обещая приглядывать за ней.
— Ну уж нет, твои подруги тебя защитят. Ничего он тебе не сделает, ясно? Не дай ему испортить себе каникулы. Этот придурок не заслуживает того, чтобы ты тратила на него свое время.
Я заставляю ее покружиться перед собой под воображаемую музыку, а потом прижимаю к своей груди.
— Лучше думай обо мне.
Да я теперь настоящий донжуан, ей-богу!
Глава 25
Раньше я думал, что мне трудно живется. Каким наивным я был! Зачем я вообще стал встречаться с Леаной? Почему я не подумал о том, к чему это приведет? О ее подругах? О вопросах, которые она станет мне задавать?
— Чего это ты удумал разлечься на диване?
Я поднимаю жалобный взгляд на отца. В его лысине отражается солнечный свет, заливающий комнату.
— Что?
— Ты занимаешь все место. Ты тут не один, знаешь ли.
Я импульсивно приглаживаю волосы и подтягиваю к себе ноги. Папа садится рядом, поглаживая бороду.
— Сыграем разок?
Я молча беру в руки геймпад. Давненько я не утирал ему нос в футболе. Это поможет мне выплеснуть негатив. С нашего возвращения из Броселианда он как будто как-то присмирел. Они с мамой ходили вдвоем в ресторан, чего не делали уже целую вечность. Да и на работе у него неделя выдалась спокойной, как он сам сказал мне в этот пятничный вечер.
— Суматоха начнется вместе с распродажами, в середине января. А ты как? Что нового? Как дела на личном фронте?
Я ждал этого вопроса… Манон подслушивала у дверей и разнесла эту весть прежде, чем я успел сказать хоть слово. В качестве карательной операции я совершил налет на ее комнату и опустошил тайник с конфетами. Пожаловаться на кражу она не может: она собирает мелочь, которая выпадает из карманов в сушилке, и покупает себе сладости незаконным образом. С тех пор она дуется на меня. Папа настаивает.
— Ты сам не свой. И как отец, я могу дать тебе дельный совет. У меня есть опыт в общении с девушками! Мне удалось жениться, а это было не так-то просто!
Я закатываю глаза и запускаю матч, не собираясь тешить его самолюбие.
— Лучше сосредоточься на игре… И гол!
— Какая грязная игра, — ворчит он. — А потом ты опять будешь делать вид, что все нормально и что ты ничем не расстроен.
— А я и не обещал, что будет легко… Окей, ладно, — тяжело вздыхаю я. — Леана хочет, чтобы я пошел с ней на завтрашнюю вечеринку. Вот только это вечеринка в честь дня рождения Анжелики.
— И в чем проблема? — хмурится папа, сжимая челюсти и пытаясь обвести меня.
— Слишком много незнакомых людей.
— Но ты же ходил к этой девочке на вечеринку в Новый год. Что тебя пугает?
Само собой, он не знает, что в парике я представляюсь всем Полем. Что никто и не подозревает о том, кто я на самом деле, но присутствие одноклассников существенно снижает мои шансы остаться неузнанным. И я рискую еще больше, если снова столкнусь там с Джаспером, который свел со мной такое близкое знакомство, что уже мог пересчитать все волосы у меня в носу. Не говоря уж о моих друзьях Самире, Бене и Жан-Жозе, которые тоже там будут. У них больше всего шансов меня узнать. Мы зависали вместе еще до того, как я начал лысеть: они знают, как я выгляжу с волосами.
Да и с Леаной не все так просто. Она искала Поля Лефара — выдуманного парня, которым я ей представился, — в соцсетях. Само собой, она ничего не нашла и очень удивилась. Ни одного аккаунта в социальных сетях! Я сделал вид, что это «не для меня». Хотя вот что уж точно «не для меня», так это лгать… Она почувствовала, что я что-то недоговариваю.
А вчера я запретил ей выкладывать в Сеть наше селфи. Она обиделась на меня, но я не уступил. Я слишком боюсь, что автоматические онлайн-детекторы распознают меня. Если когда-нибудь имя Маттео Лекюре всплывет, а вместе с ним и фото, моя девушка тут же раскусит меня.
Я заставил ее пообещать, что она не будет постить мои фотографии. В конце концов она смирилась, потому что я сказал, что не хочу, чтобы рекрутеры потом раскопали мои старые снимки. С тех пор она прислала мне только одно сообщение, спрашивая, пойду ли я с ней завтра. Я все еще не ответил. И как мне выбраться из этой западни?
Я забиваю еще гол, совершенно не заботясь о своем бедном старом отце.
— Ты же помнишь, что я тебе ничего не сделал, сынок?
— Да, прости, но, между прочим, в последний раз, когда я дал тебе выиграть, ты тоже был недоволен.
Задетый за живое, он несколько раз пасует мяч, чтобы приблизиться к воротам, и… опять мимо. Я тихо посмеиваюсь в кулак.
— Надо было играть с Пукито, — ворчит он. — Я бы дешево отделался.
Я не стал напоминать ему о том, что Манон постоянно у меня выигрывает. У этой малышки талант к видеоиграм.
Но папа не забыл о нашем разговоре.
— Так в чем конкретно проблема с этой вечеринкой? Должно быть, нелегко переживать такое… преображение. Как у тебя с твоей девушкой? Мы с твоей мамой волнуемся, все ли у тебя в порядке.
Я давлюсь воздухом. Я не могу рассказать ему правду о своей двойной жизни, потому что он в очередной раз решит, что я не принимаю себя, и расстроится. Придется быть очень осторожным и взвешивать каждое слово.
— Я полагаю, — продолжает он, — что ты не стал рассказывать ей о своей волосяной накладке. Это щекотливый вопрос.
— Вот именно. Это не первое, что ты хочешь сказать девушке, с которой только что познакомился.
— Вот-вот. Если хочешь знать мое мнение, вы еще не на том этапе отношений. Не переживай об этом.
Проще сказать, чем сделать. С довольным видом — он выполнил возложенную на него мамой миссию — он хлопает меня по ноге, и в качестве вознаграждения я даю ему забить гол в мои ворота.
— В какой школе она учится?
Мои родители и не предполагали, что я окажусь настолько глуп, чтобы встречаться с девушкой из моей же школы. Я молниеносно нахожу правдоподобный ответ.
— В технологическом лицее.
Он рядом со школой Манон. И я потихоньку добавляю подробностей выдуманной на пустом месте истории об одноклассниках Леаны — неприятных типах, которые много о себе мнят и вечно ко всем цепляются.
— До сих пор мне удавалось их избегать, но завтра у меня не останется
