Потягивая вино, я с интересом наблюдала за происходящим, чувствуя передавшееся мне вместе с энергией зала возбуждение. Подогретое адреналином, оно бежало в крови, заставляя сердце стучать чуть сбивчивее обыкновенного. Ладонь Макса, как и там, в машине, опустилась на моё колено, и я вздрогнула. Пальцы его прошлись по внутренней стороне бедра, вызывая нервные тянущие импульсы. Это было чем-то невообразимым… Гудящий зал, запах предстоящей схватки и его пальцы.
— Не надо, — выдохнула я, накрыв его ладонь своей и, сделав большой глоток вина, отставила бокал.
— Встречайте, — прогромыхал конферансье на весь клуб. — Боец, которого мы так долго ждали, боец, уже неоднократно доказывающий, чем грозит встреча с ним в пределах этого, — он обвёл ринг рукой, — квадрата. Боец, бои без правил для которого — сама жизнь, боец, не нуждающихся в долгих представлениях — Мурат, известный вам под именем Красный бык!
Зал заулюлюкал, мужчины засвистели, захлопали, со всех сторон раздались одобрительные окрики. Рыжеволосая женщина, что подходила к нашему столику, выкрикнула имя мужчины и подняла вверх большой палец.
— Продажная сучка, — глянув в её сторону, небрежно, со смешинками во взгляде, усмехнулся Макс и затянулся.
Я заметила, как переглянулись братья, как Макс, вмиг став серьёзным, кивнул, как дёрнулся уголок губ Дэна.
— И его соперник! — вновь раздался голос конферансье, когда шум чуть поутих. — Стремительный и опасный, не оставляющий противнику шанса. Боец, не потерпевший на этом ринге ни одного поражения. Дэн! Денис — Чёрный дракон!
Зал снова зашумел. На этот раз шум был такой, что у меня едва голова не взорвалась. Склонившись к Максу, я, не слыша себя, спросила:
— Ни одного поражения? А ты?
— Мы с братом никогда не сходились на ринге, — ответил он, глядя мне в глаза. Сквозь хлопки и крики я отчётливо услышала его голос, будто бы вокруг стояла тишина. Качнула головой и отпила вино.
Конферансье, помедлив ещё немного, объявил начало боя и… Снова сплетение тел, удары, чёткие и выверенные движения. Я чувствовала напряжение Макса, чувствовала, как сгущается запах борьбы. Серия ударов… Ещё одна…
— Давай, Дэн, — процедил Макс сквозь зубы, стоило его брату пропустить удар.
Впрочем, в долгу Дэн не остался. Не прошло и нескольких секунд, как он ответил сопернику куда более сильным, резким. Оскалился, тряхнул головой и пулей отскочил прочь. Чёрный дракон… Завороженная, я следила за боем и сжимала руки в кулаки каждый раз, когда понимала, что Дэну грозит опасность. Нет, не опасность… Опасностью здесь был он сам, тогда как его противник…
— Да, Георг, — боковым зрением я заметила, как Макс поднёс трубку к уху.
Зал взорвался, стоило Дэну угодить противнику в плечо. Ещё один удар — в скулу. У Красного быка на лице выступила кровь, Дэн же, казалось, окончательно озверел от этого. Не знаю, сколько уже шёл бой. Время летело стремительно и вместе с тем тянулось. Заведённая, я то задерживала дыхание, то выдыхала, понимая, что через несколько секунд вдох снова застрянет в горле.
— От первого брака? — Голос Макса звучал напряжённо. — Ты уверен? Да… Хорошо, я жду. Да…
Дэн снова пошёл в атаку. Резкий выпад и назад… Теперь наступал Красный бык.
— О, Боже, — выдохнула я, когда тот, изловчившись, ударил Дэна под рёбра. Тот сжал зубы, оскал на его лице стал звериным.
— Всё в порядке? — обернулась я к Максу. Взгляд того был мрачным, тяжёлым.
— У тебя есть брат? — неожиданно спросил он, заставив моё сердце бухнуться в пятки.
По спине прокатился холодок, слова застряли в горле. В зале было тепло, даже немного душно, но я вдруг ощутила озноб. Макс неотрывно смотрел на меня, и с каждой секундой моего молчания взгляд его становился лишь тяжелее.
— Так у тебя есть брат? — повторил Макс, тогда как глаза его стали по-дьявольски чёрными.
Возле нашего стола кто-то остановился. Я скорее почувствовала, чем заметила это.
