в обход, по краю болота. Хочешь? Заодно и ягоды дособираешь.
Соблазн оказался непреодолимым, да к тому же наказ взрослых нарушать не планировалось, так что девочка согласилась. Парень действительно неплохо знал травы, даже странно для такого молодого человека. Он показал Лельке заросли багульника, места, где расстилались последние белые коврики цветов вахты, рассказал про то, чем полезен сфагнум. Девочке было интересно настолько, что она забыла про необходимость смотреть под ноги, зацепилась за какую-то корягу и не только упала, но и расшибла нос о мокрый, не до конца сгнивший ствол.
Вскрикнув от боли, Лелька вскочила, и вдруг с ее глаз словно спала пелена. Она увидела, что идет прямиком к центру болота. Взглянула на провожатого — и заорала от ужаса. Вместо молодого, смутно знакомого парня, рядом шел полуразложившийся труп.
— Увидела, значит… — проскрипел покойник. — Только поздно увидела, дрянь мелкая. Не уйдешь теперь, моя будешь.
Девочка лихорадочно соображала, что делать, и злилась на себя, что не смогла удержаться от крика. Она вспомнила, что не так давно в лесу искали какого-то Витьку и нашли, но вроде как не в себе. Судя по всему, нашли кого-то другого, а Витька вышагивал рядом с ней.
— Ой… а тебя Витей зовут? Звали… — Лелька решила хоть немного потянуть время, вдруг что-то придумается. Умирать в болоте было очень обидно.
— А ты откуда знаешь? — ошарашенно отозвался разговорчивый труп
— Тебя искали, специально приезжали из города.
— Не надолго их хватило, видать.
— Они нашли. Теперь тот, которого нашли, в больнице сидит для психических, а твоя мама передачи туда возит.
— Зачем?
— Ну как, сыну. Она же тебя любит.
— Вот такого? Не думаю.
— А почему ты здесь оказался?
— Да услышал, как в кустах Альберт голосит. Мне ж его папаша платил, чтобы я за этим козлом присматривал. Нянька, типа. Ну я в кусты и ломанулся, спасать. Случись что с этим сусликом, меня бы там же зарыли. Ломанулся, а там такая тварь! Оказалось — болотник местный. Утопил он меня в чарусье. Только зря он это сделал! Я сильнее! Так что теперь я здесь хозяин!
Лелька почти физически почувствовала, как идущее рядом существо наливается злобой.
— А ты, дрянь такая, в мои дела полезла! Кто тебя звал к тому ручью?
— Но я же не знала, а она так плакала!
— Не знала, значит не фиг было соваться. А раз влезла на мою территорию — плати!
Бывший Витька каким-то кенгуриным прыжком оказался рядом с ней, и Лелька поняла. что это конец. Надеяться было не на что и не на кого. Просить Велеса о помощи она не могла, слишком сыро, огонь не разведешь. Соль и полынь это существо только разозлят. Девочка читала о нелюдях все, что могла найти, и знала, что на своей территории болотник практически непобедим.
На медальон тоже надежды не было. Тогда, после разговора с домовым, она несколько раз пыталась активировать защиту, исколола все пальцы, но так ничего и не добилась. Загадочная фраза, что надо «подать родственную силу» осталась загадкой, даже Кондратьич не помог.
— Не по мне это, веда. Я вашу силу видеть-то вижу, но не понимаю. Не знаю, как ей управлять.
Между тем, болотник прижал Лельку к последней кочке. Дальше начиналась трясина. И тут страх, переполнявший девочку, перешел в холодное бешенство.
— Да сколько же можно! То одно, то другое! Как же вы все меня достали!
В этом «все» были и Ирина, с ее придирками, и предательница Ленка, и непонятная тварь с туманными глазами, и все прочие, кто не давал ей просто спокойно жить. Девчонка выхватила перочинный ножик.
— Хоть пообстругаю этой мерзости корешки, которые он на себя нацепил!
Увидев ножик, Витька-болотник мерзко захихикал:
— Ну ты и дура! Тоже мне, нашла оружие!
Смердящая мерзость надвигалась на Лельку. Перехватив нож, девчонка не заметила, как полоснула себя по ладони и приготовилась к последней в жизни драке. Болотник потянулся к ее горлу, не обращая внимания на попытки порезать его ножом. Лелька отшатнулась, прикрыла шею рукой и внезапно почувствовала, как полыхнул медальон. Полыхнул буквально. Серебристо-алое пламя на мгновение расцвело куполом, и ринулось на болотника. Тот взвыл, как сирена пожарной машины и отлетел на несколько метров.
— Что это?! Что это такое?! Жжется!! А-а-а-а! — завыл бывший неплохой парень Витя.
Лелька же бросилась бежать, не дожидаясь окончания перформанса. Удивительно, но она даже не потеряла кузовок и рюкзак. Выскочив к краю болота, девочка обернулась. Дымящийся болотник пытался уползти в чарусью, забыв о планах великой мести. Лелька отошла к лесу и без сил опустилась на землю.
— Что, наприключалась, дева? — ехидно спросил знакомый голос.
Подняв голову, она посмотрела в желтые глаза лешего.
— Наприключалась, дядька Ермолай. Выше крыши наприключалась.
— Неосторожная ты. Ну да хоть висюлька твоя активировалась, теперь тебе попроще будет.
— Дядька Ермолай, покажешь дорогу? Меня, наверное, потеряли. Не только Ирина возмущаться будет, но и дядя с тетей рассердятся.
— Эх ты, кулема! Пойдем, проведу тебя своей тропкой. Только с тропы не сходи, а то пропадешь в Нави, там тебя и я не найду.
С помощью лесного хозяина Лелька очутилась у приметной сосны раньше всех и с полным кузовом ягод. Наследующий день она купила свежий круглый хлеб, с полкило недорогих карамелек и яркие атласные ленточки. Хлеб и конфеты со словами благодарности оставила на знакомом пне, а ленты подарила лесавкам, обрадовав их до счастливого визга.
Все вроде бы наладилось, но одна мысль так и не давала девочке покоя. Если Витька стал болотником, то кто же тогда сидит в городской дурке? Не найдя ответа, Лелька решила спросить у Кондратьича. Выбрав вечер, когда Ирина убежала к подружкам, а уставшие за день дядя с тетей присели у телевизора, она достала карамельки и позвала домового. Смена традиционного молока с хлебом на дешевые карамельки с химически-сладким запахом была вызвана коварством Лапатундель. Кошка упорно находила приготовленные для домового подношения и охотно разнообразила ими свое меню. Карамельки же не вызвали у умного животного ни малейшего энтузиазма. Обследовав их однажды
