– поднялся со своего места Вороний глаз, чтобы вновь подойди к Родрику и положить руку на плечо бывшего лорда Десяти Башен. – И ты это уже сделал, Харлоу. Это видно. И это стоит не уважать, но хотя бы принять во внимание. Будем считать, что твоего предложения о собрании вече я не слышал. Собирать его уже некому, да и не где. – устремил свой взгляд на бушующие за бортом волны Эурон, а с лица его при этом так и не сходила надменная садистская ухмылка. – Вряд ли ты слышал, но Красный Охотник начисто изничтожил Холм Наги. На его месте теперь стоит простенькая септа, принимающая всех желающих в услужение. Всех Утопцев считай, что по миру пустили. Последние видать от безысходности и вовсе самоутопились. Так кто будет выбирать короля, а? – Харлоу буквально затылком стал ощущать пронизывающий и испытующий взгляд Вороньего глаза.
– Король здесь я, единственный и неповторимый. Смирись с этим, Харлоу, и остальным передай. Коли хотят и дальше ходить под моим флагом, то утрутся и будут делать, что им велено. Захочу и заставлю всех вас разом сдохнуть от драконьего огня. Одна из самых страшных, но вместе с тем быстрых смертей. А страшная она от того, что драконий огонь жалит куда больнее и жарче, чем любой другой, даже дикий. Но ты ведь и так это знаешь, да, Чтец? – на что Родрику оставалось только кивнуть. Он уже довольно давно смирился со своим положением, но теперь долгожданное освобождение больше не походило на чудо, а скорее на новую порцию издевательств только со стороны того, кто никогда не должен был стать их врагом.
- Ха, ну и скучный же ты тип, Харлоу. – даже несколько разочарованно вздохнул Эурон, когда понял, что полностью лишил Харлоу воли, причём за весьма короткий срок. – Ладно, пора бы утолить не только твою жажду, Чтец. – быстро переключился на другую тему Вороний глаз, подхватывая со стола полупустую бутылку сидра.
Родрик в принципе понял к чему была последняя фраза и довольно вздохнул с облегчением, принимая тот факт, что Грейджой полностью потерял свой к нему интерес и переключился на другую свою игрушку. Правда сколько той осталось жить сказать было сложно. В любом случае на сегодня Харлоу был свободен от внимания Вороньего глаза и это было хорошо. Вальяжной походкой и с напевом какой-то моряцкой песни, Эурон медленно приближался к деревянной решётке, ведущий в один из отсеков трюма галеи. Хотя на самом деле то был карцер, узкий закрытый короб для пленников, что особо сильно приглянулись капитану корабля. Взглянув на тело, сквозь мелкие прорези меж прутьев решётки Грейджой не стал церемониться с телом, лежащим прямо под ним, а просто и без затей выли содержимое бутылки прямо вниз, на седую голову своего пленника, что томился там уже не первую неделю.
- Проснись и пой, жалкая зеленокровная подстилка. – нараспев протянул Эурон, когда услышал болезненный кашель и шевеление, исходящие прямиком от беспомощного старческого тела. – Как видишь я ещё не забыл о тебе. Даже принёс выпить, раз уж такое дело. Хотя вижу твой гнилой рот стал настолько дырявым, что не может удержать в себе такое количество жидкости. И как же мне быть? – издевательски продолжил Вороний Глаз, вглядываясь в измождённое лицо полное ненависти к его персоне. – А вот как. В конце концов я не жесток. – без всякого предупреждения просто взял и плюнул через решётку прямо в пленника капитан «Молчаливой», и этот плевок угодил заключённому прямо под правый глаз, вызывая откровенный садистский смех железнорождённого. – Ха-ха-ха! И снова мимо. Не суждено тебе значит напиться и сегодня, Флан!
- Ты ещё пожалеешь об этом, ублюдок! – прошипел своими обессилившими связками сир Гаррет, лорд Великого Светоча и Эдмундхолла. Один из тех, кто отвечал за покой и спокойствие островов Искупления. – Король вздёрнет тебя прямо на рее за твои злодеяния! Кха! – закашлялся глава дома Фланов, но при этом продолжал не сводить своего грозного взгляда с фигуры мучителя, что смутно угадывалась сквозь прутья деревянной решётки, из которой били обжигающие лучи солнца, успевшие за время заключения оставить на его морщинистом теле ожоги.
Вообще нынче сир Гаррет выглядел неважно, если о нём вообще так можно было сказать. На лице были отёки от многочисленных побоев, правый глаз заплыл, а веко вздулось подобно какое-то бубоне и вряд ли он уже когда-либо сможет им видеть. На нём не было брони или даже хоть какой-то одежды, разве что рваные клочки что некогда ими были. Вместо правой руки был обрубок, а обе ноги были слегка вывернуты, да и к тому же тревожно припухли. Просторский рыцарь держался в сознании из последних сил, впрочем, ничего другого ему нынче и не оставалось.
- Обожаю, когда даже загнанные в угол крысы продолжают пищать. Ты уж постарайся не сдохнуть до того момента, когда я брошу тебе голову твоего любимого короля. Естественно, после того, как к ней присоединятся головы твоих сыновей. Как жаль, что их не оказалось в тот день в замке. Я бы с удовольствием согласился с Харлоу заняться освобождением архипелага только для того, чтобы добраться до них и воссоединить всю вашу семейку на смертном одре. Идеальный конец для тех, кто подобен ворам. – мерзко улыбнулся пленнику Грейджой, проверяя и так уже расшатанные нервы рыцаря на прочность.
- Моя семья получила Великий Светоч за верную службу. От сильнейшего, как часто ты любишь повторять, Грейджой. И поверь, рядом с ним ты и рядом не стоял. – смог как-то привыкнуть к разговору старый воин, но нет-нет да из его горла по-прежнему раздавались болезненные хрипы. – Можешь упиваться своей победой, но король уже громил железнорождённых. Как и драконов. Тебе нечем крыть, так что наслаждайся своим положением пока можешь, мерзавец. И года не пройдёт, как твоё тело станет удобрением для садов и лесов континента. – без капли сомнений громко заявил сир Гаррет, отчего ухмылка на лице Эурона стала чуть ли не в два раза больше.
- Вы только посмотрите на него. У крысы вроде тебя ещё хватает наглости скалиться. Ты даже не знаешь увидишь ли следующий рассвет, но при этом продолжаешь быть столь дерзким. – посмотрел на Флана как на неведомую зверюшку Грейджой. – Хотя знаешь, я передумал. Тащить тебя за собой будет глупо, тем более что долго ты не протянешь. Как насчёт побороться за