— Есть, — пустующий до этого стул скрипнул. Голос был знакомым… знакомым до такой степени, что… Медленно повернувшись, я увидела… На меня смотрел мой собственный брат. Смотрел, пронзая льдинками взгляда до самого нутра, а после посмотрел на Макса и холодно выговорил, обращаясь уже к нему.
— Есть, сукин ты сын. Ещё как есть.
21
Марика
Все звуки, окружающие нас, стихли, словно столик внезапно накрыло прозрачным куполом. Макс перевёл взгляд с Вандора на меня, и мне стало ясно, что внутри у него сейчас… нет, даже не буря. Нечто страшное, разрушительное, такое чёрное и яростное, что говорить что-либо бессмысленно. Да я и не могла. Говорить надо было раньше, а теперь…
— Твоя мать который день места себе не находит, — брат снова посмотрел на меня. Теперь лёд в его глазах стал ещё острее. Колючий, он впивался мне под кожу, вот только чувствовала я вовсе не эти льдинки. Я чувствовала ярость демонического пламени, видела лишь потемневшее лицо Макса и презрение. То самое презрение, с которым он смотрел на меня в нашу первую встречу.
— Я звонила ей, — выдавила, понимая, как глухо звучит мой голос. Хотелось сделать глоток вина, но пальцы не слушались.
Заметив проходящую неподалёку от нас официантку, Вандор подозвал её, и когда та приблизилась, приказал:
— Принеси ещё один стакан. И побыстрее.
Глянул на неё так, что девушка на мгновение оцепенела, а после, что-то шепнув, быстро пошла к бару. Меня всегда раздражала эта его манера разговаривать с людьми так, будто они были пустым местом. Грязью у него под ногами. Самолюбивый хозяин жизни, привыкший считать себя вольным распоряжаться чужими судьбами. Понятия не имею, как терпит его жена!
— Ты считаешь, этого достаточно, Марика? — всё так же спокойно, холодно, свысока, обратился он ко мне.
— Я считаю, что это не твоё дело! — огрызнулась я зло и невольно глянула на Макса.
Тот по-прежнему молчал. Я поняла, что снова слышу гул людских голосов, выкрики и прочий окружающий нас шум. Теперь он казался слишком громким, царапающим, бьющим по сознанию. Хотелось сжать голову руками, замотать ею, чтобы вся эта несуразица закончилась. Как объяснить Максу, чтобы он понял?! И Вандор…
— Пожалуйста, — официантка поставила на стол низкий стакан для виски. — Что-нибудь ещё?
— Свободна, — только и бросил он, взяв бутылку. Плеснул себе пару глотков и, неспешно отпив, посмотрел в сторону ринга.
— Достойное развлечение для тебя и тебе подобных, — с циничной усмешкой бросил Вандор, не скрывая сквозящего в голосе презрения.
Я видела, как по скулам Макса заходили желваки, как надулась вена на его шее. Чернота в глазах… Нет, до сего момента я не представляла, какими чёрными могут быть его глаза. Мне вдруг стало страшно. Гул вокруг превратился в шквал, и я против воли посмотрела в сторону ринга. Противник Дениса лежал на полу, тогда как сам он, тяжело дыша, стоял в самом центре. Прядь тёмных волос прилипла ко лбу, тело блестело от пота, скула была рассечена. Оскалившись, он стёр предплечьем кровь со лба и отошёл на шаг. Глянул в зал, и я вдруг почувствовала нечто похожее на удовлетворение, на гордость. Брат Макса…
— …и ты и твой брат, — сквозь шум донёсся до меня голос Вандора.
В следующий миг Макс, отшвырнув стул, вскочил со своего места. Не успела я ахнуть, Вандор тоже оказался на ногах.
— Ублюдок! — процедил Макс, стиснув в кулаке ворот его рубашки. Второй кулак с размаху впечатался в подбородок. — Я тебя…
Вандор покачнулся, ухватился за спинку стула и зло выдавил:
— Что «ты»? — сплюнул под ноги. Руки его сжались в кулаки, глаза недобро блеснули. — Ты такой же недомерок, как и твой отец. Тот только и мог, что кулаками махать. Думаешь, я позволю, чтобы моя сестра…
Верхняя губа Макса дрогнула. Каждая его мышца, каждый мускул, каждое сухожилие были натянуты. Вандор провоцировал Макса, бил по неведомым мне болевым точкам. Ничего не зная о прошлом Макса, я понимала, что эта игра ведётся не по правилам.
