И тут всех опередила черноволосая Эля; точнее — одних она опередила, а других перекричала.
— Господин Стройнович! — обратилась брюнетка к Касатону. — Как заместитель председателя по режиму объясните нам, чем вызвано введение лимита потенциала! Откуда взялись эти пресловутые сто килоджоулей? В чём смысл? Какой-то остолоп надорвался, а наказать решили всех без разбора?
Тут же поднялись шум и гам.
— Да! — завопили за столами. — Отменить! Пишем петицию!
Касатон с лёгкой улыбочкой поднялся из-за стола, выждал немного и объявил:
— Думаю, аргументированно ответить на этот вопрос сможет секретарь дисциплинарного комитета Пётр Линь. Он представляет здесь Бюро оперативного реагирования, ему слово!
Аспирант ещё и рукой для верности указал, дабы никаких сомнений не осталось, и взгляды студентов вмиг обратились на наш стол. Приязни в них заметить не удалось, шансы провести эту ночь в компании одной из барышень самым прискорбным образом упали, что настроения мне отнюдь не улучшило.
Я поднялся с рюмкой в руке, прокашлялся и не удержался, дал выход своему раздражению.
— Говорить о наказании всего студенческого сообщества — по меньшей мере некорректно. А расценивать установленный лимит внутреннего потенциала исключительно как запрет удерживать больше ста тысяч сверхджоулей — это даже не однобокость мышления, а, простите, какой-то детский инфантилизм. Мыслить надо шире…
— И глубже! — выкрикнул Северянин.
Смех собравшихся меня не смутил.
— Глубже надо копать! — парировал я. — Мыслить — шире. Да, в прошлом имели место прискорбные инциденты, когда студенты упускали набранный потенциал, но подобные запреты никогда прежде не вводились. Что изменилось теперь? Предлагаю рассуждать от противного! Итак, к чему этот запрет привёл? Давайте! Расскажите мне, что удерживаете исключительно лимит и ни сверхджоулем больше!
Симпатичная блондиночка-первокурсница начала что-то лепетать, остальные рассмеялись.
— Так зачем нужен запрет, если он не соблюдается?! — взвилась Эля, оскорблённая моим выпадом до глубины души.
— Он не соблюдается теми, кто поднаторел в маскировке набранного потенциала! — заявил я в ответ. — Понимаете? Сколько из вас начали подтягивать эту технику после введения лимита? А как изменился ваш навык оперирования входящим потоком?
Председатель студсовета поморщился и потребовал:
— Ближе к делу!
Я не стал тянуть кота за хвост и пояснил свою мысль:
— Опыт вооружённого конфликта с Нихоном показал прискорбно низкую способность выпускников РИИФС к маскировке внутреннего потенциала и работе непосредственно с входящим потоком. Это самым существенным образом снижает боевые возможности операторов…
— Хотите стричь всех под одну гребёнку?! — завопила вздорная брюнетка. — Всех загнать в армейские стандарты?! Мало вам обязательных курсов начальной военной подготовки?!
Яков закивал, а вот Стройнович пришёл мне на помощь.
— Вздор! — выдал он. — Никто не стал вводить в учебный план новых зачётов и дисциплин! А кому так уж не нравится лимит — подавайте заявку на подготовку к разряду! Всем, кто заявляется, сразу снимают ограничение!
Он опустился на место, и на ноги поднялся Всеволод.
— Этот вопрос вне нашей компетенции! — вынес он вердикт и поинтересовался: — Ещё какие имеются предложения?
Мы с Карлом чокнулись, выпили и здоровяк указал куда-то в сторону.
— О, институтские недо-евгеники своего человека в совет провели!
Я оглянулся и смерил пристальным взглядом высокого и худого молодого человека, который сумел-таки урезонить Элю, вознамерившуюся поставить на голосование второй вопрос подряд.
— Слово предоставляется Фёдору Острогу! — объявил председатель студсовета.
Студент немедленно зачастил:
— Предварительное размещение соискателей в зоне активного излучения Эпицентра — это правильная, но совершенно недостаточная практика! Следует ориентироваться на опыт интерната «Синяя птица», воспитанники которого демонстрируют впечатляющие результаты…
Карл набрал в лёгкие побольше воздуха и гаркнул:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Северянин — тот ещё вундеркинд! Это всем известно!
