Девушка обернулась. Она показалась ему осунувшейся, заплаканной, под глазами легли тени, нос обострился, но и такая она казалась ему красивой, только ее очень хотелось обнять и прижать к себе.
— Меня отпустили тебе помочь, — объяснил он, забирая у нее сумку. — Пойдем, может, в столовую — там сейчас никого нет. Или можно в общий холл.
— Кошмар! — вздохнула она. — Представляешь, взяла и пропала прямо ночью. Может, конечно, она вышла куда-то с утра пораньше, но обычно обо всех своих планах она мне рассказывала. Я бы знала, если б у нее было раннее занятие с кем-нибудь, или она собиралась прогуляться. Пропала прямо из комнаты! Кошмар какой!
— Да, очень странно.
— Если она куда-то пропала, так, может, и… Знаешь, честно говоря, мне очень не по себе.
— Это как раз понятно. Там в комнате, наверное, уже следователи вовсю работают?
— Нет, они работали во время алгебры. Потом еще меня вызывали, спрашивали, не слышала ли я чего-нибудь, не видела ли. У них лица еще такие были… Понимаешь, если б они предполагали, что Андиста пропала где-то еще, они б там и искали. К тому же, в коридорах общежития есть системы видеонаблюдения, так что… А так у них лица были совершенно непонимающие, и магическую поисковую аппаратуру разворачивали прямо в комнате.
— А можно мне взглянуть? — спросил он вдруг.
— На что?
— На твою комнату.
— Пожалуйста, — она пожала плечами. — Пойдем. Если, конечно, там уже закончили.
В общежитии царила вкрадчивая тишина. Где-то на первом этаже гудели стиральные машины в прачечной, но больше ничто не нарушало покоя. Первой в женское крыло общежития заглянула Мирним, и, убедившись, что коменданта нигде на горизонте не наблюдается, махнула спутнику заходить. Все еще немного нервничая, он поднялся по лестнице на третий этаж. В комнате его подруги было тихо и чисто — видимо, следователи здесь уже закончили и все прибрали за собой. Комната оказалась типовая, с такой же планировкой и таким же расположением мебели, что и в мужском крыле, разве что чуть поухоженнее. Девочки явственно не вытирали руки о шторы, не топтали уличной обувью палас, не швыряли самодельные дротики-дартс в дверь, не кидали скомканную бумагу прямо под стол. Зато у них было больше вещей, и вещи эти, похоже, не помещались в шкафы, поэтому были сложены везде и всюду. Илья аккуратно разулся у двери, огляделся и сел прямо посреди комнаты, на пол.
— Я тут помедитирую, ладно? — предложил он.
Девушка с разочарованием на лице кивнула — она явно ждала чего-то другого.
Несколько мгновений он пытался сосредоточиться, потом сообразил, что общался с Андистой слишком мало, и ему понадобится помощь.
— Слушай, а можно попросить какую-нибудь ее вещь? — он наморщил лоб, соображая, что именно может ему пригодиться. — Что-нибудь, с чем она не расставалась? Или почти не расставалась?
Мирним молча подошла к кровати соседки, запустила руку под подушку и вытащила крохотную деревянную фигурку, настолько обтертую руками, что она казалась полированной, хотя, судя по торцу, изначально ее не полировали — Вот, она считала это своим талисманом… Давай, я тогда чаю принесу.
— Отлично, — одобрил он, думая уже совсем о другом. — Сейчас… Сейчас…
Чувствовалось, что здесь уже поработали маги-следователи. Что именно они здесь делали, юноша, конечно, знать не мог, но след их чар, который должен был остаться, был старательно затерт с одного из энергетических пластов реальности, и это мешало смотреть все остальное. Не сразу Илья сообразил, как подкорректировать вимдение, чтоб суметь воспринять то, что он обычно воспринимал, если искал следы.
Да, вот он, бледно-серый, оттенка воздуха, след Мирним. Не холодный, как ветер, ворошащий сейчас палые листья в парке, а летний, ночной, прохладный, несущий ароматы цветущего луга и остывающих камней Вот еще один, укоренившийся здесь, прозрачный, пряный, розовато-смуглый след, судя по отпечатку на фигурке, принадлежащий Андисте Да, это ее отпечаток, и его надо запомнить.
И кроме него тоже кое-что есть…
— Здесь был кто-то третий, — проговорил Илья, поднимая невидящие глаза на подругу, которая как раз сервировала чай на столе. — Кто-то… Да, был, — он поднялся, прошелся до двери, потом обратно. — Смутно очень.
— Может, это просто кто-то из одноклассников? — спросила растерянная Мирним, не понимающая, о чем вообще идет речь.
— Нет. Этого человека я ни разу в жизни не видел, — юноша говорил неуверенно, потому что назвать себя специалистом по магическим следам все-таки не мог. Но ощущение, что он прав, говоря все это, присутствовало.
— Может, следователи?
— Их же было несколько. Следы свои они затирали, вот их остатки…
— Хорошо ж затирали, если ты их видишь…
— Я не совсем вижу. На одном определенном уровне они затерты очень качественно, просто на другом я воспринимаю последствия этого «затирания»… Странно… Я уж подумал, к случившемуся каким-то боком причастны Ферранайр и Ирбал.
— Да брось, ну каким они тут могут быть боком?! Только тем, что заходили и извинялись?
— А мне вот кажется странным, что они два дня ошивались вокруг вашей комнаты, а потом пропала твоя соседка.
— Ой, ладно, просто совпадение, — спор пошел девушке на пользу, землистая бледность сменилась легким румянцем, Мирним оживилась, и даже страх куда-то пропал — трудно бояться и обсуждать дела одновременно.
— Ну, может, конечно, и совпадение, — Илья покрутил головой. — А менты правильно сообразили, что искать нужно здесь, а не где-то на территории школы. След обрывается вот тут.
— Портал, что ли?
— Видимо, портал.
— Но как можно использовать такую мощную магию, да еще незаметно для меня? Я ведь тоже была здесь в комнате, я б почувствовала.
— Это надо у тебя спросить Ты чутко спишь? А магию во сне чувствуешь?
— Думаю, я б почувствовала.
— Значит, на тебя тоже какие-нибудь чары положили. Например, сонные. В любом случае, понятно, что она не сама из школы ушла. Если б даже Андиста открыла портал с артефакта, тут бы так фонило, что менты бы сразу все поняли. Я помню, нам рассказывали, что мощная магия оставляет очень мощный след.
— Да, есть такое.
— Если след не фонит, значит, его тоже затирали. Хорошо так затирали, со знанием дела. Даже следователи не заметили. Или заметили, но не смогли определить, куда ведет, как поставлен и почему.
— А может, уже определили!
— Может, и определили, — согласился Илья. — Как-то хочется верить, что у вас все по-другому, чем у меня на родине. Будем надеяться, — он присел к столу. — Можно, я фигурку пока себе оставлю?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
