Канска…
Сарматы переглянулись.
— «Сурок» посмотрит, что для вас можно сделать, — очень сдержанно пообещал филк-медик.
…В этот раз от датчика Гедимин увернулся — и вышел с верхнего яруса по верёвочной лестнице. Наблюдатель, хмыкнув, сделал пометку в журнале.
…«А мутаген какой-то медленный,» — Гедимин отодвинул контейнер с Би-плазмой. «И днём мне есть не хотелось, и сейчас уже не тянет. Наверное, Ассархаддон дозу наращивает постепенно…»
05 ноября 06 года. Галактика Вендана, Биоблок «Тория»
Вместо пёстрой ампулы медик достал кровезаборник. Гедимин уже сидел с закатанным рукавом — ему было всё равно.
— Про статьи из Лос-Аламоса ничего не слышно? — со слабой надеждой спросил он. Медик качнул головой, отцепил от руки устройство, второй ввёл порцию мутагена — и Гедимин остался наедине с контейнером еды и канистрой воды. «Попробую пройти полосу препятствий с верхнего яруса,» — думал он. «И почитаю ту книгу… воспоминания повстанца. Что врал Винстон, я знаю. Интересно будет сверить.»
20 ноября 06 года. Галактика Вендана, Биоблок «Тория»
С одной из площадок полосы препятствий открывался хороший вид на спортзал — от «укрытия» сармата-наблюдателя до матов, где двое филков пытались свалить Старшего. У них почти получилось, когда Гедимина отвлёк голос с периферийного тренажёра. Кто-то из сарматов-Старших, синекожий марсианин, подтягивался на турнике — медленно, будто с неохотой.
— Эй, наверху! Вот не лень тебе туда лазить мимо трёх датчиков?
Сармат мигнул.
— Да они обходятся на раз…
— Heta! — крикнул кто-то из филков на борцовской площадке — сармат-Старший всё-таки вывернулся, придавил одного из них и почти уже скрутил другого. Все трое поднялись, отряхиваясь, и жадно вцепились в фляги. Старший зачерпнул Би-плазмы — контейнер он принёс прямо сюда. Удивлённо мигнув, Гедимин огляделся, — ещё несколько пронумерованных ёмкостей с едой стояли в зале… да и сам он чувствовал, что в желудке как-то пусто.
— Ещё раз? — предложил боец-Старший. Филки переглянулись.
— Да хватит и одного. Давай лучше в информаторий.
— А я вздремну, — сказал второй. — Может, часа через три соберёмся…
— Да хватит уже руками махать, — проворчал первый филк. — А ты, вон, кого-нибудь из своих найди.
Старший качнул головой.
— Да и мне как-то… — он пригляделся к тренажёрам периферии и двинулся к ним. Борцовская площадка опустела. Двое сарматов без особой спешки выползли из люка испытательной полосы и шумно вздохнули.
— Подерёмся, что ли?
— Неохота, — отозвался другой. — Я бы лучше посмотрел чего.
Первый дошёл до контейнера с Би-плазмой и выпил полный черпак.
— Сильно есть хочется от этой беготни. Пойдём, правда, в информаторий…
Гедимин, удивлённо мигнув, проскользнул мимо датчиков и минут через десять, проползя между ярусами, выкатился наружу. Есть захотелось ещё сильнее.
— Вот не лень тебе вообще туда лазать… — пробормотал сармат на турнике. Он уже не отжимался — забрался наверх и задумчиво там сидел — то ли собирался повиснуть на ногах, то ли спрыгнуть и уйти.
— А ты вообще не залезал? — Гедимин наконец вспомнил номер на груди сармата. Имена из памяти уходили мгновенно, однако цифры держались, — этот марсианин точно две недели сновал по всем ярусам полосы препятствий, не сильно уступая самому Гедимину. «А вот вчера… и позавчера… да, позавчера он уже не заходил. И сегодня явно не пойдёт.»
Марсианин зевнул.
— Тебя в сон не тянет? Меня вот как-то… часов восемь сегодня проспал, наверное. Мутаген, что ли, начинает действовать…
Гедимин пожал плечами. «Есть хочу,» — думал он. «Умные сарматы взяли еду с собой — а я чего⁈»
01 декабря 06 года. Галактика Вендана, Биоблок «Тория»
Гедимин вяло зашевелился, выныривая из невнятного сна, дотянулся до фляги с водой, сделал большой глоток — тут же внутренности сжало в болезненный ком. «Есть хочу!» — сармат влил в себя полтора черпака Би-плазмы — и только сейчас заметил, что контейнер новый, недавно вскрытый, а в отсеке стоят и смотрят на сонного подопытного двое медиков.
— Да ешьте, ешьте, — поспешно сказал филк. — Мы вас уже просканировали и кровь взяли. Пройдёте тест с голограммой — и занимайтесь своими делами. Вы и так раньше всех проснулись.
Гедимин ошалело мигнул, пока перед ним разворачивали голограмму. Кажется, он не выспался, — яркие точки сегодня двигались очень быстро, и пару он упустил. «Перенастроили скорость… или мутаген подействовал?» — Гедимин с подозрением смотрел на ампулу, выдавливаемую в его кровоток. С перемножением чисел проблем вроде не было…
— Сколько времени? — спросил сармат.
— Всего полдесятого, можете ещё поспать, — ответил филк-медик. В соседнем отсеке зашевелились, и сарматы ушли туда. Гедимин снова хлебнул Би-плазмы. «Так. Это я спал десять часов?» — его тянуло снова лечь, но он выпрямился и потянулся, упираясь ладонями в потолок. Ткань комбинезона странно сдавила плечи и торс. Гедимин вспомнил, что не переодевался, и шмыгнул в душевую. Одежда слезала с тела с трудом, будто намокшая. Новая наделась легче; сармат успел сравнить — в поясе и плечах прибавилось по паре сантиметров, да и штанины и рукава стали шире.
«Еду возьму с собой,» — он прихватил контейнер, опустевший за утро на четверть, и вышел в коридор. Кто-то, зевая, брёл к информаторию. Внутри лениво переговаривались — обсуждали, какой фильм запустить. Гедимин дошёл до спортзала, поставил в углу контейнер, — рядом стоял ещё чей-то, так же опустошённый на четверть, а его хозяин занял беговую дорожку. Скорость он выставил чуть ли не самую низкую.
— О, кому-то ещё хочется шевелиться, — криво ухмыльнулся он, увидев Гедимина. Тот ухватился за тросы, ведущие на средний ярус полосы препятствий, протиснулся в её лаз… и первый же датчик, «поймав» его, сбросил в сетку ярусом ниже. Гедимин барахтался в ней секунды две, прежде чем кое-как выполз, по выступам в стене вернулся наверх, поднялся ещё выше… «Датчик!»
Он успел сгруппироваться и кубарем укатиться в жёлоб в стороне от ловушки. Оттуда было недалеко до выхода — пройтись на руках по качающимся перекладинам, не упасть с тонкого барьера и проползти в узкое отверстие. Гедимин втиснулся было туда — и понял, что застрял.
— Уран и торий! Лежи тихо, вытащим! — наблюдатель заглянул внутрь. Верхняя часть дырявой стены приподнялась, освобождая прищемленного сармата. Тот вылез, выпрямился, кое-как поднял смущённый взгляд.
— Ты прости, не учёл, — наблюдатель что-то настраивал внутри полосы препятствий. — Там раньше было впритык, так что лишний сантиметр
