идиот, – осклабился демон. – Готов поспорить, ты один из моих отпрысков. Видишь глаза? – Он оттянул нижнее веко. – Такие носят очень мало демонов. Самые сильные демоны Бездны.
– Отпр… что? – Сацуки шагнула вперёд. – Что ты хочешь сказать?
– Что ты совсем тупая. Хотя чего ещё ожидать от шлюхи? – Он снова громогласно расхохотался. – Подойди поближе, и я покажу тебе, что хочу сказать. – Он развёл колени и продемонстрировал ей промежность, выразительно оскалившись.
Сацуки залилась краской и стыдливо отвернулась.
– Не вороти носом. Ещё ни одна шлюха не отказывалась от этого удовольствия. Сначала они вопили от страха, а потом умоляли меня не останавливаться и подарить им моё семя.
Мерзкое отродье. Да как он смеет говорить подобное при госпоже! Ханзо выступил вперёд, заслоняя собой Сацуки. Рука сама потянулась к катане, но Макото перетянул внимание демона на себя.
– Значит, Ханзо твой сын. Полагаю, как и остальные Шинокаге.
– Моё семя ходит по земле, по которой я не могу ступить, оно жаждет крови, которую алчу и я. Мне приятна мысль, что они несут смерть, как и положено демону. И надеюсь, брюхатят сук, чтобы нести моё продолжение и дальше.
– Но откуда женщины… – Сацуки дрожала, но решительным движением отодвинула Ханзо и шагнула к клетке. – Кто приводит тебе женщин?
– Когда я заключал ту сделку, то пожелал шлюх из гарема самого императора. Говорят, они лучшие в стране, и я хотел заставить того ублюдка делиться тем, что ему дорого с тем, кого он так ненавидит.
Снова этот хохот. Ханзо хотел вогнать демону клинок между глаз, чтобы заставить заткнуться. Но он не мог заставить себя пошевелиться. У него есть отец. И это… демон. Огромное чудище, прямиком с самого дна Бездны.
– Наложницы отца? – Сацуки покачала головой. – Нет… Нет, это… Мой отец не мог…
– Мог и хотел. Как могли и хотели и все другие императоры за тысячу лет моего заключения в этой проклятой клетке. Я покрыл тысячи женщин. – Демон снова облизнулся. – Правда, многие так и не выбрались из этой клетки. Я бываю… несдержан. – Он хохотнул. – Но другие… Другие родили тех, кого вы называете красивым словом Шинокаге, хотя по сути своей это демоны, лишённые половины своих сил. Тебя же они тоже сковали этой мерзкой татуировкой? Решили сохранить человеческое сердце, глупцы! Они лишают вас лучшего. Выжги знаки со своей спины, сын, и начни повелевать этими глупыми, самонадеянными людишками!
Ханзо трясло. Тени вопили, откликаясь на призыв демона, они хотели того же – крови, власти и могущества. Ханзо не хотел иметь ничего общего с тем, кому смотрел сейчас в глаза.
– Мы ищем Бездну, – Макото вернул разговор в нужное русло. – Ты знаешь, где она?
В глазах демона промелькнуло любопытство.
– Зачем она вам?
– Не твоё дело.
– Нет уж, хах. Расскажи, если хочешь получить ответ.
– Нам нужно раздобыть металл, напитанный кровью демона, закалённый в пламени Бездны, – ответила Сацуки. – Скажи, как попасть туда.
Демон улыбнулся и оглядел клетку. Потянулся пальцем к заклинанию, коснулся бумаги. Кандзи вспыхнули, и палец обратился в пепел. Демон даже не поморщился, подул на тлеющую руку и перевёл взгляд на Сацуки.
– Я не скажу.
– Но!..
– Но могу вас отвести.
Сацуки вспыхнула:
– Даже не надейся, что мы выпустим тебя из клетки!
Демон пожал плечами.
– Тогда ищите Бездну сами. Только знайте, что даже если вы её найдёте, то демоны разорвут вас в клочья, едва вы ступите на их территорию. Я предлагаю вам сделку. Вы открываете клетку, а я – проведу вас в Бездну, обеспечу защитой, металлом и, что самое главное, позволю уйти из неё живыми. Поверьте, ни с кем ещё я не был так щедр.
– И чего же расщедрился с нами? – вскинул брови Макото.
– Хочу выбраться из клетки и вернуться в Бездну. Там я был королём, а тут – жалкий бык-осеменитель…
– Интересно ты заговорил…
– Когда перед носом маячит свобода, я готов поступиться гордостью.
– Никаких сделок с демонами! – отрезала Сацуки.
– Будет тебе сделка, – шагнул к клетке Макото.
– Ты что творишь?! – Сацуки схватила его за рукав. Макото резко обернулся и посмотрел на неё так грозно, что даже у Ханзо предательски пробежали мурашки по спине.
– Мне нужен этот металл, и, если для этого потребуется заключить сделки хоть со всей Бездной, мне плевать.
– Магические сделки никогда не приводят к добру! Он же демон!
– А я лис. – Макото хмыкнул. – И тоже понимаю кое-что в сделках. Если хочешь меня остановить, то прикажи своему карманному Шинокаге изрубить меня на куски, а если не можешь – не лезь.
Он выдернул рукав из пальцев Сацуки и направился к клетке. Ханзо схватился за меч, но Сацуки жестом остановила его.
Макото остановился на расстоянии вытянутой руки от прутьев.
– Я открою клетку, а ты проведёшь нас в Бездну, обеспечишь защитой на пути к ней и всё время, что мы в Бездне пробудем, найдёшь и отдашь нам металл, напитанный кровью демона и закалённый в пламени Бездны. Из Бездны мы уйдём живыми и невредимыми, и ты никак не будешь препятствовать нашему уходу. Ты не сбежишь, не останешься на земле, в мире людей, ты вернёшься в Бездну и не покинешь её. И ты не отнимешь невинных жизней и будешь во всём слушаться меня, Сацуки и Ханзо…
– Внушительный списочек, – скривился демон.
– Я не закончил. Ты будешь помогать нам во всём, о чём бы мы тебя ни попросили, и не будешь искать лазеек, чтобы нарушить сделку и навредить нам. По рукам?
Демон ухмыльнулся и вместо ответа протянул между прутьев раскрытую ладонь. Макото укусил себя за палец и кровью начертил на его ладони кандзи, которое Ханзо не сумел разглядеть. Демон поднёс ладонь ко рту и покорно проглотил надпись.
– Ну всё, сделка заключена, поздравляю, лис. А теперь – открой клетку.
Макото потянулся к замку, но тут двери темницы с грохотом отворились. Ханзо обернулся, выхватывая меч. Из-за запаха демона он не почуял приближающуюся опасность – четырёх Шинокаге во главе с принцем Такаюки.
– Сацуки, как же так! Ты заглянула в гости к нашему любимому каннуси, но не навестила родного брата? – Такаюки вошёл в темницу, изображая печаль. Шинокаге выстроились у дверей, перекрывая проход.
– Как ты…
– Ты правда думала, что каннуси примет твою сторону, а не сторону действующего императора? Вот поэтому женщина и не может быть правителем – вы слишком глупы и наивны. Не сопротивляйтесь, и ваши жизни оборвутся быстро и безболезненно.
– Сотня монахов и мико видели, как я вошла в этот храм, Такаюки, что они скажут, когда я отсюда
