Читаем без скачивания Колумбы иных миров - Юлия Федотова

— Они не добрые и мирные. Они просто нас не заметили. Это разные вещи, не путай!

Первый день на новом континенте.

Уж и не знаю, какими словами принято выражать столь необычные эмоции, поэтому ограничусь констатацией свершившегося факта. Мы его ОТКРЫЛИ!!!

Впечатлений слишком много, описать все сразу невозможно.

Но первое, на что обращаешь внимание, — здесь очень жарко и очень сыро. Воздух такой влажный, что чувствуешь себя словно в оранжерее для южных растений — такая есть во дворце у Рагнара. Понятно, что насекомым в здешнем климате раздолье. А разумным существам хуже, чем у нас в Северных землях (по крайней мере, мне хуже). Но и другой, менее зловредной живности великое множество. Я делаю описания в полевом журнале и не стану дублировать их на страницах дневника. Скажу только, что, судя по расцветкам, по крайней мере половина здешних обитателей должна быть смертельно ядовита! Лягушки ярко-голубого цвета! Или желтые, с огромными, выпученными, как у сехальского геккона, глазами. Или красные, с мохнатыми ногами. И водятся они на деревьях. Уму непостижимо! А уж какие здесь цветы, какие бабочки — вообще молчу! Чтобы передать их красоту, нужно быть эльфом или поэтом, а лучше — и то и другое вместе. Может, у Аолена или Улль-Бриана это получится, а мне не дано, не стоит и пытаться.

А вот деревья мне не показались особенно эстетичными. На них слишком много всевозможных эпифитов, что вызывает неприятные ассоциации с Чернолесьем. Хотя наверное, я сужу субъективно.

Но не стану больше вдаваться в натуралистические подробности — эта тема неисчерпаема. Нельзя объять необъятное, как говорит Энка, если хочет казаться мудрой. Потому перехожу к непосредственному описанию событий.

Сразу по прибытии мы видели туземцев. Кто они такие, мы не поняли — не похожи ни на кого. Но не измененные. Магии у них меньше, чем у Рагнара. И вообще, в астрале они скорее напоминают Макса, нежели уроженца Староземья: нет четких контуров, лишь крошечное размытое облачко. И вот что самое интересное: все они с ног до головы увешаны амулетами. Уж на что славятся пристрастием к защитной магии южные сехальцы и орки, и то столько на себя не напяливают! Так вот, ни в одном из их амулетов магии нет ни следа.

Эдуард предположил, что это, может, просто украшения вроде дамских? Он человек, для него расстояние было слишком велико, но я-то точно видел: это были именно амулеты, с символами и письменами. Все как положено, только без магии. Странно, странно…

Завязывать с туземцами знакомство мы пока не стали. Решили сперва разведать, что к чему, какой у них нрав. Не хотелось бы начинать исследование новых земель с кровопролития.

Примерно в полутысяче шагов от побережья, на холме, обнаружился город, по староземским меркам, довольно большой. Чтобы лучше разглядеть его, мы поднялись на вершину соседнего незаселенного холма. Просидели на ней примерно час, пока Энка чертила планы и разглагольствовала о своеобразии архитектуры — она и вправду была очень необычной. Город, по крайней мере центральная его часть, не стоял на земле, а громоздился на чем-то вроде гигантской прямоугольной каменной платформы, явно рукотворной. Посередине высилась ступенчатое пирамидальное сооружение, очень большое. Оно служило постаментом для более скромной постройки, вероятно, культового назначения (так предполагает Энка).

Теперь я вспомнил: мы уже видели подобное, С Лавренсием Снурром. Он тогда сказал, что место плохое, пахнет злом. Это настораживает.

На разведку мы отправились большой компанией, будто паломники в храм: Меридит, я, Энка и Ильза с Эдуардом. Остальные согласились остаться в засаде. Вообще-то мы собирались идти втроем — люди в темноте плохо видят, что от них толку? — но Ильза сделала вид, что хочет плакать. А взять ее и оставить Эдуарда — совершенно невозможно, сразу начинается выяснение отношений: кто из них лучший воин, кто в каком поединке победил, вспоминаются старые школьные обиды, дело едва не доходит до драки. Энка говорит, мы их распустили. Но ведь они уже взрослые люди, не можем же мы им указывать, как себя вести? И неважно, что мы сотники, а они — простые воины. Звания имеют силу только при найме. Взять, к примеру, Рагнара — он вообще полководец, но разве мы его слушаемся?

В город мы пробрались в сумерках, без всяких затруднений. Кое-какая охрана нам встретилась, но мы легко отвели ей глаза — когда на человеке нет специальных амулетов, сделать это проще простого.

Преодолеть языковой барьер тоже удалось, причем совершенно случайно. В какой-то момент я подумал: что толку от нашей вылазки, если мы не понимаем ни слова? И брякнул с досады: «Вот если бы мы знали их язык!» Короче, все вышло, как тогда, с Максом. Я в который раз замечаю: моя демоническая сущность чаще проявляется, когда этого совсем не ждешь. Можно сколько угодно высказывать пожелания, но если делаешь это намеренно, по заказу, они ни за что не исполнятся. А если сдуру, чисто риторически обмолвишься — может, и повезет. Хотя это еще смотря что считать везением. Не все мои обмолвки оказывались столь полезными, как последняя. Какой-то я случайный демон. Недоразвитый, что ли? Ну да у других и такого нет!

Довольно долго мы крались по широким городским улицам, прячась в тени построек, каменных, прямоугольных, с плоскими крышами. При желании мы могли бы зайти в любой из домов. Запоров на дверях не было, как и самих дверей. Магической защиты — тем более. Над входами красовались некие символы, нарисованные краской или выбитые в камне. Возможно, предназначены они были именно для защиты, и жильцы домов искренне верили в их силу, но на самом деле это были не более чем странные картинки.

Кое-какая магия в городе все же присутствовала, но основным его обитателям не принадлежала. По темным углам копошились мелкие существа вроде наших боггартов или домовых гоблинов. Порой они нас замечали, но тревоги не поднимали.

Мы перебирались от дома к дому и подслушивали. Значение слов понимали — смысл не всегда: в нашем языке не находилось аналогий. Особенно когда дело касалось еды. Одним богам ведомо, что за дрянью питаются эти твари! Ни за какие блага мира не согласился бы попробовать! Меня от одного запаха тошнит. А вот Эдуард сказал, что «пахнет резко, но аппетитно». Кто бы мог подумать, что у нас с ним столь разные вкусы!

Суммируя и сопоставляя услышанное, мы смогли сделать три основных вывода.

Первый — эти существа называют себя людьми, и, вероятно, таковыми и являются, несмотря на экзотическую внешность. Впрочем, и не таких видали! Достаточно вспомнить чернокожего дядьку с косичками из мира Макса. Давно известно: людям как биологическому виду присуще большое морфологическое разнообразие. В этом они могут сравниться только с собаками.