в стену, спровоцировав новый обвал, – выход из пещеры завалило, отрезая единственный путь к спасению. Мико накрыла голову руками и зажмурилась, спасаясь от пыли и камнепада.
Белая обезьяна с размаху ударила противника по макушке. Тот в ответ схватил её за рёбра и с треском вырвал два из них из грудной клетки. Белая обезьяна налетела на врага, прошибая его плечом, повалила на землю. Лапа разжалась, выпуская Мико и Кёко, удивительно осторожно для такого большого существа – и обезьяны снова сцепились, разрывая друг друга на части.
К Мико подскочил непонятно откуда взявшийся Ицуки, дёрнул за руку, помогая подняться, торопливо жестами показал что-то Кёко. Волчица, проследив за его руками, решительно кивнула, Ицуки ловко взобрался ей на спину и втащил за собой Мико.
Обезьяны ревели, продолжая ожесточённую схватку, а Кёко со всех ног неслась прочь, туда, куда указывал Ицуки. Кёко предупредительно гавкнула, и Ицуки пригнулся, Мико едва успела сделать то же самое, перед тем как они ворвались в узкую расщелину. Послышался плеск – Кёко наступила в лужу и замедлилась. В расщелине было темно – никаких кристаллов. Светились только огненные хвосты, немного освещая путь, но больше – бросая густые тени ровно туда, куда они шли. Кёко замедлилась и принюхалась. Зарычала, поднимая хвост выше, чтобы осветить полчища крабов у них на пути.
Эти были меньше своих собратьев – размером со среднюю собаку. Испугались огня и расступились, насколько позволяло узкое пространство. Щёлкали клешнями и скрежетали, надеясь напугать Кёко в ответ. Продолжая угрожающе рычать, Кёко двинулась дальше.
Запахло водорослями, а редкие всплески под волчьими лапами превратились в постоянный шум воды. И кажется, чем дольше они шли, тем её становилось больше.
– Это что? – с опаской спросила Мико, глядя на отражения огненных бликов в воде. – Прилив?
Кёко дёрнула ухом и зарычала так, что Мико готова была поклясться, что она крепко выругалась. Ицуки бодро закивал и жестом, который поняла даже Мико, призвал ускориться. Если прилив застанет их в этой узкой расщелине – выбраться уже не получится. Кёко остановилась и оглянулась, как будто предлагая вернуться. Но Ицуки покачал головой: похоже, он думал, что вернуться они не успеют.
Клацнув зубами, Кёко рванула вперёд. Вскоре зашипели и потухли хвосты, пришлось двигаться прыжками, чтобы справляться с потоком воды, который добрался волчице до груди. Без хвостов стало совсем темно, и Мико надеялась, что волчье зрение позволяло Кёко хоть что-то разглядеть.
– Может, нам слезть? Тебе будет легче? – спросила Мико. Но ни Кёко, ни Ицуки не смогли ей ответить так, чтобы она хоть что-то поняла. Вот же! Надо уже выучить этот язык жестов! Кёко пыхтела, сражаясь с потоком, а когда вода поднялась ещё выше, Мико просто смыло с её спины.
Пришлось плыть – а плавала Мико так себе – в полной темноте, на ощупь, быстро перебирая конечностями. Тяжёлые хакама мешали ногам двигаться, то и дело цеплялись за выступающие камни и тянули вниз.
«Держи голову над водой!» – напоминала себе Мико, вытягивая шею, но то и дело ныряла вниз, глотая обжигающе солёную воду. Она старалась не думать о страхе, который сковывал позвоночник и мешал дышать. Он мог помочь ей только умереть, а умирать Мико не хотела, и потому, стиснув зубы, продолжала упорно грести.
Вода подняла их к самому потолку расщелины – острые сталактиты делали оставшееся пространство похожим на клетку. Мико отчаянно хваталась за «прутья», протягивая себя вперёд. Её направляло шумное дыхание волчицы.
Теперь голову приходилось держать над водой, почти упираясь носом в потолок. Мико стремительно выбивалась из сил. Страх, который Мико отгоняла так успешно, захлестнул её, будто только и ждал, когда же она даст слабину. Дыхание стало быстрым и поверхностным, сердце замирало от навязчивых мыслей о том, что Мико вот-вот пойдёт ко дну. Сколько ей осталось вдохов, прежде чем вода накроет её с головой? Десять? Двадцать? Даже если и сто – просвета впереди видно не было, а из-за шума крови в ушах Мико перестала слышать Кёко, окончательно потерявшись в темноте. От сковавшего её тела ужаса Мико на мгновение ушла под воду. Захлёбываясь, распахнула глаза и увидела едва заметный просвет впереди. Выход?
Демоны Бездны! Отсюда есть выход!
Мико заработала руками быстрее, поднимая себя над водой, и загребла вперёд из последних сил. Вытянула руку, и её перехватил за запястье Ицуки, подтягивая к себе, подтолкнул вперёд, позволяя нащупать ладонями мокрую шерсть Кёко. Мико вцепилась в неё пальцами и забила ногами, помогая волчице плыть.
Свет приближался. Но и вода всё прибывала. Когда он стал ослепительно ярким, вода заполнила пещеру целиком. Мико успела вдохнуть полную грудь воздуха и уйти под воду вслед за Кёко. Всё, что осталось у Мико, – далёкий свет и удары сердца в ушах. Но потом и свет начал меркнуть.
Грудь распирало и жгло. Мико не выдержала и выпустила воздух, утонув в стае пузырей. Мико старалась не вдыхать, но не смогла – вода с болью хлынула в лёгкие.
Волчица вырвалась из-под воды, когда Мико уже теряла сознание. Мико подбросило на её спине, и она закашлялась, плача от того, насколько сильно жгло горло, нос и грудь. Обхватила шею Кёко и прижалась, насколько хватало сил.
Они оказались в просторном гроте, в который забегали ленивые волны океана. Кёко подгребла к тонкой полоске берега. Сбросила Мико на влажный, покрытый водорослями камень, обратилась человеком и подбежала к кромке воды.
– Ицуки! – закричала она, прикладывая ладони ко рту. – Ицуки!
– Он толкнул меня вперёд, – прохрипела Мико. – Остался сзади.
– Вот же! – Без раздумий Кёко вытянула руки и нырнула. Всплыла в центре грота и снова скрылась под водой.
Мико напряжённо ждала, металась взглядом по гроту, молясь Сияющей Богине, чтобы Кёко появилась и Ицуки был жив. Прилив продолжал наступать, пожирая и ту небольшую кромку суши, на которой ютилась Мико. С каждым мгновением сердце вздрагивало всё тревожнее, Кёко не возвращалась. Грот утопал.
– Кёко! – Мико знала, что она не услышит, но не могла больше ничего сделать, а от этого сходила с ума. Она подползла к краю. – Кёко! Ицуки!
Они не могли утонуть. Они же не могли… Не могли же…
С громким, свистящим вдохом Кёко выпрыгнула из воды, а следом за ней показалась голова Ицуки – она безвольно болталась от каждого движения Кёко.
Мико нашла в себе силы подняться и протянула руки, чтобы принять Ицуки и помочь вытащить его на берег. Прилив, кажется, остановился.
Ицуки не дышал. Это Мико поняла сразу. Хватая его за одежду, она изо всех сил
