— Что там? — спросил ротный ВДВ.
— Да знакомца увидел. Спецура, вроде из ГРУ, я не уточнял.
После этого подтянув взводную переносную рацию, настроил канал и стал вызывать абонента.
— Смольный, ответить Чибису. Смольный, я твою рожу вижу, что на нас таращится из кустов, отвечай давай! А то у меня миномёт есть, хочешь подарочек в сто двадцать миллиметров?
— Умеешь ты убеждать Чибис, — отозвалась рация густым баритоном. — Мы тут мимо пробегаем, подойти, извини, не могу. Языка взяли, интересное поведал по вашей теме. На карту нанесли, подойди отдам. Один подходи.
— Добро, сейчас буду.
Это со мной общался Сержант, модулируя голос, используя дрон наверху как ретранслятор. Оставив офицеров, прихватив автомат, я скрылся в ночи. Специально это устроил, пробежав в сторону выхода из ущелья, откуда мы проехали, пост охранения прошёл, у меня один командир отделения бодрствует, дежурный, и убедившись, что никого нет, подошёл к платформе, что как раз подлетела. Прибрал всю добычу, и та улетела. Я же достал карту и начал наносить отметки, где схроны с зенитными комплексами. Убедившись, что всё нанёс, направился обратно. Офицеры ждали, хотя и выглядели сонными. Устали.
— Спецура нам не поможет, у них своё задание, — сообщил им, снова садясь на свою плащ-палатку. — Тут вот какое дело, они взяли вечером душмана, случайно, язык не разговорчивый попался, но уговорили. Он был куратором создания схронов, куда должны были убрать украденные зенитные системы. Знал где они, был там, записал на отдельном листе определённые ориентиры чтобы их найти. Операция эта была хорошо спланирована. Представляете, их тут должны были ждать свежие кони и мулы, они бы ушли, но тот табун накрыли наши вертушки ракетами. Случайно, вот операция и оказалась на грани срыва. Да и сорвалась она. Вот карта, на которой моджахед нанёс информацию по схронам, и лист с ориентирами. Две малых группы наши уже взяли, пленные, к сожалению, погибли. Осталось схроны посетить и задание выполнено.
Карту взял ротный десантников, внимательно её изучая.
— Раз, два, три… эм-м-м… семнадцать. Однако. Мы этим завтра с утра займёмся. На тебе лейтенант эвакуация раненых. Я запрашивал воздушную поддержку, отказали, район считается опасным. Да и подтверждения уничтожения «Стрел», нет.
— Сделаю.
После этого мы устроились отдыхать. Я почти сразу уснул, как голова коснулась рюкзака. К слову, бронежилет и каску я снял перед встречей с гостями.
Утром, после общего завтрака, десантники собрались, оставив своих раненых, и ушли. Перед этим был составлен акт уничтожения зенитных комплексов. Все ящики открыли, включая побитые осколками и пулями, всё на месте, сложили кучей и просто сожгли, облив соляркой. В стороне красиво рванули. Остальные готовились покинуть ущелье. Тот брошенный «БМП» завели, причём сразу. Консервировал машину явно знающий человек, вода слита из систем, провода от аккумуляторов отсоединены. В общем, проведена подготовка. В баке треть топлива. Заряда хватало прокрутить трижды стартер и движок загудел басовитым гулом. Машина действительно армии Афганистана была. Потом по номеру выяснят откуда угнали. В общем, поставив технику в ряд, мы пешком, и направились прочь из ущелья. Кучу оружия перед этим облили бензином и подожгли. Тоже акт составляли, и все офицеры подписались. Я ночью уже выбрал оттуда интересные образцы, так что, не жалко. К слову, под утро, на рассвете, снова платформа прилетала, дроиды добычу взяли, караван, что тоже в Пакистан шёл, но там добычи на половинную загрузку, поэтому ещё один караван, уже из Пакистана. Причём был интересный груз у каравана. Он явно принадлежал контрабандистам. Было много электроники, джинсы известных марок, и вообще дефицитные товары. Видать пошлину за ввоз платить не хотели. Свидетелей не осталось, я всегда проводил полную ликвидацию. Платформа два захода сделала, чтобы всё мне перевезти. Вот так снова освободил платформу, и пошёл спать, светало, а дроиды пока укрывались. А пешком шли по банальной причине. На борту, внутрь боевых отсеков и в кузов единственного грузовика, туда убирали