что до этого дня, они не оставляли следов. А, как говорится, нет следов-нет доказательств. Мы о них знали, но поймать или доказать что-то мы не могли, — внимательно следил за мной и майор, — отсюда самый главный вопрос: как?
— Я вас правильно понимаю, что вы хотите узнать, что за система защищает этот дом? — не стал прятать взгляд от майора я.
— Всё верно, Иван, если такая система смогла остановить эту группу, то я хочу знать что это, и самое главное, как это можно использовать в другом месте? — продолжил давить Власов.
— Хорошо, от ИСБ у меня секретов нет. Попрошу только не делать поспешных выводов и резких движений. Хорошо? — продолжил сверлить взглядом я майора.
— Да, вполне, я держу себя в руках, — прекратил сверлить взглядом меня Власов.
— Тихон, — обратился я к домовому, — покажись, пожалуйста, товарищу майору. Если можешь, то всей семьёй покажитесь.
Рядом со мной возник домовой, вместе со всей своей семьёй, даже Тимошка и тот был тут. Брови Владимира Павловича всё больше и больше ползли вверх. В его глазах явно проходили какие-то жёсткие мыслительные процессы. Он переводил взгляд с одного человечка, на другого, а затем на меня с моим отцом. Видимо сначала он думал, что мы его разыгрываем. Прошло буквально секунд двадцать времени и я понял, что майор пришёл к какому-то выводу.
— Иван, познакомь меня пожалуйста с нашими новыми гостями, — перевёл взгляд на меня Владимир Павлович, — Я хочу убедиться в своих предположениях.
— Это Тихон и его семья, — повёл правой рукой я, — они домовые и живут у нас уже где-то с месяц.
Владимир Павлович Власов был человеком очень серьёзным, но, уже дважды за время знакомства с Иваном Петровым его пробирал смех. Этот критичный момент в доме родителей Ивана не был исключением. Майор заржал как дикий конь, из его глаз текли слёзы, он не мог остановиться где-то минуты три, пока сердобольные хозяева мне предложили ему воды. Его собеседники не понимали причину веселья Владимира Павловича. Пришла пора им всё объяснить.
— Прошу прощения за реакцию, нервы, — утёр слёзы Власов, — я сейчас всё вам поясню. Представьте себе элитная группа убийц, за которыми гоняется всё ИСБ уже пятнадцать лет, всем составом убивается об семью домовых. Для меня — это просто истерика. Тихон, я прошу прощения, я нисколько не сомневаюсь в вашей силе, просто, я никак не мог подумать, что всё произойдёт так.
— Полно, вам, барин, извиняться. Про нас, практически, забыли. Остались только некоторые колдуны да ведуньи, которые о нас ещё что-то знают, — глубоким басом ответил Тихон, — а свой дом мы горазды защищать. Раньше, почитай, Мы в каждом доме жили, и никто незваным татем в дом не заходил — все знали, что мало не покажется. Одно жалею, что сил пока что маловато — не удержали Мы дома, но время есть-починим.
— Скажи, Тихон, а вы любое здание можете принять, как дом или как? — спросил у домового майор.
— Там где есть люди, там мы можем жить, — ответил Тихон, — сарай, там, дом отдельный или целое здание. Мы везде уживаемся.
— А если дворец? — поднял бровь Власов, — это же тоже жилое помещение.
— Во дворце одному сложно, — почесал макушку Тихон, — там семья нужна, кухонники там, банники, кикимору куда-нибудь в сад желательно. Тогда, в целом, можно будет.
— Спасибо за советы, Тихон, теперь я буду это знать.
— Не за что барин, пойдём Мы, — ответил Тихон, — барин, ты бы своих опричников с лужайки-то убери. Они там уже Всё нашли, а нам прибраться надо. Непотребство убрать.
— Конечно, сейчас прикажу ребятам, — кивнул майор.
Домовой помахал рукой и исчез вместе со своей семьёй. Майор ушёл буквально на пару минут и оцепление с нашего дома постепенно стало разъезжаться. Когда Владимир Павлович вернулся, девушки пригласили нас за стол. Больше в этот вечер плохих тем в этом доме не поднималось, а за окном невидимые работники восстанавливали в идеальное состояние лужайку перед домом.
Глава 26 Будет день — будет и пища
Как говорится, в тесноте да не в обиде. Ужин прошёл интересно, в тесном семейном кругу, которые сегодня расширился на шесть новых человек. Девушки, несмотря на то, что они дворянки, даже не спорили с мамой. Как потом сказала Катя, самостоятельно готовила на кухне она в первый раз, но ей очень понравилось. Поначалу, мы обсуждали нейтральнае темы, мои родители знакомились с моими друзьями, а мои друзья знакомились с моими родителями, лишь майор старался не встревать в семейные разговоры — он сам выбрал для себя роль стороннего наблюдателя. Постепенно, все разговоры за столом были переведены на тему моей "дуэли". Оказывается, Виталик в Новослободске личность довольно известная своими выходками, и, поэтому, родители были полностью за исход нашей драки. Катя рассказала, что победа на дуэли — это не все положительные события за тот день, и, поэтому, мне пришлось признаваться.
— Мам, пап, я думаю, что вам всем придётся уехать со мной в Москву, — начал свою речь я, — кроме Коростелёва, первоначально, там было ещё три дворянина. Единственное отличие тех парней — это то, что они драться не стали и выплатили Виру За оскорбление.
— И,большая-ли вира? — первым задал вопрос дед, — небось, тыщу рублей сунули и смотались?
— Да, погоди дед, — сказал мой отец, — дай, чтобы Ваня закончил. Продолжай сынок.
— Так вот, в качестве виры, мне достался ресторан "Арарат" на Арбате, квартира в Москве и завод электроники под названием "Кречет", — продолжил я, — а, так как я обучаюсь в Императорской академии, времени, на то чтобы вникнуть в работу заведений, боюсь, у меня не хватит. Поэтому, мне нужна помощь семьи.
За столом образовалась тишина. Понятно, что вся моя семья " слегка " ошарашена. Через пару мгновений дед прокашлялся и положил руку на плечо Яны.
— Дочка, сходи, пожалуйста, в подвал, там справа увидишь гранёный графин с тёмно-красной жидкостью, принеси пожалуйста. Сейчас, нам всем он не помешает, — попросил он девушку.
Яна действительно сходила в подвал и, спустя секунд тридцать, вернулась обратно с хрустальным графином, запечатанным сургучом, в котором плескалась янтарно-красная жидкость. Она поставила этот сосуд на стол и вернулась на своё место.
— Спасибо, дочка, — взял в руки графин дед и начал протирать его тряпочкой, — этот коньяк я хранил с того момента, как мы с вашей бабушкой поженились. Это Императорский коньяк, который нам подарили на свадьбу и бабушка решила, что мы откроем его только в тот день, который будет поистине счастливый для всей нашей семьи.
