Я очень осторожно ответил, что у братьев Эксера, несомненно, ещё будет возможность получить от меня столь желанного для них «леща». С одной стороны, я не отказал, чтобы не приведи Великая Мать, не обидеть и не нажить себе ещё врагов. Даже, как будто, пообещал. С другой — остался верен себе, и никого просто по протекции по мордам хлестать не стал. И это только один эпизод — я и охнуть не успел, как вокруг меня вырос маленький городок. Только благородных человек, всяких родственников и соседей семьи Дар, вдруг сбежалось со всей округи рыл под сорок. Вместе со слугами, моя свита выросла, как минимум, до пары сотен человек, при двадцати телегах.
Все от меня немедленно что-то хотели. Одни, с виду законченные негодяи, предлагали немедленные и радикальные решения по улучшению общего благосостояния в стиле «запретить благородным сеньорам покупать и продавать, и обязать каждого купца содержать коня для одного рыцаря». Другие, приличные на вид семейные пары, гаденько улыбаясь, представляли мне своих молоденьких дочерей. Некоторые дочурки были симпатичные, некоторые страшные, а одной вообще было лет одиннадцать. Все девочки смотрели на меня огромными глазами, как испуганные оленята.
А те из благородных сеньоров, кто выглядел как идеал рыцаря и производили впечатление просто честных людей, предлагали мне мутные схемы быстрого обогащения. К стыду моему, последние почти что смогли добиться успеха — от того, чтобы расстаться с полутысячей дукатов, меня спасла только моя привычка брать паузу перед окончательными решениями. А через пару часов я услышал очередной «абсолютно верный» проект, который меня непременно обогатит. В этот раз рассказчик, седой, благообразный сеньор, располагал к себе ещё больше. Вот только его предложение подозрительно походило на слышанное мной ранее. Очень многими убедительными деталями. И если первый стартапер просил деньги на разработку заброшенной шахты, в которой совершенно точно есть серебро, то второй предлагал свои услуги по руководству экспедицией в Горы Долгобородов, в долину, где прямо на земле валяются алмазы размером не меньше персика каждый. Разумеется, только они знали точное место, поэтому без них никак. Но они готовы всё организовать, всего за жалкие пять процентов от будущей прибыли. Просто надо небольшое первоначальное вложение…
Я вежливо попросил их обратиться к моему казначею, «потому как я в таких делах ничего не понимаю». Удивительно, как приятные, вежливые, улыбчивые люди меняются, если ты вдруг не делаешь так, как они просят!.. Они даже стали мне угрожать — разумеется, не физически — просто сказали, что понесут свои выгодные предложения Регенту. Я милостиво разрешил. К счастью, обоим «стартаперам» хватило ума удержаться от прямых и завуалированных оскорблений.
Моя стихийная свита из разодетых дам и аристократов, вырядившихся по такому случаю в доспехи, вместе со слугами и запрудившими дорогу телегами, катилась вокруг меня разноцветной лавиной, и реально добавляла мне пафоса, но сильно снижала скорость. По моим планам, до твердыни клана Инсубр я должен был добраться на второй день, после того, как выеду из Земли гор. Даже за полтора, ещё до сиесты второго дня. Сейчас я был в пути уже третий день — приходилось двигаться со скоростью телег. И преодолел за это время хорошо если две трети дороги. Зато на каждом привале вокруг разбивали шатры, а мне со Сператом и девочками неизменно подыскивали роскошный дом или даже замок. И обслуживало нас десяток слуг и служанок. Девочки проходили по смете «спутницы Магна Итвиса» и обслуживались, как наложницы. То есть в точности так, как если бы они были моими жёнами — на высшем уровне, с апартаментами только чуть хуже, чем у меня, и даже со штатом служанок. С одним важным «но» — их старательно не замечали. На вечерних трапезах они сидели за отдельным столиком в углу, с ними никто не разговаривал на людях, и всё в таком духе.
