толкнуться, хочет, наконец, отпустить свой голод, но он в отличие от Марка умеет тормозить. Умеет усмирять дикую природу и сперва прислушиваться к женщине… Он всегда был таким. Умел отпускать себя, проходить по грани и бросаться за нее, но только после моего взгляда глаза в глаза.
Я обвожу языком его ствол, лаская, и расслабляю тело. Позволяю ритмичным толчкам Марка прошивать меня насквозь и отдаваться на теле Раса. Я принимаю Раса ртом глубже, когда Марк вбивается в меня. У меня перехватывает дыхание от порочности всего происходящего между нами и я дергаюсь, а потом импульсов внутри моего тела становится так много, что меня сносит прочь.
Я как бреду отпускаю Раса и смотрю ему в глаза, чтобы он сделал, что хочет. Он понимает меня с полуслова и толкается в мой рот с мучительным выдохом. Он собирает ладонями мои волосы и захватывает за основание шеи, а потом начинает жестко и рвано двигаться, проскальзывая членом по моему языку.
Они трахают меня одновременно. Боже, это так… Неправильно? Грязно? Черт, это прекрасно. Я хочу, чтобы им было хорошо… нет, чудесно, как мне в это мгновение. Хочу быть их девочкой, их удовольствием и фетишем. Хочу переписать прошлое и найти в настоящем правильный сценарий, по которому мы сможем жить и не делать никому больно.
Как сейчас.
Когда они оба во мне.
Марк подходит к черте и я помогаю Расу языком, чтобы ощутить их на пике в одно мгновение. Я смыкаю губы, чтобы Расу было теснее, и чувствую, как он замирает через секунду. Делает смазанный толчок и изливается.
– Блять, – шипит Марк и матерится вновь, выплескивая наружу эмоции от удовольствия.
Он кончает и продавливает матрас, обессиленно откидываясь на подушки. Рас же сгребает меня и вытягивает наверх, укладывая на подушки. Я замечаю, что его пальцы шалят, и умиротворенно улыбаюсь.
Нам всем троим нужен отдых.
Глава 23
Через некоторое время Рас подхватывает меня на руки и относит в душ. Он недолго стоит в стороне, но потом понимает, что может присоединиться. Он сбрасывает джинсы, которые накинул на голое тело в спальне, и шагает ко мне в кабинку.
– Я помогу тебе, – заговорчески произносит он.
– Только не крутись, тут тесно.
Не знаю, почему фырчу на него, но мне нравится, как он смотрит на меня в такие моменты. Смесь хитрости и мужского спокойствия. Я частенько подкалывала его, когда мы были парой, на что тот реагировал похожей улыбкой и наглым взглядом.
– Тут полно места. При правильной сноровке и танцевать можно.
Он несет глупости и тут же противоречит сам себе. Наталкивается на меня всем телом, вжимая в кафель, и дает прочувствовать каждый мускул своего молодого напряженного тела. Рас прекрасно сложен и смотреть на него безумно приятно, но