По залу прокатилась волна смешков, и у Фёдора дёрнулось веко, но он совладал с собой и продолжил:
— Необходимо ещё в дошкольном возрасте помещать кандидатов в соискатели под присмотр опытных наставников! Это позволит уже в начальных классах определиться с наклонностями ребёнка, дабы заранее начать готовить его к будущей профессии и даже скорректировать должным образом инициацию. К чему тратить пять лет на подготовку оператора шестого витка, если сверхточной обработкой металлов может заниматься оператор восьмого витка, который достигает пика за год?А высвободившиеся ресурсы следует направить на развитие действительно талантливых детей! И ещё необходим упор на создание трудовых династий!
— А если человек захочет сменить сферу деятельности? — выступила оппонентом этой инициативы Инга. — Или предлагаешь возродить крепостное право? Работай всю жизнь тем, кем тебя назначили наставники?
— Не назначили, а помогли найти себя!
— А если случится ошибка? — задала провокационный вопрос Эля. — Что тогда?
— В рамках социума судьба одного индивидуума не играет решающей роли! А ошибки не приобретут массовый характер, поучи закон больших чисел, бестолочь!
— А сам-то кто?!
Началась перебранка, пришлось вмешаться председателю. В целом аргументы Фёдора убедительными совету не показались, и вопрос на голосование не поставили, предложили вернуться к рассмотрению инициативы в рамках конкурса проектов.
Карл немедленно воспользовался возникшей заминкой, поднялся и провозгласил:
— Даёшь свободу политической деятельности!
Этот лозунг поддержали слаженным рёвом, ещё и тост провозгласили, а Всеволод велел Диане, исполнявшей обязанности секретаря собрания, включить пункт с соответствующим обращением к ректорату.
— Это уровень правительства, но, если ничего не делать, то ничего и не изменится! — заявил он, посмотрел на начавших разносить салаты официантов и спросил: — Ещё предложения?
Тут же вскочил пухловатый круглолицый живчик и на одном дыхании выдал:
— Следует незамедлительно направить в ректорат петицию с требованием перестать душить инициативы молодых перспективных учёных! Замшелые реликты должны уступить дорогу будущему!
— А кто перспективный-то, Ванечка? — немедленно крикнул в ответ обозлённый неудачей Фёдор Острог. — Твой шарлатан-гипнотизёр?! Да этот гроссмейстер недоделанный, кроме как шахматные этюдики решать, ничего и не умеет!
— Да как ты смеешь?! — взвилась черноволосая Эля. — Борис Давидович — настоящий учёный и светлый ум! А ты такое же ничтожество, как ваш Чертопруд! Ему даже пробирки доверить мыть нельзя! Прыщ на ровном месте! Бюрократ!
— Кто светлый ум? Резник? Да он очковтиратель! Пустышка дутая! — не остался в долгу Федя.
Пухлый живчик ринулся на него с кулаками, но был перехвачен и остановлен, а председатель студсовета вскочил из-за стола и гаркнул:
— Всё, дебаты окончены!
Но Эля требованию закругляться не вняла и озвучила-таки своё второе предложение:
— Выношу на голосование совета рекомендацию начать подготовку соискателей с использованием гипнокодов, а также расширить применение этой техники для студентов первых курсов! По предварительным расчётам внедрение нашей инициативы существенно увеличит долю операторов золотого румба и значительное ускорит их последующее развитие!
Заявление вызвало неоднозначную реакцию, мнения на сей счёт разделились самым радикальным образом от полного неприятия до горячей поддержки.
— Ещё больше гипнокодов? — возмутилась Инга. — Вам мало свихнувшихся соискателей и сжегших энергетические каналы первокурсников?
Эля в долгу не осталась.
— Да что об этом может знать недоучка с военной кафедры? — зло бросила она.
— Да уж побольше истерички, которая чаще на общественных работах бывает, чем на лекциях! — парировала моя бывшая одноклассница, тут-то я Элю и узнал.
