ноги. Отступать в разгар сражения, даже если речь идет лишь о небольшой его части, все равно было очень опасно и могло привести к общему поражению, если бы он не был осторожен.
К счастью для него, солдаты Таранто, находившиеся некоторое время в состоянии полной обороны, не успели полностью отреагировать, когда враг перед ними исчез. И солдаты Таранто, которые уже устали, не могли поверить в то, что они видят, и пришли в экстаз, наблюдая, как враг рухнул перед ними, в результате чего образовалась большая брешь.
«Мы отразили врага!».
«Враг бежал! Мы… мы победили!».
Как могли солдаты, которые больше часа окутанные тенью смерти, думать так много посреди поля боя? Подобно тому, как утопающий отчаянно пытается ухватиться за что-то, даже если это всего лишь плавающая соломинка. Они ликовали, и радость, казалось, заменила им усталость, когда они, невзирая ни на что, бросились на врага.
Когда Архит обнаружил, что ситуация ненормальна, вся армия была подобна потоку воды, и солдаты не только устремились к бреши, но и быстро улетучился накопленный ими высокий боевой дух.
«Остановитесь здесь, все вы! Не ошибайтесь! Оставайтесь в строю, а затем бросайтесь все вместе!». — Архит отчаянно пытался успокоить беспорядочных солдат, но все было напрасно. Напротив, Певкеты усилили атаку и заставили жителей Таранто ускорить бегство.
«Стратегос, это бесполезно. Мы тоже должны бежать!». — поспешно предупредил его помощник.
Деморализованные солдаты были совершенно не в состоянии противостоять атаке певкетов, и потери стали расти. Непрекращающиеся крики достигли ушей Архита, что еще больше усилило его волнение, когда он посмотрел на окружающих его стражников, охваченных паникой, ему пришлось взять себя в руки и закричать: «Следуйте за мной и убивайте! Следуйте за мной и пробейте выход!".
Архит пытался приказать солдатам сосредоточить силы и двинуться на запад, чтобы расширить брешь и даже победить алитиев, чтобы больше людей смогли вырваться из окружения. Однако с одной стороны враг победоносно атаковал, а с другой стороны были солдаты, которые не собирались сражаться, и большинство из них хотели только убежать, игнорируя его приказы.
'Солдатам Таранто все еще не хватает подготовки и опыта!'. — Он глубоко вздохнул, одновременно думая: «Что бы сделал Давос, если бы оказался в такой ситуации и возглавил теонийскую армию?».
Как раз в тот момент, когда он задумался, стражники обошли его с флангов и под натиском солдат выскочили из бреши.
«Стратег, бежим!».— помощник нетерпеливо подталкивал его.
'Бежать? Куда бежать?'. — Вдали Архит увидел группу вражеских кавалеристов, скачущих по ровному полю и пожинающих жизни бегущих солдат Таранто, а рядом с ним — несколько команд вражеской кавалерии, которые мчатся к нему и что-то кричат.
«Жаль, что я не закончил исследование этого подъемного аппарата…». — Архит снова вздохнул. В академическом плане он сожалел об этом. В политическом плане он всегда выступал за то, чтобы греческие города-государства Южной Италии объединились для борьбы с внешними врагами, и, похоже, Теония воплотит его идеал.
В этот момент он оставил позади все свои привязанности и сожаления, выхватил меч и, взяв инициативу в свои руки, бросился навстречу врагу.
***
С заходом солнца и возвращением уставших птиц в свои гнезда, пыль и туман поля битвы рассеялись, звуки убийства ушли, оставив после себя лишь трупы повсюду и текущую кровь.
Телемани в сопровождении Тимогераса и генерала Певкетов подошел к телу Архита.
Этот молодой военный стратег, греческий математический гений, на которого жители Таранто возлагали большие надежды, с тремя копьями, пронзившими его тело, рухнул среди тел нескольких лошадей. Странно, но на его бледном лице не было видно ни боли, ни гнева, напротив, он был безмятежен.
«Я думал, что это великий человек, но это всего лишь юноша без бороды!». — пренебрежительно пробормотал генерал Певкетов.
Телемани мгновение смотрел на тело Архита, а затем сказал: «Отрубите ему голову и покажите ее грекам Бриндизи, а тело похороните».
***
Только поздно вечером, когда горстка солдат с большим трудом бежала обратно в Таранто, народ узнал о почти полной потере 6000 воинов, весь город был окутан великой скорбью.
По сравнению с поражением, жертвой большого числа граждан и неизвестным местонахождением Архита, совет был еще больше потрясен союзом Певкетти и Мессапии, который удвоил давление на Таранто.
Совет Таранто немедленно собрался на экстренное заседание поздно вечером, только чтобы узнать, что из-за поражения в битве численность совета сократилась почти на одну двадцатую, так как о шести государственных деятелях, сопровождавших армию, включая Архита, по-прежнему не было никаких известий.
Опечаленные, люди обсуждали, как поступить в этой сложной ситуации. В конце битвы Бриндизи будет осажден объединенными силами Мессапии и певкетов, а главные силы Мессапии все еще окружают Мандурию. С почти 6 000 молодых и трудоспособных граждан убитыми и ранеными, с потерей до 10 000 солдат Таранто от последовательных сражений за последние несколько месяцев, не говоря уже о том, что почти 6 000 солдат оказались в ловушке в двух городах, и того, что осталось от Таранто, было более чем достаточно для обороны, но недостаточно для нападения.
Однако не только государственные деятели совета не могли принять это, но и народ никогда не согласился бы на это. Поэтому единственным выходом было попросить подкрепления.
Но кого просить о помощи, стало предметом спора. Гераклея и Метапонтум, как союзники, уже были на пределе своих возможностей с 3 000 человек, и Таранто столкнулся бы с атакой, возможно, 20 000~30 000 человек из альянса Мессапии-Певкетии, что было далеко не достаточно. Поэтому единственным выходом для Таранто было обратиться за помощью к городу-государству с сильной армией, и у Таранто было всего несколько вариантов.
Спарта на востоке, являясь материнским государством Таранто, имела хорошие отношения друг с другом. Во время Пелопоннесской войны Таранто выступал на стороне Спарты, что придавало дополнительный вес дружбе между двумя городами-государствами, что было выбором некоторых консервативных государственных деятелей во главе с Диаомиласом; на западе Теония, как союзник Таранто, быстро превратилась в союз с шестью городами и двумя подчиненными городами-государствами в течение двух лет, и они почти не потерпели поражения в битвах, в которых участвовали. В одном из сражений им даже удалось послать 20 000 солдат, и их сила была очевидна в их способности справиться даже с огромным перевесом. Это был выбор другого архонта, Умакаса, и некоторых государственных деятелей; хотя некоторые государственные деятели также упоминали Сиракузы на юге из-за их отношений со Спартой, поэтому Таранто и Сиракузы все еще имели некоторые контакты. Однако, будучи городом-государством Магна-Греции, Таранто также опасался участия
