Но костяные мечи не окружала сияющая аура, как в пошлый раз… Двое тиранидов с ревом сошлись в поединке друг с другом. Инопланетяне словно утратили координацию действий и направленность. Казалось, они пребывают в состоянии шока, смятения, недоумения и полной неопределенности. Теперь, когда зеленый бесформенный орган умирал, эти безжалостные могущественные драконы стали уязвимыми…
Лекс напрягся.
Интересно, что подумал в этот момент Ери?
Что Лекс сейчас бросится в их гущу, размахивая болтером? Что Лекс воспользуется великим шансом и предоставившейся честью и перебьет жутких драконообразных, действуя дерзко и без посторонней помощи?
Что Лекс собирается погубить себя, защищая братьев, чтобы снискать больше уважения, чем подонщик Тандриш?
Что Лекс в прямом смысле слова собирается потерять голову?
Лекс не должен бросаться вперед, необдуманно подвергаясь смертельной опасности, не должен исчезнуть в пустоте или в объятиях Дорна, как это случилось с Биффом…
Прежде чем остальные братья успели открыть огонь, Ери предупредил фатальный шаг Лекса.
Отрывисто извинившись, Ери выхватил у Юрона его энергетический меч.
— Посторонитесь, сэр! — воскликнул он. — Сообщите о Зоате! Я задержу чудовищ!
Поливая тиранидов из болтера и размахивая гудящим мечом, Ери прыгнул в гущу врагов. Теперь братья не могли открыть огонь, так как существовал риск убить и его.
Какое-то время Юрон стоял, как громом пораженный.
Ери выхватил меч у своего командира, да еще в боевых условиях. Ереми Веленс заслуживает… позорного наказания в болевой перчатке, или казни… если останется в живых.
Лучше пусть умрет с честью…
Несмотря на отсутствие скоординированное(tm) действий, шесть гигантских тиранидов запросто могли выполнить этот приговор. Тот, кто помогал Юрону в захвате Титана, заслуживал не меньшего — так по всей видимости подумал сержант, когда решил поддержать его.
— Сделай их, Веленс! — закричал он, когда увидел, как Ери всадил первый заряд в горло своей первой жертвы, одновременно отбив мечом атаку второго противника. — Ребята, псом отойти, возвращаемся в торпеду!
Из наконечника ядовитой плевательницы вырвался сверкающий кислотный сгусток и угодил в нагрудный панцирь Ери.
На его шлем опустился костяной меч, его зубчатый край разошелся.
К нему потянулись лопатовидные когти.
— Отходи, Д'Аркебуз! — проревел он. — Отходи!
Преждевременно! Как преждевременно! Заключительный акт их пребывания на этом корабле должен был увенчаться славной смертью самого Лекса.
Его славой… его смертью. Его смертью, его славой…
Отступлением Юрон спасал Ери от бесчестия за совершенный необдуманный поступок… остановивший Лекса от осуществления аналогичного импульсивного действия…
Вот почему Ери выхватил у сержанта меч. Чтобы заставить Юрона отдать приказ к отступлению.
Лекса так и подмывало ослушаться приказа; встать рядом с Ери. Плечом к плечу с этим… презренным недоразумением. С этим присосавшимся подложным братом…
Не станут ли другие братья упрекать Лекса в том, что он оставил его одного? Не обставит ли наконец его Ери? Не удастся ли ему в конце концов унизить Лекса?
Остановленный болтерными зарядами Ери, тиранид переломился, перерезанный в осиной роговой талии. Копыта могучих ног в последний раз отбили дробь. Жаловидный хвост взметнулся в оргазменной конвульсии. Верхняя часть его тела рухнула. Он издал грозный рык, и когти впились в пол.
Теперь Ери, ослепленный, стрелял не целясь и махал мечом наобум. Когти тиранида достали его под шлемом и рвали его лицо, выцарапывали глаза. Но он продолжал отрывисто кричать.
— Уходите! Приказ командира! Возвращайтесь в торпеду!
Лекс повиновался Юрону.
* * *
Приказ, как выяснилось, был отдан весьма своевременно. Пока оставшиеся в живых братья топали по дымящимся переходам, Юрон дал им послушать выдержки из приказа главнокомандующего. Все остальные партии также покидали недра инопланетных кораблей.
