это почти не коснулось, – быстро добавила Каратова, поймав мой совсем не добрый взгляд. – Император, кажется, вообще не понял, что столь худородная особа делает в резиденции. А вот кое-кому другому досталось по полной…
– Простите, но мы бежим или что? – дернула тут ее за рукав моего кителя княжна. – То подождать не хотели, то стоят, болтают…
– Твоя правда! – не сдержал усмешки я. – Поспешим!
Повернулся, поднял голову – и застыл с открытым ртом: впереди – должно быть, где-то на набережной, от которой, замечу, нас отделяла добрая пара кварталов – нависая над крышами трех-четырехэтажных зданий, словно над кукольными домиками, на фоне черного ночного неба величаво возвышался громадный белый центаврус.
ИНТЕРЛЮДИЯ 2
в которой со стен замка летят файерболы
– Твоего ж кучерявого астрала! – не сдержала досадливого возгласа Воронцова.
Нужно признать, молодой графине было на что негодовать: шальной файербол, выпущенный кем-то из защитников замка разве что не наудачу, она прозевала. Отвлеклась, прикрывая щитом замешкавшуюся Цой, среагировала лишь на предупредительный окрик Оши – но поздно: огненный шар разорвался в считанных вершках от Миланы. Она даже почти успела отпрянуть, да и заряд оказался не то чтобы убойным, но три пальца ее руки (правой, до сих пор здоровой!) мигом превратились в кривые черные угольки.
Кисть пронзила боль, но ее-то как раз можно было пережить. А вот что теперь делать без магии? Левая-то рука еще с того злополучного театрального вечера была Воронцовой не помощница!
Этот духов рейд во владения баронов фон Мирбах сразу пошел наперекосяк – а что удивляться, при столь скоротечной и сумбурной подготовке миссии? Ди-Сы с Оши, конечно, постарались – как сумели, к «паукам» претензий нет – но пару серьезных сюрпризов замок незваным гостям таки преподнес. В первые же секунды операции угодил в засаду Даня Гагарин – лишь чудом не отправившись прямиком в Пустоту. Если бы не подоспевшие Муравьева с Цой – хана бы молодому графу! А так из-под перекрестного огня его все же вытащили – при этом Мария сама пропустила чувствительный удар и окривела на левый глаз. Но если девушка, несмотря на травму, осталась в строю – с опорой на своего фамильяра она могла бы, наверное, сражаться и вовсе вслепую – то полупарализованный Даниил из ценного бойца разом превратился в сущую обузу.
Потом в первый раз вляпалась уже сама Милана, второпях оторвавшись от товарищей и нежданно оказавшись одна против трех боевых големов. Отбилась, но здорово растратила ману – а ведь предполагалось, что та пойдет на подпитку Станислава Заикина с его астральными прыжками. «Бурдюки» команда с собой не взяла, сделав ставку на мобильность. Пири и холоп Гагарина, Арап, ждали в усадьбе – после возвращения туда, «попрыгунчику» так или иначе предстоял бы второй рейс в Курляндию, а то и третий – за раз Заикин мог взять с собой лишь двоих спутников. Беда была в том, что сам сцедить ману, даже у безвольного холопа, Станислав был неспособен физически – требовался маг-посредник, который выпотрошит «бурдюк» и поделится добычей.
Расчет строился на том, что таким передаточным звеном станет один из тех двоих, кого Заикин заберет из замка первыми, но, увы, сложилось так, что эта роль досталась Даниилу, который ныне и пальцем не в силах был пошевелить, и погруженной в глубокий наведенный сон Юлии.
Юная княжна сама нарвалась: не подозревая, что помощь уже на подходе, сестрица Огинского-Зотова затеяла побег – и даже едва не преуспела в задуманном – но все же была людьми фон Мирбахов настигнута, изловлена и надежно обездвижена. Проснуться ей предстояло лишь через несколько часов, раньше – никак.
Ну да ладно. Как бы то ни было, основную задачу – освободить Юлию – команде решить удалось. И это главное.
А для отхода у них существовал и план «Б»: вырваться из замка, в пределах коего порталы надежно блокировались – и уже оттуда отступить, что называется, в рабочем режиме. Специально на такой случай – для прыжка со стены в добрых восемь саженей высотой – в рейд была захвачена метла. Настояла на этом Мария, а молодая графиня сперва даже возражала: зачем, мол – только руки занимать!
– У тебя одна всяко свободная! – не без толики ехидства заметила тогда на это Муравьева.
Ну да, с тоской согласилась Воронцова, хоть какая-то польза от калечной шуйцы!
И теперь эта метла им очень даже пригодилась. Первой со стены Мария спустила на ней Милану – как однорукую и почти слившуюся. Затем Муравьева помогла эвакуироваться Цой. Сама Длинноножка – так иногда называл ее Володя – уходила из замка последней, вела ее со стены хабаровчанка, а молодая графиня, как могла, прикрывала отступление щитом.
Метла с оседлавшей ее девицей уже почти достигла заснеженного балтийского пляжа – саженях в двадцати от баронской твердыни – когда со стены и прилетел тот злополучный файербол. Метили, должно быть, в Марию, но не попали. Милана в этот момент была занята отражением другой атаки, направленной против Дианы. С ней-то справилась, а вот себя не уберегла.
– Покажите! – почти бросив метлу с Муравьевой – последние пару аршин та пролетела уже разве что не в свободном падении – Цой резво метнулась к молодой графине, схватила за свежеобезображенную руку, бесцеремонно всю ощупала. – Пустяки! – выговорила с энтузиазмом – Воронцова не поняла, деланым или искренним. – Совсем не то, что в прошлый раз! Дома за пару дней выращу вам тут новые пальчики, лучше прежних!
– Лучше – не нужно, – пробормотала Милана, морщась от новой волны боли. – Хочу такие, как были! – выдавила-таки полуулыбку она.
– Как скажете, – Диана повела кистью, и боль в руке молодой графини тут же утихла.
– Спасибо, – выдохнула Воронцова. – Но, право: не стоило тратить ману!
– Да там пара мерлинов! – отмахнулась Цой.
Тем временем, бросив на талый снег верно послужившую им метлу, Муравьева уже вовсю наколдовывала портал. Вот в воздухе высветился серебристый прямоугольник, вот его принялась очерчивать рамка готовности…
– Идемте, молодая графиня, – аккуратно взяв за локоть, повлекла Милану к спасительному астральному тоннелю Диана.
– Я столь плохо выгляжу, что нужно вести меня за руку? – скривилась Воронцова.
– Вовсе нет! – поспешила заверить ее хабаровчанка. – Просто…
В этот момент со стороны почти готового портала послышался оглушительный треск –
