вышло.
— Нужно это прекратить, — сказала она. — Я тебя освобожу. Клянусь. Только… и ты освободи меня.
— Я не знаю как, — ответил Андрол, поднимаясь и глубоко вздыхая. — Извини.
Он говорил правду.
— Этот круг был плохой идеей, — сказала Певара. Он подал ей руку, чтобы помочь подняться на ноги. Но она не приняла руки и встала сама.
— Кажется, сначала это была твоя плохая идея, а уж потом моя.
— Верно, — согласилась она. — Не первая, но, возможно, худшая. — Она села. — Нужно всё хорошенько обдумать. Попробовать найти способ…
Дверь с грохотом распахнулась. Андрол резко обернулся, а Певара обняла Источник. В руке Андрола как оружие был зажат канавочный резец. Он также ухватился за Источник. Певара вновь почувствовала в нём то самое жидкое пламя — слабое из-за скромности его таланта, словно одинокий, крохотный всплеск магмы, но всё же обжигающе горячее. Она ощутила его трепет. Значит, прикосновение к Источнику вызывает у них одни и те же чувства. Удерживать Единую Силу — всё равно что впервые открыть глаза: мир оживает.
К счастью, ни оружие, ни Единая Сила не понадобились. В дверном проёме стоял юный Эвин, по его лицу стекали дождевые капли. Он захлопнул дверь и подлетел к верстаку Андрола.
— Андрол! Там… — начал было он, но застыл на полуслове, заметив Певару.
— Эвин, ты пришёл один, — ответил Андрол.
— Я оставил Налаама наблюдать, — ответил тот, пытаясь отдышаться. — Ну же, Андрол. Это важно!
— Никогда нельзя оставаться одному, Эвин, — возразил Андрол. — Никогда. Всегда будьте вдвоём. Не важно, насколько дело срочное.
— Да, знаю я, знаю, — ответил Эвин. — Извини, просто… такие новости, Андрол! — Он снова покосился на Певару.
— Рассказывай, — произнёс Андрол.
— Велин с его Айз Седай вернулись, — выпалил Эвин.
Певара почувствовала, как Андрол внезапно напрягся.
— Он… всё ещё один из нас?
Эвин удручённо покачал головой:
— Нет. Один из них. Возможно, Дженаре Седай тоже. Не могу сказать точно, я не очень хорошо её знаю. А вот Велин… теперь у него чужой взгляд, и он служит Таиму.
Андрол застонал. Велин был с Логайном. Андрол с остальными лелеяли надежду на то, что хоть Мезара и обратили, Логайн с Велином ещё были на свободе.
— А что Логайн? — прошептал Андрол.
— Его нет в Чёрной Башне, — ответил Эвин. — Но, послушай, Андрол. Велин говорит, что Логайн скоро вернётся, что он встречался с Таимом и что они урегулировали свои разногласия. Велин обещал, что Логайн появится завтра, чтобы доказать это. Андрол! Нужно признать — всё кончено. Его обратили.
Певара почувствовала внутреннее согласие Андрола и охвативший его ужас. Его чувства были отражением её собственных.
* * *
Авиенда бесшумно шла через темнеющие лагеря. Как много их здесь… На Поле Меррилора собралось не меньше ста тысяч людей. Все — в напряжённом ожидании, словно затаили дыхание перед решающим рывком.
Айильцы её заметили, но она не свернула к ним. Никто из мокроземцев её так и не увидел, за исключением Стража, обнаружившего, как она обходила лагерь Айз Седай. Там царила суматоха. Судя по обрывкам фраз, что-то случилось. Нападение троллоков?
Услышанного оказалось достаточно, чтобы понять: атаковали в Андоре, в городе Кэймлине. Высказывались опасения, что троллоки выйдут из города и отправятся разорять страну. Ей следует разузнать побольше. Будет ли сегодня танец копий? Может, Илэйн поделится с нею новостями.
Авиенда покинула лагерь Айз Седай. Двигаться бесшумно в мокрых землях, где, в отличие от Трёхкратной Земли, всё покрыто растительностью, было ещё одним испытанием. Там сухая, часто пыльная земля скрадывает шаги. Здесь под влажной травой может скрываться сухая ветка.
Авиенда старалась не думать о том, насколько безжизненной выглядела трава под ногами. Когда-то она бы сочла и такую бурую траву за пышную растительность. Теперь она понимала, что в мокрых землях растения не должны выглядеть такими пожухлыми и… опустошёнными.
Как растения могут быть опустошёнными? О чём она вообще думает в такой момент? Авиенда тряхнула головой и продолжила красться сквозь тени прочь от лагеря Айз Седай. Она было решила подкрасться на обратном пути к тому Стражу и застать врасплох — он следил за границами лагеря Айз Седай из скрывавшей его расщелины в старых поросших мхом руинах — но отказалась от этой затеи. Ей хотелось побыстрее встретиться с Илэйн и узнать подробности о нападении.
Авиенда добралась до ещё одного охваченного суетой лагеря, поднырнула под голые ветки дерева — она понятия не имела, как оно называется, но его крона была высокой и раскидистой — и проскользнула внутрь охраняемых границ лагеря. Парочка мокроземцев в бело-красной форме стояла на страже рядом с костром. Не было ни единого намёка на то, что они её заметили, хотя когда в тридцати футах от них в зарослях кустарника зашуршало какое-то животное, они всполошились и даже выставили свои копья. Авиенда покачала головой и прошла мимо.
Только вперёд. Ей нужно всё время идти вперёд. Что делать с Рандом ал’Тором? Что же у него за планы на завтрашний день? Вот ещё два вопроса, которые ей хотелось задать Илэйн.
Айил понадобится новый смысл существования, когда они исполнят свою роль для Ранда ал’Тора. Это ей стало ясно из видений. Нужно найти способ дать им этот самый новый смысл. Возможно, им стоит вернуться в Трёхкратную Землю. Хотя… нет. Нет. Это разрывало ей сердце, но Авиенде пришлось признать, что если Айил так поступят, Трёхкратная Земля станет их могилой. Пусть их смерть как народа будет медленной, но она обязательно настигнет их. Этот постоянно меняющийся мир с его новыми приспособлениями и новыми способами ведения войны всё равно обрушится на Айил. Кроме того, Шончан никогда не оставят их в покое — ведь у Айил есть женщины, способные направлять, и целые армии копий, которые могут в любой момент вторгнуться на их земли.
Приблизился патруль. Авиенда легла, для маскировки набросала на себя опавших веток с бурыми листьями, потом сильнее прижалась к земле рядом с погибшим кустом и замерла. Часовые прошли в двух ладонях от неё.
«Мы могли бы напасть на Шончан прямо сейчас, — размышляла она. — В моих видениях Айил ждали почти целое поколение, прежде чем напасть, и это позволило Шончан укрепиться».
Айил уже обсуждали Шончан и неизбежно приближающееся противостояние. Каждый считал, что зачинщиками в нём станут именно Шончан. Вот только в её видениях прошли многие годы, а Шончан всё откладывали своё нападение. Почему? Что же такое могло их сдерживать?
Авиенда поднялась и прокралась к тропинке, по которой прошли часовые. Она вынула свой нож и воткнула в землю прямо рядом с фонарём на шесте, чтобы даже мокроземцы смогли его заметить.
