есть мое разрешение трахнуть его до поглупения в ночь выпускного».
«Что?!»
«Мелани, я испугалась, потому что мне понравилось целовать тебя и все остальное. И это напугало меня. Мне жаль. Если ты хочешь выебать ему мозги, делай это. Но сначала ты должна стать здоровой».
Глаза Мелани почти выпучились, когда она вникла в то, что только что сказала Дженнифер. Несмотря на то, что я обсудил это с Дженнифер, как отреагирует Мелани?
«Правда, Дженнифер?»
«Да, Мелани. И мы поговорим. Втроем. Мы сможем все уладить».
Мелани засияла, тучи на ее лице мгновенно исчезли.
«Я с нетерпением жду выпускного», — сказал я.
«Спасибо, Стив. Спасибо, Дженнифер», — прошептала она.
«Мы должны идти. У нас мало времени здесь», — сказал я.
«ОК».
«Я думаю, ты можешь получить то, что хотела в прошлый раз».
Я наклонился и нежно поцеловал ее в губы. Дженнифер посмотрела на меня, и я кивнул. Она наклонилась и поцеловала Мелани в губы.
Мелани выглядела сияющей.
Мы вышли.
«Доктор, я думаю, вы увидите, что ее отношение полностью изменилось».
«Что?! Позвольте мне пойти поговорить с ней. Подождите здесь, пожалуйста».
«ОК», — сказал я.
«Когда мы закончим здесь, мне нужно уединиться с тобой!» — прошептала Дженнифер.
Примерно через 20 минут психолог вышла.
«Это самый удивительный поворот в отношении. У нее все еще есть проблемы, особенно с суицидальными мыслями как реакцией на эмоциональную травму, но то, что вы двое восстановили с ней дружеские отношения, стало большим шагом. Думаю, теперь мы можем работать над основными проблемами».
«Спасибо, доктор», — сказал я.
Я позвонил папе из телефона-автомата и сказал ему, что ужинаю у Дженнифер, а ее мама привезет меня домой.
«Дженнифер, давай поедем к тебе домой, ОК?».
«Конечно! Я позвоню маме и уточню, можно ли Ларри и тебе прийти на ужин».
Она позвонила, получила положительный ответ, и мы отправились в путь. Когда ужин закончился, Ларри ушел, а мы с Дженнифер пошли в подвал. Я думал, что мы окажемся в ее комнате, но, видимо, она хотела поговорить.
«Давай поговорим», — сказала она.
«Конечно», — согласился я.
«Как нам двигаться дальше? Как нам узнать, как правильно поступить?»
«Все, что мы можем сделать, это приложить максимум усилий в любой момент. Посмотри, сколько ошибок мы совершаем. Но в конце концов мы находим правильное решение. Помнишь мою борьбу с тем, что я причиняю боль людям? И как ты сказала мне не прекращать попытки любить людей? Ну, это все, что мы можем сделать. Пытаться поступать правильно, исправлять ошибки и двигаться дальше. Это то, что я делаю. И я постоянно ошибаюсь».
«Я помню, ты говорил, что в какой-то момент ты смог поступить правильно только после того, как поступил неправильно. Это ужасный способ жить».
«Да, но это жизнь. Я это усвоил. Ты не можешь избежать причинения боли людям. Это невозможно. Я пытался. Биргит пыталась избежать боли, ничего не делая со своими чувствами, и это ранило меня, и мы потеряли около восьми месяцев возможных отношений. В итоге я причинил боль и Бекки, и тебе, пытаясь избежать боли».
«Это отстой», — вздохнула Дженнифер.
«Это так. Но какова альтернатива? Решение Мелани?»
«НЕТ!»
«Именно. У меня было несколько месяцев терапии, чтобы помочь мне пережить Биргит. И посмотри, через какое дерьмо я прошел. И я тащил тебя через это вместе с собой».
«Нет, я пошла добровольно; ты меня не тащил».
«Нет, тащил. И мы пошли добровольно, чтобы помочь Мелани. Это не будет красиво, несмотря на то, что ее отношение изменилось сегодня. С Мелани что-то глубоко не так, и потребуется профессионал, чтобы найти это и помочь ей. Я с готовностью пошел на помощь Бетани. Большую часть этого времени я провел, проходя по минным полям и наступая на мины. И все же, глянь, что вышло».
«Да, ты сделал свою магию, трахнул ее, дал ей несколько оргазмов, и теперь она нормальный человек, встречающийся с юниором!»
«Как будто это так просто. О, и она дала столько же хорошего, сколько и получила в части секса!»
«Вау! И ты знаешь, что я дразнюсь».
«Это трудно Дженнифер. У нас есть друзья, у которых есть проблемы. У нас есть проблемы. Мы должны решать их. Я не хочу обсуждать альтернативу отказа от работы над проблемами».
«Мы можем обсудить меня?»
«Да».
«Почему я боюсь?»
«По той же причине, что и я. Жизнь постоянно преподносит нам пугающие ситуации. Мы подростки, у которых очень мало опыта. Но знаешь что? Даже взрослые боятся».
«Например?»
«Моя мама боится, что я взрослею. Она до смерти этого боится. Родители Мелани боятся, что Мелани может снова попытаться покончить с собой. Родители Бекки боятся, что она будет вечно тосковать по мне. Твои родители боятся, что у нас ничего не получится. И так далее. И это только некоторые из их проблем. Я уверен, что у них есть проблемы в отношениях, с друзьями и на работе».
«Действительно».
«И я уже говорил тебе, как меня пугает ситуация со Стефани; точно так же, как тебя пугает ситуация с Мелани».
«Так что же мне делать?»
«Я не могу ответить на этот вопрос за тебя. Есть два варианта: делать это или не делать. Но не вини Мелани в том, что ты чувствуешь. У меня такой же выбор со Стефани, делать это или нет. Но я не могу набрасываться на нее или обвинять ее в том, что я чувствую».
«Правда. Ты действительно собираешься заняться любовью со Стефани? Ты действительно решил сделать то, о чем она просила?»
«Да, Дженнифер. Я не вижу никакого разумного способа отказать ей. Я разберусь со своими страхами. Они мои. Она абсолютно уверена, что хочет именно этого».
«Откуда ты это знаешь?»
«Потому что я дал ей понять, что знаю, чего она хочет. И она знает, что я сделаю это, когда она попросит».
«Боже мой!»
«Подожди, я думал, ты сказала, что это прекрасно и мне не стоит беспокоиться о том, что думают другие люди?»
«Я не возражала. Я просто думала, что ты позволишь своим страхам остановить это. Ты можешь помочь мне преодолеть мои страхи?».
«Ты хочешь? Действительно хочешь?»
«Да. Я поцеловала Мелани, потому что хотела этого».
«Я помогу тебе».
«Знаешь, я так завелась, когда вы втроем любили меня в тот день у Мелани, и это напугало меня до смерти. Но с тобой я чувствую себя в безопасности, Стив. Я все еще хочу исследовать свою дикую
