Читаем без скачивания Star Wars: Меч Тьмы - Кевин Андерсон

Добравшись до забора, он ухватился руками за тонкую крепкую проволоку решетки - он иногда ловил себя на таких вот жестах удрученного мечтателя Вооруженная охрана вигвайев стояла плотным периметром вокруг судна Дурги, их морщинистые, кожистые лица хранили каменное выражение безразличия и невозмутимости, и застыли они, как статуи. Мадина знал, что вигвайи не отличаются большой интеллектуальностью, но они умеют хранить верность, а потому нет никакого шанса подобраться близко к судну. Впрочем, этого ему и не требовалось. Мадина присел на корточки и вытянул фонарик из складок своего рваного плаща. Отыскал секретную защелку и открыл небольшую камеру позади лампочки. Затем Мадина покопался внутри и вытряхнул на волю небольшое трепещущее создание, лунного мотылька с крылышками, обсыпанными голубой пыльцой, которые нежно взмахнули, когда мотылек попытался взлететь.

- Не сейчас,- проговорил Мадина,- повремени.

Мотылек застыл в воздухе. Другие ночные насекомые гудели, кружась вокруг сверкающих прожекторов, стерегущих космодром. Мотылек, созданный лучшими специалистами Мечиса Илла, являлся совершенной копией обычного насекомого. Его устройство имело ограниченную память, но он умел выполнять команды и был способен усваивать задачу, которую ему требовалось выполнить. Мадина положил мотылька на ладонь и повернул ее в сторону залитой светом гиперкосмической яхты Дурги.

- Наведись на цель,- сказал он.

Антенны мотылька принялись вращаться, крылышки дрогнули, подтверждая наводку Мадина подождал еще секунду для верности, а затем скомандовал:

- Пуск!

Покрытый голубой пыльцой лунный мотылек поднялся в воздух, покачиваясь на ночном ветерке. Он старательно имитировал беспорядочный полет, чтобы никому не бросаться в глаза.

Когда Мадина поднял лицо, он почувствовал на щеках холодный дождь. Он мигнул, отер грязную воду с лица, попытался отжать мокрую бороду. Сердце его радостно забилось при виде мотылька, приближавшегося к цели.

Задача была ясной и простой. Устройство, так похожее на мотылька, трепеща крылышками, снизилось, опустилось на корпус яхты Дурги прямо за одним из стабилизаторных выростов. Лишь мгновение задержался мотылек на корпусе, только лишь затем, чтобы отложить "яйцо", микроскопическую капельку, затем замахал крылышками и ушел в усиливавшийся ливень. Мадина подождал еще, пока крошечный дроид не потерялся из виду в ночной тьме, улетая так далеко от корабля Дурги, как только позволили ему сбивающие с курса ветра.

Он почувствовал острую печаль, когда глубоко в кармане отыскал малюсенький пульт и нажал кнопку "разрушение".

Вспышка крошечного взрыва мелькнула перед его глазами искоркой белого света. Тогда он повернулся и пошел прочь. Чтобы дойти к месту встречи, времени у него было предостаточно.

Мотылек успешно справился с задачей, и теперь Мадина сможет следить за Дургой повсюду, куда только хатт ни пойдет.

26

ДАГОБА 

Люк проснулся посреди ночи и увидел стоявшую над ним Каллисту Ее стройное тело выделялось на фоне бледного освещения, преломлений света, проникшего в глубину карьеров кометы.

Он тут же сел, сразу проснувшись.

- Что, Каллиста?

Теплые туманы обвивались вокруг нее подобно пару, и жуткое впечатление вспышкой памяти ударило по нервам - таким видел он ее призрачный образ, когда она еще была заключена в "Глазе Палпатина".

- Люк,- сказала она тихим взволнованным голосом,- нам не следует тут оставаться.

Он увеличил свет панелей освещения

- Но почему?

Он соскользнул с кровати и обнял ее. Теплая и податливая, она устроилась поудобнее в его объятиях.

- Это место красиво и мирно Где еще лучше мы сумеем провести время наедине? - Каллиста пристально смотрела в его глаза.

- Все это так романтично и интимно, Люк, но… Это и все Кометный карьер ни на чем не сосредоточен, не соединен ни с чем, что имеет для нас смысл. Он не имеет души. А мне нужно поработать с чем-то…- Она сжала губы, подыскивая слово, а потом продолжила с еще большей убежденностью: - О, Люк, почему бы не отправиться туда, где ты узнал Силу? Я увижу все собственными глазами, а ты сможешь руководить мною.

Вода переливалась в фонтанах с серебристым плеском. Крепкие ледяные стены были толсты и глухи. Они с Каллистой казались себе надежно изолированными, далекими от всего на свете, как будто бы замороженными, как она, когда жила в заключении в компьютерных банках. Он покрепче обнял ее.

- Да,- проговорил он медленно.- Я могу показать тебе много таких мест - это будет подобно паломничеству в миры, которые повлияли на мою жизнь.

