class="p1">— Я… — Теа чуть ли не впервые за время их знакомства растерялась. — Я не… да нет, что за глупости! Ты самый близкий для меня человек в этом мире. Разве этого мало?
— Мне — мало. Вот сейчас я это понял. Вдруг и окончательно. Мне — мало! — Он развернулся на каблуках и вылетел за дверь.
Теа растерянно опустилась в кресло. Вот и поговорили… Что это было? И что дальше?
А самое главное — как быть, если окажется, что ей тоже мало?
Глава 36
Дома в столице Теали и Кай выбирали не случайно. Дом Теали был большим особняком в центральном районе и идеально вписывался в легенду: хозяйка — баснословно богатая любительница дворцовых просторов. Зачем бездетной, пусть и молодой вдове без близких и дальних родственников столько помещений? Исключительно блажь и привычка к роскоши. К тому же особняк располагался относительно неподалеку от султанатского посольства.
А вот дом Кая был совсем другим: двухэтажный приземистый кубик, неказистый, некрасивый, зато основательный. Он вполне подходил удачливому золотоискателю — складывалось впечатление, что это не дом, а гора, в недрах которой хозяин скрывает сокровища. Но главной причиной выбора был отнюдь не архитектурный стиль.
Под домом скрывались глубокие подвалы, и часть помещений были явными кладовыми, но были и тайные закоулки, в одном из которых Кай с Теали нашли клад, оставленный старым купцом, накопившим немало драгоценностей, но не оставившим их потомкам. Если верить записям из архива, купец помешался на мысли, что сыновья ускорят его уход, чтобы поделить сокровища, и порвал все связи с родней. Теперь его дух якобы слоняется по кладовым и ищет свои сундуки.
Никакого привидения Теали не нашла и спокойно устроила в одном из тайных залов рабочее место — установила алтарь, разложила на стеллажах заготовки под артефакты, в бутылочках ждали своего часа зелья, а в углу, невзирая на отсутствие солнечного света, в кадке цвела лаванда. Рядом стояла еще одна бочка, в которой крутилась на воде щепка от одного особого дерева, которое в незапамятные времена и не в этих краях называли деревом кладоискателей. Именно с помощью этой деревяшки и особого ритуала богини Теали с легкостью находила спрятанные в земле или старых домах ценности. Сами по себе деньги ее не особенно интересовали. Дорогие наряды и драгоценности скорее действовали на нервы — она научилась их носить с легкостью урожденной придворной дамы, но и только. Большой дом, хорошие лошади, вычурный экипаж, слуги — все это было только средством на пути к истинной цели. А в бытовом плане Теа так привыкла довольствоваться малым, что стала равнодушна даже к мягкой постели и хорошей еде.
Все ради цели. Только вот… впервые с момента побега она вдруг задумалась — а правильно ли она эту цель определила?
Чего она хочет? К чему стремится? Месть, богиня и ее алтарь — это все понятно, но так ли важно на самом деле?
Теа прошла к своей лаванде и осторожно коснулась ладонью тонких сиреневых стрелок. Самый главный вопрос: а готова ли она ради мести пожертвовать Каем?
Сможет ли она жить… без него?
Скорее сможет, чем не сможет, но Теали честно себе призналась — с его уходом из ее жизни душа окончательно замерзнет. А разве можно жить, когда у тебя вместо сердца глыба льда?
Только о чем думать, если выбор зависит не от Теали и даже не от Кая. Родовые камни выбрали наследником именно его, а значит, его ждут трон и корона, а ей остается в будущем поприветствовать его величество Кайдена Пятого и отступить в тень, туда, где даже лучи солнца не смогут ее обогреть.
Теали зло смахнула воображаемую пылинку со столешницы алтаря и запретила себе думать о скором расставании. Что толку? Прямо сейчас Кай нуждается в ее работе. Пришло время порадовать регента. И жреца, конечно. Пусть весело будет всем.
Закатав манжеты, Теали прошла к стеллажам. Она вполне четко представляла, что именно хочет создать, и теперь продумывала нюансы. На губах сама собой расцветала улыбка, полная злорадного предвкушения, злодейская улыбка. Даже клыки прорезались. Теали не стала их прятать, наоборот, преобразилась, обнажая свой истинный облик фурии. Когда суть не прячется под человеческим обличьем, получается лучше, а Теали собиралась создать шедевр.
После того, что рассказала королева, последняя жрица древней богини решилась на очень серьезный шаг — глубокий транс для связи с центральным алтарем, а через него — с памятью прежних жриц. И еще раз убедилась, что их догадки о намерениях господина регента — не пустой звук. А раз так — этот хитровыдуманный взыскатель власти тоже должен соблюдать некий протокол и очередность действий и ритуалов. Помогать ему в этом должен кто-то, наделенный силой другого бога. Поскольку в королевстве богов, кроме Пресветлого, не осталось — понятно, кто был главным помощником.
Эти двое едины в своей цели. Один хочет абсолютной власти в ее светском проявлении, другой жаждет окончательно утвердить свой культ на всем континенте. Этот союз очень трудно разрушить извне. Зато можно попробовать разбить его изнутри. Сделать так, чтобы эти двое перестали доверять друг другу и из союзников стали соперниками.
Всего-то нужно, чтобы регент заподозрил жреца в намерении сделать королевство страной победившего культа и поглотить светские структуры власти, самому стать не только верховным жрецом, но и фактическим правителем. А жрец пусть подозревает, что, обретя власть, регент банально устранит его как свидетеля. Разве не чудесно? Остается подкинуть улики, подогреть сплетни. Заметка, с которой начнется атака на союз жреца и регента, выйдет уже сегодня, но прессой занимается Кай, ей не надо об этом беспокоиться. Ее задача — сделать артефакт, который будет не просто обнаружен во дворце, а обнаружен с большим скандалом. В газетах начнется настоящая истерия.
Теали подошла к алтарю и протянула руку, чтобы, царапнув кожу когтем, уронить одну рубиновую каплю — жертву богине. Больше не требовалось, но…
Кай, невесть откуда и когда взявшийся в зале — как настоящий призрак появился, — перехватил ее за руку, сжал запястье крепко, но бережно.
— Сколько раз я говорил тебе себя не ранить?! — Кай явно был готов взорваться.
Если припомнить, то повторял он часто и безрезультатно. Разве не пора смириться?
Теали закатила глаза:
— Кай…
— Не ранить, не царапать, не колоть, — принялся в очередной раз перечислять он. — Никаких «всего лишь одна капля»! Теали, с твоей бумажной кожей этого никак
