«печать».
Спустя минуту принтер поочередно начинает выдавать странички договора, которых, на минуточку, целых тридцать. Коммерческие договоры это что-то уникальное. Там прописывается абсолютно всё. Каждая мелочь. Ведь при определенных обстоятельствах юристы могут доколупаться до любого пункта, и договор окажется не действительным, либо можно будет сорвать куш.
— Спасибо! Не прошло и сто лет! — Марат хватает бумаги и вновь скрывается у себя в кабинете, хлопнув дверью.
Боже ты мой… Еще раз хлопнет и у нас трещина по потолку пойдет…
Корчу рожу вслед взбешенному боссу и качаю головой.
Ну, радует то, что есть сегодня те, кому повезло еще меньше меня.
Юристы.
Они сейчас там, с ним. Они там целый день. И вряд ли им это нравится.
Во всяком случае, я сделала такой вывод, когда они ненадолго выходили из кабинета. Видок у них был отменный. Красные, потные, глаза нервно бегают.
Ужас, короче. Бедолаги.
Пользуясь тем, что договор я отдала, а новых заданий не поступило, выхожу в коридор и направляюсь в комнату для персонала, чтобы выпить немного чая с лимоном и съесть пончик. Заслужила, в конце-концов!
Вообще, очень радует, что Марат не стал меня избегать, как я ожидала после внезапной встречи в бассейне. На удивление, он и про мой интерес к страничке Веры ни разу не спросил.
Хотя, возможно, это лишь потому, что времени не было. С утра завал и паника из-за горящих сроков и косяков юристов в прежнем договоре.
Цокая каблучками по кафельному полу коридора, отмечаю про себя, что в офисе стоит тотальная тишина. Все закрылись по своим кабинетам, избегая прямого контакта с праведным гневом начальника.
Я даже зама сегодня не видела, хотя обычно он не упускает возможности пофлиртовать и пошутить.
В общем, и в специально отведенном помещении для отдыха офисных планктонов я оказываюсь абсолютно одна. Да и это к лучшему. Нет желания общаться. И нет желания выслушивать, какой Марат плохой, несносный и ужасно грубый босс.
Всё-таки он мой любимый мужчина.
А я планирую стать его любимой женщиной.
Короче наливаю чай, бросаю туда дольку лимона и кладу ложку сахара. Затем достаю из холодильника припасенный клубничный пончик, после чего усаживаюсь на диван, сбросив с ног жуткие каблуки.
А сейчас погода за окном уже не кажется такой плохой. Попивая чай и наслаждаясь сладким пончиком, я ловлю себя на мысли, что очень даже круто, сидеть вот так на диванчике и смотреть на буйство стихии на улице. А ты вроде как в тепле и уюте, всё хорошо. Плохое где-то далеко. Вне зоны доступа. Ты защищена. Ты в надежных руках лучшей компании в городе, принадлежащей лучшему мужчине в мире.
Уничтожив пончик с чаем, и даже съев сам лимон, неохотно поднимаюсь с дивана, босиком плетусь к раковине и споласкиваю бокал. Да, негигиенично ходить без обуви по офисному помещению, но мне плевать — ноги гудят просто ужас.
Затем подхожу к довольно большому зеркалу, почти в полный рост, и начинаю поправлять макияж и прическу. Точнее, то, что от нее осталось.
На полке рядом с зеркалом лежат личные вещи сотрудников. Есть мужской парик на манекене. Я знаю, что это Борис Филиппов из ай-ти отдела носит. Страдает парень ранним облысением.
Парик черного цвета. Чем-то напоминает волосы Марата.
Усмехаюсь собственным мыслям. Потом зыркаю на приоткрытую дверь кабинета. Вроде никого нет.
Снимаю парик с манекена и напяливаю на себя.
— Оля, принеси договор, черт возьми! — кривлю губы как Мар и понижаю голос, смотря на себя в зеркало. — Я что должен сам его напечатать?! У тебя есть время любоваться на дождь, Оля?... Ахахха… Вот умора! Почти один в один…
— Наверное, тебе надо было не ко мне в помощницы, а в комики или в артистки идти, да, Оль? — голос Марата раздается настолько неожиданно, что я громко взвизгиваю и резко поворачиваюсь к нему, аж парик съезжает набок.
Босс стоит в дверях, сложив руки на груди и опершись плечом о косяк. Его сощуренный взгляд сосредоточен на мне.
— Ээээ… Марааат! — это всё, что мне удается вымолвить.
Очень сообразительно, надо заметить!
Глава 45
Оля
— Что... ты здесь делаешь? — спрашиваю, нервно хохотнув и вернув парик обратно на манекен.
Господи, ну и сцена, конечно! И Мар это всё видел!
Взгляд мужчины медленно сползает к моим голым ногам. Тут я вспоминаю, что так и не надела туфли. Просто блеск!
— Не поверишь, Оль. Я здесь ищу свою помощницу, которая ушла с рабочего места, не предупредив об этом начальника, то есть меня, — отвечает Марат, хмыкнув и вернув взгляд с моих ног обратно к лицу. — Вижу, что у тебя было очень важное дело. Гораздо важнее работы, очевидно.
Я закатываю глаза и усмехаюсь, пожав плечами.
— Ты не должен был этого видеть!
— Да ты что?
— Да! Я... я тут обедала вообще-то... А последняя сцена просто чтобы снять эмоциональное напряжение. Ничего плохого я не имела в виду...
— Пообедала? — Мар выгибает бровь.
— Как видишь.
— Отлично. А теперь бегом на рабочее место. Мне нужно чтобы ты ещё кое-что сделала.
— А ты сам-то есть не хочешь? — топаю к мужчине, который оттолкивается от косяка, намереваясь вернуться к себе в кабинет, но вдруг останавливается и вновь смотрит на мои ноги.
— Ты так пойдёшь?
— Ой, блин, забыла! — бегу к дивану, где оставила туфли, и быстро напяливаю злосчастные каблуки обратно.
— Я поем позже, — отвечает Мар на мой вопрос. — Пока не до этого.
— Как с договором в этот раз?
— Вроде всё в порядке. Во всяком случае, сделка в силе.
— Отлично. Это хорошая новость.
Мы шагаем по коридору в сторону офиса. Рядом с кабинетом стоят измученные юристы. Бледные как стены больницы.
— Кстати, Оль, ты в курсе, что облысение заразно? — неожиданно спрашивает Марат, когда мы оказываемся у него в кабинете, и он закрывает за нами дверь.
— Чегооо?
— Я серьёзно тебе говорю. Вот надела ты чужой парик, — он крутит пальцем над головой, — тебе передался вирус облысения. И скоро ты, вполне возможно, тоже станешь лысеть.
— Ты, что, считаешь меня настолько глупой? Думаешь, я поверю в эту чушь?
Дую губу и свожу брови на переносице, недовольно глядя на Марата.
А он улыбается, гад!
Широко и довольно!
— Нет, Оль, какой бы