Она проследовала за ним из спальни в гостиную. Там он прошептал запрос в утопленный в столе терминал компьютера. Компьютер обработал принятый заказ и отослал требование на кухню на две чашки сладкого успокаивающего отвара джеру. Это был ее любимый напиток, и теперь Люк тоже привыкал к нему.

Люк сел в удобное кресло, Каллиста устроилась рядом и длинными пальцами принялась нежно массировать ему плечи. Он провел рукой по своим взъерошенным волосам, приводя их в порядок. Глотнул густого напитка и углубился в таблицу расстояний до ближайших миров. Затем задумчиво улыбнулся, найдя то, что искал.

- Ладно,- сказал он и повернулся к Каллисте,- похоже, что сначала мы отправимся на Дагоба.

Облака протянулись толстой полосой по небу Дагоба - штормовой пояс, и его пропахал насквозь корабль Люка Скайуокера. Пришлось увеличить защитные поля, чтобы предотвратить повреждение молнией, как случилось с его "крестокрылом", когда он явился сюда в первый раз в поисках Йоды. На Дагоба было много разных климатических областей, много мест, не всегда удобных для жизни, как, например, поражающие бескрайней обширностью болота, но Йода решил прятаться именно в заболоченных районах - его присутствие было незаметно в этом бурлящем котле жизненных сил. Люк рассказывал о Йоде, ведя корабль сквозь завесу облаков.

- В первый раз я приземлился прямо в трясину, и мой "крестокрыл" утонул. Я думал, что его уже никогда не достать, пока Йода не использовал Силу, чтобы поднять мой корабль из воды. Мне казалось, что это невозможно. И он объяснил мне, что это и послужило причиной моей неудачи.

Люк рискнул бросить взгляд на Каллисту, оторвавшись на мгновение от пилотирования.

- Никогда не считай что-нибудь невозможным. И ты вернешь свою силу.

Она кивнула.

- Я знаю, что ничего невозможного нет. Я собираюсь ее вернуть.

Свет прожекторов их корабля сверкающими конусами опустились на влажную землю. Люк выбрал поляну, покрытую на первый взгляд белыми валунами, но едва свет пробил густой низкий туман, как выяснилось, что белые камни были на самом деле почти сферическими грибами. Едва луч света коснулся их, как кожица грибов лопнула, рассыпая вокруг споры. До Люка донесся слабый звук взрыва лопнувшего гриба - они обладали способностью взрываться спорами, когда на них попадал любой свет.

Люк посадил космическую яхту и потом еще некоторое время не снимал пальцев с панели управления на тот случай, если корабль начнет вдруг крениться. Но почва под ними, похоже, была устойчивой. Он выключил двигатели.

- Погуляем по болоту? - спросил он, предлагая Каллисте руку.

На обоих были надеты тонкие непромокаемые комбинезоны, так что они натянули лишь крепкие сапоги, в которых удобно было хлюпать по воде - Люк вспомнил, что она солоноватая. Едва они выбрались наружу, как в уши его ворвался шум множества форм жизни - карканье, хрюканье, свист, предсмертные крики, - по сравнению с этим джунгли Явина IV казались мирным местечком. Мельчайшие кусачие насекомые толстой пеленой повисли в воздухе.

Люк на мгновение застыл, ошеломленный таким буйством жизни. Уже начал спускаться туман. Снежный ливень спор чувствительных грибов медленно осел на землю. Люк вдыхал влажный аромат распада и зарождения жизни.

- Йода,- прошептал он. Воспоминания тяжким бременем легли ему на плечи.

- Сколько здесь жизни,- произнесла рядом Каллиста, отвлекая Люка от его мыслей. Он все еще не мог привыкнуть к факту, что он не может чувствовать ее с помощью Силы, как делал это всегда раньше.

Нить разочарования прозвучала в ее голосе.

- Я могу видеть и слышать все это, но не могу чувствовать нити между живыми существами, как это должно быть.

- Ты сможешь,- проговорил он, сжимая ее руку,- сможешь. Пойдем.

Они забрели далеко от корабля в глубь задумчивых болот. Огромные деревья потянули свои ветви к небу, корни их искривились подобно согнутым коленям многоногого существа. Эти корни, причудливо выгибаясь, образовали темные убежища для неисчислимого множества существ. День был серым и туманным, с каждым мгновением становилось все темнее, по мере того как солнце клонилось к закату.

Люк понимал, что болото давно уже завладело домом Йоды, что наверняка лачуга выглядит куда более страшным воплощением запустения, чем даже пещера Бена Кеноби. И он не хотел возвращаться к тому месту, где сидел когда-то у смертного ложа родившегося на чужой для него планете учителя, узнавая правду о своем отце и сестре и наблюдая, как существо с мудрым морщинистым личиком ускользает в небытие, и дух его покидает тело после девяти сотен лет обитания в нем. И все же они с Каллистой шлепали по лужам, карабкались по упавшим деревьям и вспугивали неизвестные существа, убегавшие от них в темные укрытия или прыгавшие с плеском в болото. Значительно большие, судя по голосу, твари рычали издалека, продираясь между деревьями.