Гвена явно наслаждалась своим положением, и развлекалась как могла. Вокруг меня всё время было три-пять дочек знатных семей, которых хитрые родители расставляли в стратегических местах — разумеется, чтобы они попадались мне на глаза. Некоторые из этих приманок старательно ловили мои взгляды и, если это им удавалось, принимали выгодные позы. Другие просто густо краснели и опускали взгляд. Что намекало на глубину подробностей полученных от родителей на мой счёт инструкций…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И вот к первым Гвена и подкрадывалась, прячась в толпе. Как тигрица к отбившимся от стада газелям. А потом, внезапно, бросалась к жертве, подхватывала её под руку, и имитировала разговор с ней. Какой скандал!.. Девушки терялись, не зная, что делать, пытались вырваться — но куда там, хватка демоницы была не хуже бульдожьей. Гвена ещё позволяла себе опускать руки на талию благородных особ, иногда даже ниже. Я сразу понял, что не это было главное — демоница искоса следила за панически пробивающимися к ней родителями своей очередной жертвы, которые и в самом деле в этот момент выглядели забавно. Бледные и испуганные, они рвались к дочкам и племянницам, краснея и пыхтя, а потом долго и неуклюже пытались разъединить свою невинную и благородную с падшей и незнатной. Одна тетушка, пока бежала отбивать своё чадо от падшей женщины, буквально квохтала, как курица. При этом все старались Гвену ненароком не обидеть — ведь она же моя спутница.
Кстати, благородные сеньоры и леди, которые не участвовали в попытке меня охомутать с помощью своих дочерей, довольно быстро раскусили выходки Гвены, и встречали их сдержанными улыбками. И даже подыгрывали — старательно закрывая обзор родителям жертвы, а потом препятствуя им добраться до Гвены, создавая внезапную толкучку. Сперат доложил, что уже даже начали делать ставки, сумеет ли Гвена увести в свой шатер какую-либо из невинных девушек, что автоматически подразумевало жуткий разврат. Впрочем, без серьёзных последствий — как и в моем мире, единственная опасность для невинности подразумевалась от мужчин, так что выходки Гвены считались забавными, но безобидными.
Сперат тоже явно наслаждался ситуацией. Хотя ему приходилось сложнее остальных: поскольку он был моим оруженосцем, да ещё не из аристократов, то его воспринимали, как почти неотъёмлемую часть меня. Иногда ему даже забывали кровать поставить. На застольях он не сидел за столом, а стоял у меня за спиной. Это считалось нормальным — по этикету, если нет виночерпия, то его функции должен выполнять оруженосец. Сперат стоял за моей спиной, и подливал в мой кубок вина. По-хорошему, мне нужен был ещё и хлебодар — человек, который стоит рядом со столом, и отрезает понравившиеся мне куски от блюд. К счастью, учитывая что у нас тут всё «по-походному», это позволялось делать и мне самому.
Для себя я отметил, что голод тут всё же случается. Даже на таком богатом застолье, которое устраивала моя свита, традиционно все блюда подавали сначала на мой стол — я же был почетным гостем. Потом шёл сложный табель о рангах — кто тут ещё знатный и древний, с учётом не только заслуг мертвецов семьи, но и активов живых. В зависимости от этого людей рассаживали по правую и левую руку от меня. После того, как я брал себе понравившийся кусок от поданного блюда, двигал его направо или налево. Сидящие там повторяли процедуру, и двигали еду дальше. И так до самого конца стола. То есть, если попадалось что-то вкусное, то у сидящих в конце шансов это попробовать практически не было. А такие, как Сперат, вообще получали остатки. А объедки остатков шли слугам. Возможно, именно поэтому доедать последний кусок на тарелке считалось дурным тоном.
Женщинам подавали отдельно. У них была своя, независимая иерархия.
В Караэне я привык, что виночерпии, если они вообще есть — молодые мальчишки лет до двенадцати. Так сказать, кандидаты в оруженосцы. Но тут Сперат не особо выделялся на фоне остальных. Господа аристократы, если их переодеть в подходящую одежду, могли сойти за корпоративчик компании по разработке чего-то технического. Но вот за их спинами стояли люди, чьи рожи вполне вписались бы в каталог «особо опасных преступников» на сайте полиции. Короче, реально бандитские рожи у местных виночерпиев — жестокие, с пустыми и внимательными глазами. Что же, это понятно. Люди собрались почти случайные. А если нет, то это, может, даже хуже — вдруг у кого между собой есть конфликты. В общем, обычное застолье уважаемых людей. Тут потребность в наличии за спиной проверенного бойца в качестве телохранителя, куда важнее наличия вина в кубке и встроенного речевого фильтра.
