— Вопреки его желанию?
— Да, за сына сквайра Вудвея. Брат считал, что она может сделать более удачную партию, но Кэт хотела быть хозяйкой своей жизни.
Маленькая Кэтрин вышла замуж за Вудвея? Это действительно удивило Хелен, потому что она помнила сыновей овдовевшего сквайра, эту полудюжину молодых хулиганов, имевших смутное представление о хороших манерах, не говоря уже о семейных узах. Понятно, что Кэм возражал против брака сестры с таким человеком, хотя их семья отнюдь не страдала безденежьем, а их покойная мать, по слухам, была женщиной достойного происхождения и со связями.
Хелен пребывала в замешательстве. Кэм говорил, что его сестра вышла замуж совсем молодой, и действительно, Кэтрин была всего на несколько лет старше Бентли.
— Я что-то не очень хорошо понимаю. Они убежали? В Шотландию? И что сказал ваш отец по поводу этого брака?
Бентли покачал головой:
— Нет, они венчались в церкви Святого Михаила. Отцу было все равно, он почти ничего не сказал. И с какой стати? Но деньги семьи были в руках Кэма, и сестре пришлось чертовски тяжело уговаривать его.
— Когда они поженились? — спросила Хелен, игнорируя последнюю колкость.
— Не помню. Лет пять назад.
Хелен произвела быстрый подсчет в уме.
— Боже милостивый. Кэтрин едва исполнилось семнадцать лет! Мне понятна тревога Кэма.
Холодное выражение появилось на лице Бентли, и он пожал плечами.
— Вам не требуется что-то говорить. Я знал, что вы примете его сторону.
— Я ничью сторону не принимаю, Бентли.
— Я ненавижу его. — Сейчас это говорил не мужчина, которым он хотел казаться, а мальчик, которым он, по сути, и был. — И я больше не желаю говорить об этом. Если хотите рассказать святому Кэмдену, что я пытался вас поцеловать, Хелен, то ради бога. Он, кстати, будет рад поводу выставить меня за дверь, потому что уже грозился сделать это.
— Бентли, вряд ли я нуждаюсь в вашем брате, чтобы защитить свою честь. — Юноша был невероятно зол на брата, и Хелен чувствовала, что за этим кроется нечто гораздо более глубокое. Возможно, он и доверится ей когда-нибудь. — Ну же. — Она протянула руку. — Давайте мириться. Друзья?
Молчание было долгим, потом Бентли медленно протянул руку, и ее пальцы утонули в его большой руке.
— Ладно, — сказал он удивительно мягко. — Друзья.
Сжимая его руку, Хелен задумчиво глядела в сад. Тени удлинились, и Ариана шла к двери, аккуратно держа мячик. Хелен отпустила руку Бентли, чтобы помахать ей. Вдруг Ариана подняла голову и широко улыбнулась, когда увидела стоявшую у окна Хелен. Это была замечательная улыбка, полная надежд и обещаний.
— Знаете, Бентли, мне кажется, стало прохладно. Почему бы нам не разжечь камин в гостиной, всем троим? А потом мы с вами наконец сможем поиграть в триктрак.
Глава 9
О Геспер! Пробуди желание и сердце растопи!
Ночной ветер стонал в кронах деревьев, окружавших Халкот. Устав после тяжелой работы в поле, Кэм рухнул на кровать и тут же провалился в черное забытье. Однако ветер разбудил его, и теперь он пребывал в состоянии, похожем на дремоту.
Он ведь не собирался спать. Или собирался? Нет. Кэм вспомнил. Он хотел только полежать, дожидаясь, когда затихнет очередная пирушка у отца.
Он неподвижно лежал в темноте, поглаживая рукой красную бархатную коробочку, спрятанную под подушкой. Это был день рождения Хелен. О чем совершенно забыла Мэри Мидлтон. Он не понимал, почему это так важно для Хелен, но ведь девушки вообще совсем другие. Когда день подошел к концу, она попыталась сделать вид, что ее совсем не обидела забывчивость матери, которая не подарила ей хотя бы новую ленточку для волос. Но Кэм видел слезы в ее глазах. И разделил ее боль.
Он снова провел рукой по коробочке. Теплый красный бархат, так похожий на губы Хелен. Он почувствовал, что все в нем сжалось от страха и предвкушения. Наверное, это плохо — целоваться и ласкать друг друга, как ласкали друг друга они. А ведь все считают их просто друзьями. Но уже очень и очень давно она значила для него гораздо больше. За исключением брата и сестры, Хелли была его жизнью.
Она тоже хотела большего. Она хотела его. И теперь не скрывала желания, не дразнила, не мучила. Что до него, то, несмотря на все неприятности, в которые она постоянно втягивала его, Кэм никого не любил так сильно, как Хелен. И он был уверен, что в скором времени они непременно поженятся.
О, его отец уже стал ворчать по поводу его дружбы с «сумасбродной девчонкой Мэри», как он презрительно называл Хелен. Даже вяло пригрозил отправить Кэма весной в Оксфорд. Но это лишь пустые угрозы, к концу зимы у отца не останется ни пенни. Сезон охоты итак уже почти опустошил его карманы, не говоря о трех новых лошадях в конюшне и бесконечных пирушках в Халкоте, где добрая половина бездельников из местного высшего общества с утра до вечера поглощала его вино.
Но может, он сам не намного лучше друзей своего отца? Кэм обхватил пальцами бархатную коробочку, сжал ее и начал думать о таких вещах, о которых не подобает думать джентльмену. Его плоть мгновенно напряглась. Он не мог противиться желанию сунуть руку под одеяло и прикоснуться к ней. Но теперь этого уже недостаточно.
О Хелен! Он почувствовал, как горячая кровь приливает к коже, как им овладевает безудержное желание. Он хотел ее по многим причинам. Но никто этого не понимал. Все считали его слишком молодым, чтобы знать, что ему нужно. А это не так. Да, он немного застенчив, — скучен и мрачен, сказал однажды его отец, — и все же Кэм был уверен в своей любви к Хелен так же абсолютно, как был уверен в своих способностях.
Может, он скучен и мрачен, но в этом году ферма дала прибыль в два раза больше прошлогоднего, и Кэм знал, что все только благодаря его способности вести расчеты и трудиться до седьмого пота. Но все равно отец издевался, насмехаясь над его отказом участвовать в пирушках в Халкоте.
Прошлым вечером Рэндольф толкнул к нему грудастую вдову, сопроводив это таким непристойным предложением, что Кэму даже стало ее жалко. Однако женщина обиделась на самого Кэма за его безразличие, а Рэндольф отвернулся от него.
— Не мой сын, — громко заявил он, и его слышали не менее дюжины гостей.
Сегодня пирушка двумя этажами ниже вообще походила на оргию. Судя по всему, ковры были сняты для танцев, потому что пьяный смех доносился уже из коридора. Значит, можно не бояться. Он рискнет. Кэм тихо встал с кровати и выскользнул коридор.
Как он и ожидал, свет не пробивался из-под двери Хелен. Постучав условным стуком, он быстро шагнул в комнату. В тонкой полоске лунного света Кэм увидел, как Хелен отбросила покрывало и села. Он молча пересек комнату и устроился на кровати рядом с ней.