раненых, мест едва хватило, вот так и двинули. Потом по ручью машины шли, мы по бережку. По пути подобрали одну из тех групп, что заблудились, вторая сама вышла к своим, пару раз устраивая перестрелки с залётными духами. Всё же их тут по горам довольно много бегает. Лето, оттаяли. И вот покинули лес. Километров двадцать прошли пёхом, на опушке уже ждали машины, врачи, связь-то есть, вызвали заранее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тут расстались со всеми, включая миномётчиков. Они местные, уйдут к своим. Ротный мотострелков найденный «БМП» всё же зажал, сам на нём укатил, машины, чтобы увезти его роту тут же были. А мы, снова забравшись на броню, мои раненые со мной были, покатили на базу. Если поторопимся, должны засветло добраться. Надо только на ужин остановится, а то обедали быстро, наспех, полчаса старлей выделил. Однако, оказалось не судьба этим днём вернутся. Причина банальна, обнаружил прущий в сторону трассы отряд душманов, и довольно серьёзно вооружённых, всё советского производства, скорее всего снабжается со складов армии Афганистана, я бы даже сказал единообразно вооружена банда. Видимо их командир бывший армейский офицер, что ввёл дисциплину и хорошо вооружил отряд. На восемьдесят духов двенадцать противотанковых гранатомётов, «АГС-17», и даже безоткатное орудие. Скорее всего одноразового применения, бросят, убегая. Такой отряд может много бед нанести. Вот прикинул всё, и решил бить. Прошлый ночной бой конечно встряхнул бойцов взвода, но тот был скоротечен, даже скорее бойня, особо пока спайки не было, не почувствовали бойцы себя единым организмом, боевым подразделением. Это приходит со временем и с боевым опытом. Вот я и подумал, почему бы им и не дать этот боевой опыт? Банда серьёзная, думаю просто так себя избивать не даст, бой будет жарким. В общем, решил бить их. В лоб конечно не полезу, зачем мне потери от подобной глупости? Использую ту же тактику что и духи применяют. Засаду. Вон, против каравана вчера отлично сработало.
Только одно меня останавливает. Приказ нужен. Конечно если побью духов ничего не скажут, даже поблагодарят, но те сильно в стороне от трассы, и чтобы их встретить засветло нужно выйти навстречу, а это уже другое дело. Любое изменение маршрута и я должен известить начальство. На данный момент ротного. Не думаю, что тот откажет, это наша работа, но где находится подразделение и что делает, тот должен знать. Да и задницу мою он прикрывает, подставлять его нельзя. Колонна наша встала, и пока бойцы отбегали в сторону, я дал добро оправится, и сообщил им — мин нет, могут свободно ходить, а сам вызвал ротного. Радист, у которого на одной стороне вздутие от бинтов, держа наушник на свободном ухе, быстро установил связь, и протянул мне гарнитуру. Ротный внимательно выслушал доклад, не по прошлому бою, там я уже рапорты написал, устно буду докладывать по позже. То, что самый крупный караван с похищенным грузом именно мой взвод перехватил, тот в курсе, подробности при личной встрече узнает. В общем, эта банда, да ещё такая хорошо оснащённая, его сильно заинтересовала, причём оказывается та уже успела поработать, удары наносила не только по правительственным войскам Афганистана, но и по нашим колоннам. Та, что была полностью уничтожена, оказывается на их счету. На меня тут же вышел штаб нашего разведбата, и поставил задачу — уничтожить банду. У нашей разведки были свои люди в бандах, или кто с ними сотрудничал, доложили кто там поработал. Описание сходилась, так хорошо вооружённая и всё единообразное было только у одной банды, опознать не сложно. К слову, командир действительно бывший офицер, майор пехоты. С ротным мы общались спокойно, без кодовых фраз, тот намекнул что это не желательно, но я отмахнулся, сказав, что если духи нас и слушают, это даже хорошо, будет добрая охота. А нас слушали, радист при бывшем майоре вскоре уловил наш разговор, почти в самом начале, тот остановил отряд, и внимательно нас слушал, видать русский хорошо знал, переводчика рядом не имел. Уверен, и учился тот в нашем военном училище.
