Этот понедельник — у школьников первой ступени возникло такое ощущение — весь был посвящен новинкам практической магии. На занятии по системной магии школьники впервые опробовали несложную заклинательную систему — до того они лишь моделировали что-то подобное, не решаясь воплощать это в жизнь. Ощущая в ладонях напряжение энергии, Илья понял, насколько примитивны и нелепы были его прежние упражнения — там, на родине. Прежде магия была для него сферой умозрительной, абстрактной. Сейчас он начал осознавать, насколько она конкретна и материальна, если заниматься ею как положено. Энергию нельзя было увидеть обычным зрением или воспринять другими четырьмя органами чувств, однако, как оказалось, она была упруга, в какие-то моменты податлива, в какие-то — мощна, будто поток воды, сшибивший плотину, покорна или нет — зависело от навыков.
И столь же материальна, как высказанная мысль.
Учитель стоял рядом с ним, когда юноша готовился нанести эфирный удар по мишени. Прервал его первое движение, подправил локоть.
— Всем вам предстоит учиться правильно двигаться и правильно произносить магические формулы, — громко объявил он. — Все это нужно лишь для того, чтоб облегчить вам работу с энергиями и структурами Это как ходунки для ребенка, пока еще не научившегося ходить. Вы должны осознать, что именно от вас требуется, в дальнейшем привыкнете мысленно работать с формулами, которые сейчас вы выражаете словесно или мимически, а также с помощью жестов… Попробуйте еще раз, Илья.
Тот чуть сгорбился, повел руками, потом взмахнул — и мишень буквально смело с места.
— Хорошо, — кивнул Фредел. — Однако вам следует контролировать выплеск энергии. Тут ведь важно не засандалить как можно мощнее, а сделать это правильно. В каких-то ситуациях у вас может не хватать мощи на подобные удары, однако при наличии арсенала продуманно построенных магических структур вы вполне обойдетесь малым. Понимаете?
— Да.
— Хорошо, идите. Я ставлю вам высший балл — но при условии, что вы поработаете над внутренней концентрацией.
— Ну, вот видишь! — Сергей показал ему большой палец, когда Илья вернулся к ожидающим своей очереди ученикам. — А ты боялся! Все у тебя отлично!
— Спасибо…
Юноша действительно вздохнул с облегчением и потихоньку протиснулся к учительскому столу, где лежала ведомость, чтоб лишний раз увидеть десятку напротив своей фамилии. Его успокаивали воспоминания о словах директрисы и мастера, а теперь еще собственные успехи на уроках системной магии. Теперь перспективы казались ему радужными, в этот день он даже на нелюбимой химии занимался с удовольствием, что уж говорить о материаловедении, где учитель как раз рассказывал о камнях, используемых для создания магических артефактов.
А после полдника он уже дежурил у крыльца общежития, поджидая Мирним — Представляешь! — воскликнула девушка, когда они поприветствовали друг друга и решили, что при нынешней ветреной погоде им лучше всего погулять в парке. — Эти двое сегодня явились к нам, извиняться…
— Кто? — сперва не понял Илья. — Что, Ферранайр и Ирбал? Они снова приперлись к вам в комнату?
— Извиниться. Пришли оба и давай разливаться, что они, мол, устали, ошиблись крылом, ввалились к нам случайно, не хотели и все такое.
— Болтали об ошибке?
— Ну, откровенно говоря, разговаривал только Ферранайр. А Ирбал все это время подпирал стену и улыбался идиотской улыбкой.
Юноша приподнял бровь.
— Молчал? Странно… Обычно в их паре Ирбал болтает куда охотнее. Странно…
— Да, он выглядел очень странно Да они оба смотрелись полными придурками. Их, наверное, как следует припугнули, вот они и нервничают. Ерунда, — девушка махнула рукой. — Я им сказала, что не сержусь — ну, просто чтоб от них отделаться. Думаю, они больше не решатся к нам сунуться.
— Я тоже на это надеюсь.
И они отправились к пруду, где летом цвели тысячи розовых кустов, а сейчас землю устилали палые листья всех оттенков желтого и красного. Осень в Ночном мире оказалась такой же красивой и, пожалуй, даже более яркой, чем на родине Ильи. Он никогда не думал, что когда-нибудь его заинтересуют красоты осенней природы, однако сейчас не только общение с Мирним, но даже сама по себе прогулка доставляла ему удовольствие. Он осознал, что начинает чувствовать себя своим здесь, в чужом, казалось бы, мире.
Здесь ему комфортно, приятно и безопасно. Здесь он на своем месте. А потом, уже после прогулки, они долго стояли на крыльце, мерзли, но расходиться не хотелось. И попрощались только потому, что ей еще нужно было явиться на занятия по танцам, а ему — на верховую езду. Наутро школа встала на уши. Исчезновение одной из учениц первой ступени заметили не сразу, но когда она не явилась на энергоразвивающую гимнастику, а потом и на алгебру, и в общежитии ее не оказалось, работники школы принялись прочесывать жилые, учебные корпуса и территорию. Спешно вызвали мастера женского общежития, Эрбелль — красивую, чуть полноватую молодую женщину с мягкими повадками пантеры и негромким, но очень сильным и требовательным голосом. Однако та, даже применив экстренные поисковые заклинания, обнаружить школьницу не смогла. Одноклассники пропавшей, само собой, обо всем узнали первыми. И Илья сразу с тревогой взглянул в ту сторону, где Мирним теребила брошюрку пособия, потому что это ее соседку по комнате сейчас не могли найти. Девушка сидела бледная до зелени и настолько испуганная, что это проняло даже госпожу Оринет.
— Вам сейчас не сосредоточиться, деточка, — мягко проговорила она. — Может, сейчас будет лучше, если вы вернетесь к себе, в общежитие? Я могу вас отпустить.
Мирним, поколебавшись, встала, собрала вещи, и за ней закрылась дверь класса. В этот же миг юношу словно электрическим разрядом пронизало. Он вскочил с места.
— Госпожа Оринет, позвольте мне сопроводить Мирним. Пожалуйста.
Легкое предостерегающее удивление на лице учительницы мгновением позже сменилось понимающей, очень грустной улыбкой. Помедлив, она кивнула.
— Хорошо. Но вечером обязательно отработайте обе схемы. Завтра сдадите их Амхин.
— Да, конечно, — окрыленный, он смахнул книги и тетради со стола в рюкзак и, не обращая внимания на усмешки кое-кого из одноклассников, вылетел в коридор следом за приятельницей. — Мирним! Подожди!
Девушка обернулась. Она показалась ему осунувшейся, заплаканной, под глазами легли тени, нос обострился, но и такая она казалась ему красивой, только ее очень хотелось обнять и прижать к себе.
— Меня отпустили тебе помочь, — объяснил он, забирая у нее сумку. — Пойдем, может, в столовую — там сейчас никого нет. Или можно в общий холл.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