Сопротивление инопланетян пошло на убыль, стало хаотичным, словно судно переживало шок. Но разум подсказывал командованию, что лучше убраться подобру-поздорову, поскольку рейд этот носил разведывательный Характер. Полученную информацию следовало обработать. Захват корабля не входил в первоначальные планы. На самом деле, учитывая органическую природу корабля, эта операция не дала бы ощутимых результатов.
Покидая судно, Кулаки в эту многокамерную истекающую соком матку, плодящую чудовищ, вложили мощные заряды замедленного действия. Вскоре до них доберутся мусорщики И попытаются ликвидировать. Выпустив едкую слюну, приведут бомбу в действие.
Лександро ожидал, что из-за Ери его снова захлестнет боль лишения, спазм пустоты.
Но на этот раз все было по-другому. Осознание утраты выстраивалось на уже существующем фундаменте боли по поводу смерти Биффа, от которой он никак не мог избавиться.
Лекс не почувствовал, точного момента гибели второго брата. Но к нынешнему часу он точно знал, что Ереми Веленса тоже больше нет на свете.
* * *
Потерявшего сознание лейтенанта Вонретера, которого они надеялись забрать на обратном пути, десантники нашли наполовину съеденным корабельными макробами. К счастью, его грудная клетка оказалась нетронутой, и брат Малер, знакомый с искусством хирургов, извлек из нее прогеноидные железы.
Можно было сказать, что в определенном смысле жизнь лейтенанта продолжится.
В отличие от Ереми…
В отличие от Биффа; обезглавленное тело которого стало пиршественным столом для переливающихся жучков, быстро расплодившихся внутри скафандра, лежавшего все в том же помещении, где он бросил вызов Зоату. Обдав останки огненной струей, сержант, пропустив руку через шею, сунул снаряд в грудную клетку трупа. Кроме голых ребер, осколков черного внутреннего панциря и хрупких жучков, там ничего не было.
И они отступили. Отступили.
* * *
Из девяти сотен человек, проникших в чрево корабля тиранидов, только шестьдесят один вернулся на торпеду…
… которая через анальный сфинктер вынесла их обратно в чистую звездную пустоту космического пространства.
Из других отверстий этого огромного, выцветшего судна, похожего на наутилус, выплывали остальные торпеды. То же происходило и на других кораблях.
Тут инопланетное судно, вторжение на которое они совершили, беззвучно затряслось. Это взрывались заложенные ими снаряды.
Но его не разнесло. Несмотря на это, Имперские военные корабли начали обстрел других свернутых в спираль гигантских судов.
* * *
Как элегантно проплывали мимо корабли человеческого флота, выпуская в противника пульсирующие шипящие шары плазмы. То были вертикальные города с бойницами и остроконечными верхушками, призрачные в смете далекой Лакрима Долороса, — города, расположенные на копьеобразных палубах с подвесными варп-килями, на четыре километре выступающими вперед. Почти такой же объем массы приходился и на нижнюю часть судна, так что казалось, что корабли, отражаясь и гладкой поверхности, плывут по ртутному озеру.
Бомбы с дистанционным управлением взрывались, приходя в соприкосновение с высоким Корпусом инопланетного корабля. Взрыв разрушал ого стенки, обнажая внутренние камеры.
Внутрь врывались струи ослепительно белого ионизированного газа, сжатого в силовом поле, превращая все в горящий ад, где закипала атмосфера. Сконцентрированная энергия направленного действия разносила внутренности вдребезги.
Но пришельцев насчитывались тысячи, и из зияющих ртов самых исполинских из раковин заструился поток белых корабликов-деток, каждый из которых по размеру не превышал небольшой корвет. Быстро набирая скорость, они направлялись в сторону своих обидчиков. В безвоздушном пространстве плыли они, напоминая белые зародыши окаменелостей.
Прошло немного времени, и с палубы и башен кафедральных крейсеров ударил огонь, прочертив в пустоте трассирующий след.
Некоторые из белесых зародышей занялись огнем.
Все же им не было числа.
Часть из них попадала на палубы. Безмятежное величие городов-воинов потрясли взрывы. Они срывали с них элегантное кружево пласталя, обнажая полости, откуда взрывной волной выбрасывало обломки оружия и останки тех, кто его обслуживал…
* * *
Битва велась на пространстве, превосходящем по объему несколько кубических мегакликов, обойдя стороной желтоватый газовый гигант с его бледнолицыми лунами.
